Да, но с другой стороны - как Эомер сразу уцепился за все это, как за соломинку последней надежды! Как стал Арагорна уговаривать идти с ним в Медусельд - потому что эти странные личности, будто пришедшие из сказки, были ему более понятны и созвучны, чем его реальность.

Перечитала главу до конца, и прониклась, насколько мир для Эомера стал мутным, смутным, и теряющим смысл, насколько тяжелые времена настали для Рохана - и чуть ли самое тяжелое - в том, что там и правда было непонятно, где верх, где низ, и в голове у Эомера не укладывалось, как советники уважаемого им короля и дяди могут считать, что толпа орков, бегущих через Рохан - это нормально, что союз с Саруманом, этих орков напускающим на Рохан - это нормально, и т.п.

Вообще, если подумать - решение Эомера уйти в самовол со своим личным семейным отрядом тоже если не судьбу Средиземья решило, то судьбу Правобережья точно! То, что он решил вопреки всему, и политике своего руководства, сделать то, что считал правильным, спасло хоббитов, сделало энтов их союзниками, и конечно, повернуло Рохан к свету. И победа над Саруманом в итоге выросла из его решения.

Арагорн там провидчески заметил, что можно и ходить по зеленой траве, и быть в сказке одновременно - потому что про то, что происходит сейчас, потом могут сложить легенды. Это вообще лейтмотив ВК - то, как легенды творятся на наших глазах. И Эомер, тем что рискнул и повел свой отряд на орков, тоже вошел в легенду - но пока он об этом еще не знает.

А еще я тут прониклась, насколько безнадежная миссия была в конце у Арагорна и Ко. От орков они отстали, про Фродо и Сэма ничего не знают - и есть лишь слабая надежда, что они дойдут, куда надо. Боромир погиб, Гэндальф погиб, в Гондоре война, Рохан в раздрае, Саруман - предатель, огрoмная сила, угрожающая из тыла.

И вот в таких условиях Арагорн наконец объявляет себя королем - перед Эомером, и вступает в свои королевские права и обязанности. А на тот момент, из того, что он знал - все его правление будет в бесплодной битве с надвигающейся тьмой, и в гибели, покуда все Средиземье пожирает Армагеддон...

Очень понравились тут Леголас и Гимли - от их разговоров друг с другом таким теплом веет. Как они перешучивались по поводу езды на лошади - эх. :)
И как потом Эомер слегка подколол Гимли - "ну да, а еще мне предстоит поучитьcя уважению к дамам под ласковыми ударами гномского топора". :)

А вот конец, со стариком у костра, на опушке Фангорна - сюрреальный. И узнаем ли мы в итоге, кто был этот старик - Саруман или Гэндальф? Лошади-то вроде побежали к Шадоуфаксу (вот еще одна головоломка будет для переводчиков!)

И еще немного математики. Троица пробежала 45 лиг = 225 км, за 3.5 дня! Неслабо! И недаром Эомер был потрясен! Правда орки пробежали то же расстояние за 2 дня, но это почему-то воспринялось Эомером в порядке вещей. :J Может, орки и правда бегают, как лошади? Хмм.

Орки, да, эти могут... Помню, при прочтении "Хоббита" тоже удивлялись, как армия гоблинов быстро добралась до места. Видимо, это их "нормальное" свойство...
Да, рядом в http://www.henneth-annun-ru.net/foru...ml#post1519383 выложили статейку на тему :)

Возможно о скорости передвижения орков по Рохану Эомер знал не по наслышке. Недаром же он верхом преследовал их пеших. И то - чуть не ушли.
А про старика на опушке - в оригинале что? - сказано, что лошади к Шадоуфаксу ускакали?
А старик - да... загадка. Я и потом не поняла - кто это был. Но думаю, что Саруман, почему-то...
И очень здОрово подмечено, и про траву и сказки, и про рождающиеся у нас на глазах песни-легенды, и про свершившийся выбор Арагорна, и про судьбоносные решения Эомера-Арагорна-Фродо-Сэма... и про юморные "подколки" Леголаса-Гимли-Эомера. Вообще глава, несмотря на напряжение и отчаяние, как ни странно - очень светлая получилась. Как-то сразу веришь, что встреча эта - к добру. И хоть по-началу все они друг другу не до конца доверяют, все-таки эта взаимная настороженность чужаков как-то очень быстро и очень "правильно" проходит и сменяется если пока и не дружбой реальной, но как бы - потенциальной. И когда потом она наступает - воспринимаешь это естественно. А еще - Эомер-то - очень молод, если не юн. Но не по годам разумен, смел и решителен.

