А если он сейчас придет и увидит горькую правду?

Quod licet Jovi, non licet bovi

Кому-то будет больно об этом вспоминать! :D

В каком месте больно: сзади или спереди?

Поживём - увидим.

Если мы ещё продолжаем дискуссию об использовании глагольной рифмы, то приведённый мной выше пример демонстрирует отношение отдельно взятого признанного поэта к этому животрепещущему вопросу. Н. Ушаков не отрицал категорически глагольную рифму, использовал её там, где считал нужным, и в тоже время полагал, что стихи должны представлять собой нечто неизмеримо большее, нежели просто набор зарифмованных определённым образом строк. Начинающие же авторы имеют полное право разделять его точку зрения по данному вопросу, или же иметь собственную.

Как я уже сказала, при этом во всем стихотворении таких рифм только две штуки. Так что, судя по всему, глагольная рифма в этом стихотворении - это некий художественный образ, а сам стих никак не инструкция по применению оной. Иначе неясно, почему же ее там так мало.

Так в том-то и дело, что "использовал её там, где считал нужным", а не там, где ничего другого в голову не приходит. Когда стихи действительно представляют собой "нечто неизмеримо большее, нежели просто набор зарифмованных определённым образом строк", такие вещи как-то совершенно не замечаются. Например:

Настанет год, России черный год,
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь,
И пища многих будет смерть и кровь;

- тут далеко не с первого прочтения замечаешь эту банальнейшую рифму "кровь - любовь".

А вот если подобные вещи откровенно бьют по глазам - тогда беда. Тогда что-то со стихами не так, и тут уж ничего не поделаешь.

Скандал в благородном семействе - ах, какой конфуз!

Хендальв, я был неправ... глупо требовать от человека полного согласия с моей т.з. Прости меня... если сможешь. Уж так я на язык невоздержан... зря нахамил тебе.

О, я бы с радостью - да вот только не в хамстве дело, мой юный "друх".
А вот в чем :
Вы позволили себе лицемерить, сначала притарно хваля, затем критикуя меня в мое отсутствие - причем совершенно открыто - ради того, чтобы заслужить чью-то благосклонность.
А ваши "извинения" - простите, не нуждаюсь. Как и в вашей "лести".

:(
Хендальв, раз - Вы так считаете... что ж. Не буду - спорить и доказывать. Да, я - лицемерен и подобострастен - это верно... Однако же... меня - печалит, что все так - грустно - кончилось...:cry::cry::cry:
Но... молю - о снисхождении - к моим слабостям...

:confused::rolleyes::hmm::face::nono:

Все. Этот абсурд меня доконал.

У вас что тут сегодня - прощенное воскресенье, что ли?

Это?
Да не обращайте внимания - видимо сезонное у некоторых :D

Хендальв, я вот думаю... Вы настоящий маг! Даже двоиться можете! И вообще, я Вами восхищен не меньше, чем Сереной!:swoon::kiss: Такое сладостное, томящее ощущение, неизъяснимое очарование чую в Вас.:kiss::swoon: Я, в самом деле, не могу выразить всей полноты чувств. Я говорю это без тени лживости.

закатывает глаза, поминая Эру
"Томящее ощущение" ты испытаешь прямо сейчас же! (доставая Гламдринг)
И держи свой раздвоенный язык у себя за зубами!:D

Хендальв, все равно я Вами восхищен! Такое великодушие, мучительно-сладостные воспоминания, намного более ясный, чем у меня, ум, чрезвычайное благородство...
:swoon::swoon:

внимательно наблюдая
Надо же - как лебезит...

Слушай сюда - подобное "восхищение" у меня вызывает лишь одно чувство - омерзение. И пусть ты стыдливо удалил следы своего лицемерия - у меня в подписи они останутся, всем на обозрение.

"Я сказал "хорошо" и поставил аплодирующий смайл, просто чтобы польстить Хендальву. На самом деле его стихи не безупречны, но пока он был тут - я не мог сказать этого. А теперь говорю - нехороши стихи. И прошу простить меня."

Второй день укатываюсь от этого абзаца :lol:
Какие перспективы для сетевой литературы! Пока автор онлайн – он очень хорош. Как только отлучился в оффлайн – уже не очень. Появится – снова аплодисменты. Уйдет – нет, все-таки нехорошо пишет. Автор! Только твое присутствие в Сети делает твои тексты хорошими! Без тебя не понять, какие они. А при тебе нельзя сказать, что они не очень-то. А в твое отсутствие можно. А при тебе нет. Прости великодушно.

Литературная критика побуждает авторов становиться котами Шредингера!

Знаете, не обращайте внимания. Последнее время тут творится что-то невообразимое.
С ув.

Хендальв, такое вот получилось. Вдохновлялся песней Элхэ "Что мне петь о дороге?" и Черной Книгой Арды, естественно.