У меня смутные воспоминания, что это им потом скажет Гэндальф. Т.е. что их лошади убежали к его коню. И они, собственно, на этих лошадях и поскачут в Медусельд, по-моему. Не пешком же они побегут туда за Гэндальфом? :hmm:

А Эомер - да, он очень молод, как и Эовин. Один из любимых персонажей теперь, да еще и в фильме с ним угодили (хотя и задвинули на задний план).

арве, не так уж Эомер и юн - на момент событий Войны Кольца ему 27-28 лет. Если судить по "Хронологии", он родился в 2991 году, а описываемые события приходятся на конец 3018 - начало 3019 гг.

Мне нравится конунг и Марка. Читаю перевод ГГ и мысленно подставляю Эомера вместо Йомера итд. Вот если бы к носу Ивана Ивановича... (с) :)))
И Эомера с Эовин очень люблю. Как ни странно, в фильмах тоже (хоть они и отличаются там, сестра - вообще другая).
Подумалось, счастливое время было, встали из травы непонятно кто, назвали имена, и достаточно. Документов никто не требует. Рохирримы не врут, поэтому распознают ложь :)

Эринэль, ну значит - молод. Особенно в сравнении с Арагорном.

Посмотрела сейчас в Хронологии Западных Земель. Любопытно.
Рождение Арагорна - 2931; Фродо - 2968; Боромира - 2978; Мерри - 2982; Сэма и Фарамира - 2983 (никогда не замечала, что они ровесники); Пиппина - 2990; Эомера - 2991. Выходит - именно Эомер моложе всех основных участников. А события ВК - 3018-3019.

Именно: Гэндальф скажет им, что сам он к их костру не подходил, значит, скорее всего, видели они Сарумана; а Леголас, когда прибегут все три коня, констатирует, что, почему бы лошади ни сбежали сначала - от страха или нет, - они быстро встретили своего вожака - Шэдоуфакса.

Мысли по поводу откуда у Муравьева взялся Мустангрим.
По принципу "не простить, так понять":D

Как Толкин описывает Рохан - все помнят, бесконечные лиги, ни конца ни краю, океан густой высокой травы, без коня путнику крышка. Нет и не было в Европе таких ландшафтов. В качестве ментального прототипа вряд ли Толкин выбрал бы Великую степь, подвластную монгольской коннице, и что остается? - правильно, прерии, Великие Равнины, бывшие неподвластными вообще никому, пока испанцы не завезли на североамериканский континент лошадей. Каковые лошади сбегали, дичали, размножились на сочной травке, стали мустангами и быстренько нашли общий язык с шайеннами и сиу и объединенными усилиями освоили Великие Равнины. Североамериканским индейцам были свойственны воинская доблесть, верность слову, отвращение к лжи и предательству и близость к природе.
Так что.
Как топоним "Мустангрим" звучит в мире Толкина странновато.
Но связанный с ним ландшафтно-этнографический ассоциативный ряд вполне уместен.

"Мустанг" - хоть какая-то логика есть, а вот "рим" же обозначает народ, а не местность...

Совсем чуток про ландшафты пооффтоплю... :)

Ещё заметочка: Арагорн именно Гимли строго предупреждает, чтобы не трогал живые деревья. Мне сразу Сильм вспонился: отсутствие тёплых чувств между детьми Ауле и детьми Яванны.

Нуу... как бы... Леголаса-то чего предупреждать. Да и топор - только у Гимли. Но, ИМХО, Гимли бы и так не стал. Живые-то. Да еще боевым, а не лесорубным топором. Особенно после Лориэна (во всех смыслах). Так что (тоже ИМХО) - Арагорн его этим замечанием почти что обидел.

У Хельги в одной из викторин был вопрос о возрасте членов Отряда. Порядок от старшего к младшему такой:

1. Гэндальф (много)
2. Леголас (чуть поменьше)
3. Гимли (139 лет)
4. Арагорн (87 лет, 88 исполнилось в процессе)
5. Фродо (50 лет)
6. Боромир (40 лет)
7. Сэм (38 лет; хотя по версии одного из изданий, противоречащих остальным источникам и впоследствии исправленной, — 35 лет)
8. Мерри (36 лет)
9. Пиппин (28, почти 29 лет)

Опять не поняла. Как Гимли может быть 139? 3018 минус 2870 получается 148. Или я считать не умею, или источник с годом рождения Гимли - неверен (но я брала из Книги...)
Оу, сверила издание ГГ (Азбука-Классика) и оригинал. У ГГ 2870, а в оригинале - 2879 :shoked:... Значит именно 139. Вот так из-за опечатки (видимо) - можно попасть впросак...:(

Если это Саруман - однако, это с какой же скоростью он носился по округе! Та опушка Фангорна была на приличном расстоянии от Ортханка.

Вспоминается ляп из пиратского перевода: "Раньше Саруман гулял по этим лесам, а теперь он передвигается на колесах". :lol:

А может, это его астральная проекция была? :hmm:

Или морок? :hmm: От него же...

Хмм, вопрос конечно интересный... А может, все-таки Гэндальф? Он там говорил при встрече, что пока не очень все помнит из недавнего.

А с другой стороны - морок или астральную проекцию Саруман вполне мог наслать: он же маг, плюс у него Палантир был, может, его можно было настроить не только на прием, но и на передачу? :)

Удачно я сюда заглянул)

В текстах говорится, что Саруман так сильно желал найти Кольцо, что сам вышел на опушку Фангорна 30 февраля, и что это его видели Арагорн, Леголас и Гимли, но в главе Белый Всадник Арагорн не даёт однозначного ответа кем был тот старик, но подумали на Сарумана, зайдя в Фангорн они находят там Гэндальфа. В главе Всадники Рохана, что была чуть ранее, Эомер сказал про Сарумана: "Говорят, он появляется в образе старика, закутанного в плащ с капюшоном, и с виду этот старик точь–в–точь Гэндальф. Соглядатаи Сарумана пробираются через все заслоны, а его птицы, вестники несчастья, кружат в нашем небе день и ночь." (...) "Вдруг Гимли случайно поднял глаза – и остолбенел. На самой границе освещенного круга стоял, опершись на палку, согбенный старец в длинном плаще. Глаза его скрывала низко надвинутая широкополая шляпа. Гимли вскочил, от изумления не догадавшись даже крикнуть, хотя его сразу же осенило: это Саруман! Они в ловушке! Арагорн с Леголасом, потревоженные резким движением гнома, приподнялись – и тоже увидели незнакомца. Тот не пошевелился и не издал ни звука.
– Что тебе нужно, отче? – спросил Арагорн, резко встав и выпрямившись. – Может, ты озяб? Тогда подходи и грейся!
Он шагнул вперед, но старика на краю освещенного круга уже не было. Следов поблизости отыскать не удалось, а отходить от костра друзья не решились: месяц давно закатился и тьма вокруг стояла такая, что хоть глаз выколи."
Вывод, может быть это был и Саруман.