Что мне петь о Аст-Ахэ? - другие споют
О Твердыне, что Фааэй давала приют,
Над которой, как сердце, билась Звезда...
Только кровь на губах - Энид'Йахэт вода...

Что мне петь о Крылатом? - другие споют,
Как неистов он был и отважен в бою.
Сердце Арты в ладонях - слеза да полынь,
Камни Памяти - звезды - руины твердынь.

Что мне петь о Долине? - другие споют,
Как туман расстилался в Подзвездном краю,
И как замок высокий хранил тайну скал -
Хэлгор, Хэлгор! Прекрасный! Увы, и он пал.

Что мне петь об Эллери? - другие споют,
Как сражались и гибли в неравном бою,
И - распяты на белой-белой скале -
Стали - Памятью Арты, огнем на заре.

Тауриэль размышляет о Кили...

Когда уже продолжение фанфика будет? :read::mad:

Хендальв, мне там, в принципе, немного осталось дописать, но фанфик еще должен пройти тщательный осмотр на предмет ляпсусов и несостыковок у известно кого.:) Думаю так, что к концу ноября выложу бета-версию новой главы. Кстати, если нашел в уже выложенных главах какие-нибудь ляпы, говори - я выправлю.

Ну, вроде про необходимость добавить диалоги с персонажами в Бри я уже говорил - а так собственно всё.

Главы у меня не совсем соответствуют эпизодам игры - случиться может, что один эпизод на несколько глав расползается...
(Прикидывает, на сколько глав можно разделить эпизод " Ривенделл")

Хроники Странника.

Всегда ли воители Тьмы несут горе, смерть и разрушения? Всегда ли воители Света благородны, милосердны и сострадательны?
На оба вопроса отвечу - нет.
Воители Света и Тьмы - никогда не смогут понять друг друга; разные Пути выбрали они. Но, сами того не ведая, служат они цели Творца - сохранить Равновесие.
Разные судьбы уготованы им Великими: воителям Света - пить золотой мед в земле Валар, где алмазная пыль сияет мириадами звезд, и льет свет чисто-белое небо; воителям Тьмы - втоптанное в грязь знамя, кровь на каменных плитах, железные оковы, раскаленные распятья - черными звездами на сияющей скале; и Путь - словно льдисто мерцающий клинок из звездной стали.
Какие летописи откроют истину? Те, что бережно хранятся в Высоком Зале Форменоса; или иные - тайные - запретные в Землях Запада, которые хранит Народ Звезды?
Кто прав - воители Тьмы или воины Света?
Великий Манве, увенчанный золотым венцом, или Проклятый Отступник?
Я не знаю ответа; но клянусь смотреть своими глазами.
С этими словами я, Эллаир, Къон-айоли, последний из Эллири, беру перо и начинаю...


I. Эллэс. Пламя и Звезда.
Годы от Пробуждения Квенди 852-872.

Восемь островов - словно жемчужины в ладонях Моря, и имя им - Ожерелье Средиземья. Восемь вершин, высящихся над бескрайним лазурным простором...
Солнце светит сквозь листву, озаряя холмы на западе; искрится водопад; чуть колышется ковыль, внимая ветру. Туман ползет со стороны леса; звенят струны лютни, словно перекликаясь с песнею соловья, укрывшегося в роще на дальнем склоне холма. Высокие горы, поросшие соснами, неясно вырисовываются вдали; шумит море - и гребни волн разбиваются о черные скалы, а в небе сияет Звезда...
Эллэс - Земля Звезды. Так было.
Плодородные поля, золотистые колосья. Деревья клонятся к земле под тяжестью плодов. Деревянный город, нагретый солнцем; резьба на стенах - словно неясные картины - былого? грядущего? или того, что не случится никогда? Смутно виднеются в сумерках высокие башни. Огни приветливо сияют в окнах высокого жилища на холме - дома аэнтар. Закатный ветер разевает над башней Настари черное знамя, на котором изображен дракон под венцом из восьми звезд...
Элдайн - Город Звезды. Я помню.
Высокий человек в синих одеждах - аэнтар: голубые глаза; на золотистых волосах - венец из серебряных стеблей къелла; и ожерелье на его груди - из множества жемчужин и единственного камня соот-сэйор. Эайир-Видящий. В его голосе звучит тревога:
- Много ночей подряд одно видение посещало меня. Видел я человека в одеждах Тьмы, и показался он мне - Тем, Кто Приходил; и светлыми, как звезды, были глаза его, но седыми - волосы его, и печать скорби была на лице его. И говорил он мне - уходи и уводи народ свой, ибо земля твоя обречена погибнуть.
И скорбно склоняют головы Настари; рыдают женщины, отводят глаза мужчины; вздыхают старики...
Многие ушли - юноши, которые желали увидеть Покинутые Земли; девушки, которым наскучили тихие зеленые острова; зрелые мужи, понимавшие, что их мудрость и опыт пригодятся на первых порах - едва ли Эндорэ примет Эллири с радостью. Но многие остались: старики, желавшие умереть в Земле Звезды; супруги, для которых не было жизни без Эллэс; дети, которым едва ли пошло бы на пользу длительное морское странствие.
Белые корабли уносят нас из Эллэс. Но - что это? - пламя рвется в небо, горы рушатся, и лава заливает склоны холмов; пар поднимается там, где текла река; черный пепел скрывает солнце. Видны лишь белые прибрежные скалы, на них люди - не желавшие уйти - простирают руки к небу, умоляя стихию пощадить их. Но вал огня захлестывает побережье...
На корабле - безмолвие; ни рыданий, ни криков - лишь руки, простертые к Западу жестом проклятья. Слезы стекают по бледным лицам, и пепел погребальным саваном укрывает волосы. И паруса из белых стали серыми.
Но вот тихий голос менестреля разрывает страшное молчание:
О Эллэс,
были белыми крылья твоих кораблей,
но ныне
серый пепел осыпал их,
и слезам
холодный ли ветер причиной...
Облако пепла пронзает звездный луч, и ветер гонит прочь облака. Но небо багровеет, словно кровь; и, словно сердце, бьется в агонии Звезда Мельтор, освещая выжженные острова...
Эллири - Люди Звезды. Вас больше нет. Остались лишь Вайири - Изгнанники.
Я не забуду тех, кто остался в Эллэс. И не прощу тех, кто уничтожил Землю Звезды.