Однако далее догадка про Сарумана ставится под сомнение, "Мне не дают покоя кони. Ты, Гимли, говоришь, что их кто–то спугнул и они умчались. А мне кажется, тут совсем другое. Ты слышал, Леголас, как они ржали? Разве похоже было, что они обезумели от страха?
– Ничуть. Я прекрасно их слышал. Если бы не темнота и не наш собственный испуг, я подумал бы, что кони ошалели от неожиданной радости, словно встретили друга, по которому давно тосковали!
– Вот именно, – сказал Арагорн. "

Ответ приходит в главе Белый Всадник. "Минуточку! – воскликнул Гимли. – Первым делом я хочу прояснить один вопрос. Тебя или Сарумана мы видели вчера вечером, Гэндальф?
– Уж никак не меня, – заверил Гэндальф. – Видимо, это и впрямь был Саруман. Неужели мы с ним так похожи? Вот почему ты покушался на мою шляпу! Раз так – прощаю!
– Ладно, ладно! – смутился Гимли. – Хорошо, что это был не ты, и хватит об этом!"

Гэндальф не утверждает что это был Саруман, а предполагает, + следов тот за собой не оставил, а исчез как-будто призрак, наваждение или даже видение. Может быть это действительно было видением скорой встречи с Гэндальфом? Зачем Саруману отпускать лошадей? (Которые, к слову, паслись вместе с конём Гэндальфа) Почему он ничего не сделал с троицей охотников, не уж то подумал что это они всех перебили и испугался?

Впрочем, далее Гэндальф уже уверенно за Сарумана того старца принял.

" Он так спешил наложить лапу на драгоценную добычу, что не мог усидеть дома и сам вышел навстречу – проследить за своими слугами. Но он пришел слишком поздно: битва закончилась без него и он уже ничего не мог изменить. Надолго он здесь не задержался. Его мысли открыты мне, и я вижу, что он колеблется. В лесу он чувствует себя неуверенно. Кроме того, он думает, что роханцы убили и сожгли всех, кого нашли на поле боя, а удалось ли его слугам захватить пленников, он не знает. Не знает он и того, что его орки умудрились поссориться с мордорскими. Да и о Крылатом Посланце он еще не слышал."

Спасибо. Интересно. Но здесь какая-то нестыковка. Уруки о крылатом всаднике знают (Углук "подкалывает" Гришнака), а Саруман - нет? Или они это только что от Гришнака и узнали и Саруману доложить не успели? И еще. Я где-то читала (видимо в приложениях или еще где-то), что Назгул в Ортханк и за Гэндальфом прилетал, но... тот только что на Гваихире убежал. Или у меня глюки...
Вопросов много...

За Гендальфом приезжал конный всадник... А морские орки сами про назгула сказали ("там, на западном берегу нас ждет крылатый назгул...").

Интересный момент из области психологии восприятия. Авторского причем восприятия.

Вот была у Толкина компания из девяти Хранителей, потом из восьми. А в этой главе осталось трое. И автор как будто только теперь смог сконцентрировать взгляд на самом необычном из их - на эльфе. Он - другой, и информации об этой инаковости в главе "Всадники Рохана" больше, чем во всем предыдущем тексте ВК.

Несколько раз Леголас демонстрирует феноменальную остроту зрения, затем вот такая зарисовка, неожиданная своей лиричностью - и в ней намек на то, у эльфа есть и другое зрение, другой канал восприятия:

Legolas was standing, gazing northwards into the darkness, thoughtful and silent as a young tree in a windless night. Леголас стоял, глядя на север, во тьму, молчаливый и задумчивый, словно молодое деревце в безветренную ночь.

Диалог, из которого следует, что Леголас раньше своих спутников почувствовал присутствие недоброй силы в этих местах:

"There is some will that lends speed to our foes and sets an unseen barrier before us: a weariness that is in the heart more than in the limb - "Truly!" said Legolas. "That I have known since first we came down from the Emyn Muil

Его способность чувствовать происходящее и отчасти грядущее:

As before Legolas was first afoot, if indeed he had ever slept. "Awake! Awake!" he cried. "It is a red dawn. Strange things await us by the eaves of the forest.Как и прежде, Леголас оказался на ногах первым, если спал вообще. - Поднимайтесь! Быстрее! – торопил он остальных.– Край неба уже алеет. Вставайте! На опушке нас ждут странные встречи.

Его неутомимость и способность впадать в измененное состояние сознания:

Only Legolas still stepped as lightly as ever, his feet hardly seeming to press the grass. leaving no footprints as he passed; but in the waybread of the Elves he found all the sustenance that he needed, and he could sleep, if sleep it could be called by Men, resting his mind in the strange paths of elvish dreams, even as he walked open-eyed in the light of this world Только Леголас ступал так же легко, как прежде, – казалось, ноги его почти не касаются травы; по крайней мере, следов он не оставлял. Из пищи он довольствовался одними эльфийскими подорожниками, а спать мог прямо на ходу – если можно было назвать это сном. Дух его блуждал странными тропами эльфийских грез, а разум оставался на земле, с товарищами, в ярком дне земного мира.

И вот это тоже:

Aragorn and Gimli slept fitfully, and whenever they awoke they saw Legolas standing beside them, or walking to and fro, singing softly to himself in his own tongue, and as he sang the white stars opened in the hard black vault above. Арагорн и Гимли спали урывками; просыпаясь, они видели, что Леголас стоит рядом или расхаживает из стороны в сторону, тихонько напевая что–то на своем родном языке, а на черном, глухом небосклоне в ответ его песне одна за другой загораются звезды.


Отсутствие потребности в сне плюс характерный для эльфов эмоциональный контакт со звездами - похоже, двусторонний. И еще - к тому, кто не спит, кто охраняет сон других, к нему всегда испытываешь особые чувства, какое-то глубокое, фундаментальное доверие. Эту бессонную вахту раньше Гэндальф на себя брал, как правило...

Не уверена, что такой рисунок годится, но... рискну запостить. Троица в осовремененном варианте. Хорошо образы отражены.

Я не успеваю читать за вами книгу, однако с удовольствием и интересом читаю обсуждение. Но тут не могу удержаться от возгласа про "эльфийские подорожники". Понятно, что речь о лембасе, но образ Леголаса, щиплющего придорожную траву, теперь будет меня преследовать в страшных снах. :wall:

У меня еще в связи с открытием преимуществ Леголаса над остальными членами отряда возник вот какой вопрос: почему тогда он не был вечным дежурным, раз уж ему все равно спать не надо?

Я так понимаю, что все равно надо, просто если нужно, в экстренной ситуации, то он может не спать дольше, чем другие, а "грезить наяву", как там описано.

как-то со временем совсем иначе эта глава стала восприниматься.
Погоня за орками напоминает своей нереальностью булгаковскую чертовщину, погоню Бездомного за своими бесами.
А представляя травяное роханское море, так и хочется воскликнуть,Сивка бурка,вещая каурка, стань передо мной и далее по тексту.
Почему то по хорошему поразил Эомер. Он такой... настоящий, цельный. Идеал мужчины -великодушный и честный.
(а Гимли все таки грубиян!)
и да -забыла дописать.
кто то вот невзлюбил конунгов с ристанией, а у меня глаз режет кистяковские перлы, которые он приписывает бедному Арагорну и Леголасу (про орков) - то погань, то сволочь....
как в оригинале с этим?

Сивка-Серогривка (Светозарка/Всплохка/Тенегривка/какещепереводилка), вещая каурка, встань передо мной, как орел перед Гэндальфом!:D

У Гимли даму сердца оскорбили, как ж ему не злиться. А вообще, когда я в первый раз главу читала, мне показалось, что троица охотников за орками все-таки передерется с конниками... Хорошо, все-таки, что разъехались с миром.

Я бы на их месте и не так орков назвала - три дня и три ночи сломя голову бежать за этими урук-хаями, которые вдобавок убили Боромира и не назвать их ничем покрепче сволочи - это какую выдержку надо иметь:rolleyes: Трехэтажным матом, чтоб икалось!:blush:

В оригинале - foul folk, filth. В принципе, перевод адекватный: просто для нас и английский мат, и английские ругательства мягче звучат, чем свои, родные.
Только это не кистяковсие перлы, а муравьевские - Кистяковский не дожил, увы. :( И что-то для меня пропало во 2-3м томах, где был только Муравьева перевод. Стало как-то тяжеловесно, что ли. Вот помню еще, что слово "мерзостный" много раз употреблялось.