II. Эс-Тэллиа. Море и лес.
От гибели Эллэс годы первый - третий.

Тяжек был путь, но наши корабли вела Звезда, вставшая из черного пепла… Море, прежде спокойное, бушевало, и сумрачное небо грозило нам бедой. Порой восточный ветер приносил багровые тучи, и шли ледяные дожди – словно само небо оплакивало Эллэс. Туман, пришедший с запада, скрыл от нас погибшую землю – и название ее многие позабыли вскоре; но не ее саму. В душах Изгнанников жила память.
А потом... Потом мы увидели черные скалы, покрытые налетом соли, и белые птицы, оглашая воздух криками, поднялись в небо. И сказал тогда Эайир-Видящий:
- Это души тех, кто погиб в Земле Звезды. Я знаю, что скоро уйду из этого мира. Но душе моей не обрести покоя – станет она печальной птицей морских берегов.
И многие услышали и запомнили его слова, и нередко – века спустя – Вайири грустным взглядом провожали чаек, летящих к западу...
…Мы сошли на берег. Клятва Изгнанников прозвучала в сером сумраке. Ломкие стебли аира отныне стали символом этой земли, Земли-у-Моря – Эс-Тэллиа. Волны разбивались о скалы – и над побережьем нависало росное марево... Травы, покрытые налетом соли, казались седыми – и седыми были волосы многих девушек и юношей, которые меньше года назад оставили Погибшие Острова. Изгнанники с радостью пошли навстречу людям, явившимся из сумрачного соснового леса. Были эти люди невысокими, стройными, хрупкими, темноволосыми и золотоглазыми. Аои – назвали они себя, и Эайир-Видящий улыбнулся – наречие Детей Леса было знакомо людям Звезды. Люди Лесных Теней – так называли себя Хозяева Леса. Вождь их сказал, что жилища для Изгнанников готовы – так повелело ему сердце. И, придя в долину среди холмов, увидели мы деревянный город – он до боли напоминал Элдайн. И мы поселились там, и Фойолли – Народом Тишины называли мы тех, кто приютил нас.
О Эс-Тэллиа, Земля-у-Моря! Ветер, поющий в ветвях высоких сосен, до сих пор звучит в моем сердце…
На третий год от падения Эллэс собрал нас Эайир-Видящий на главной площади Дайнтар – так мы назвали город, дарованный нам Народом Тишины. И Изгнанники побледнели от страха и горя, вспоминая Эллэс – но Эайир горько улыбнулся.
- Срок мой пришел, - сказал он собравшимся. – Сердце мое не смогло забыть утрату. Звезда зовет меня. Прошу – не надо пышной гробницы; пусть деньги будут потрачены на помощь старцам и сиротам. Когда я умру, положите меня в ладью, пустите ее на волю ветра и волн и подожгите – я уйду в Пламя Арты, как те, кто остался… там, – вымолвив эти слова, Эайир упал навзничь – и последний взгляд его был обращен к Звезде Мельтор.
Пламя взлетало в ночное небо. Вайири стояли на побережье, не в силах сдержать слез. Но в последней вспышке огня мы увидели – из пламени вылетела белая птица и с печальным криком устремилась на Запад…

Вначале два одинаковых абзаца - надо поправить

Спасибо, сделано!