Galla!
Серая Коала – круто. Ну, собственно, она всегда такая…


«Пещера без бочек».

(Здесь получается в основном о Фарамире. Выложу как вышло, хорошо? А если не понравится – сотрем.)

Сначала Фарамир, глядя на Горлума, увидел себя плохого. А потом… потом Кольцо показало ему – его хорошего. Ну, действительно, чем прежде всего искушать интраверта? Общая интравертовская проблема – устоять против адской восприимчивости к давлению окружающего мира. Плюс к самораздавливанию, характерному для комплексующей личности. Я уже говорила – жернова. Внешние и внутренние.
Возможно, ему был предложен единственный шанс в жизни. Вечно второй, после великолепного старшего брата (у брата были свои проблемы, и кроме великолепия там есть и глубина, но здесь об этом не будем). Нет, его вполне устраивало быть вторым. Боромира он очень любил, очень им восхищался, всегда смотрел снизу вверх – и никогда, к примеру, не посягнул бы на власть короля Боромира. Так что все было бы хорошо.
Если бы не отец.
Я так понимаю, что здесь имеет место многолетняя душевная рана. В психологии описана следующая ситуация: нередко не очень любимый ребенок, обычно – тот самый, вечно второй, интраверт, любит одного из родителей почти до фанатизма, меряет свои поступки по нему, каждым шагом в жизни старается добиться одобрения и постоянно смотрит снизу вверх: ты меня видел? Оценил? Заметил? Одобрил? В таких случаях к ногам любимого родителя кладется вся жизнь и весь мир. Не жалко ничего, только люби меня.
К несчастью такого ребенка, в таких случаях обычно чувства не то чтобы односторонние, но со стороны родителя гораздо более спокойные. В лучшем случае. Как правило, о чувствах ребенка родитель не очень осведомлен либо же их недооценивает. Кроме того, упорное поклонение-преследование раздражает. Кроме того, как правило, есть другой ребенок, яркий, а не сумрачный, естественно любимый, воспринимающий ласку спокойно и без резких движений, более удобный в общении, надежда и упование родителя. (Ищущий внимания интраверт – обычно родительская проблема, зачастую неприятная и как бы не совсем приличная в разговорах с посторонними. Его не то чтобы стыдятся, но задвигают на задний план. Второй в квадрате, так сказать).
Примерно в трех случаях из четырех оба ребенка очень, очень дружны.
Думаю, все всё давно поняли, и надо выруливать к финишу. Фарамиру, полагаю, была предложена возможность стать тем самым первым, любимым, обласканным, оцененным по достоинству. Он – спаситель Гондора. Который, несомненно, очень и очень надо спасать. Он покажет себя – и докажет, что может быть сыном своего отца. Может быть, даже он сумеет не то чтобы заменить Боромира – но хотя бы стать его достойным. Достойным внимания и любви отца.
Вы знаете что? Мне едва ли не выть хочется, когда я думаю, что он этого так никогда и не дождется. Денэтора прошибет на слезу, когда Фарамира привезут уже без сознания. В последний раз (и предпоследний тоже… и все остальные…) он увидит отца… ну, скажем так, не слишком благоприятно настроенного. И если Джексон сохранит фразу о том, что лучше бы в Ривенделл поехал ты, Фарамир… то есть – как здорово бы было, если бы ты погиб… для Фарамира ничего больнее просто не придумать.

Так что он не может устоять.

Когда Фарамир входит в пещеру, у него в глазах блеск маньяка. Он идет не на встречу с Фродо. Он идет на встречу с Кольцом. Какой Фродо? Его здесь вообще нет. Его присутствие Фарамир осознает только после вопля: «Неет!», а присутствие Сэма – когда тот начинает отчаянно кричать. Да и то – Сэма он, кажется, так и не услышит по-настоящему.
А так – сошлись наедине Фарамир и его искушение.
Единственное, на что Фарамира хватает – так сказать, положить преграду между собой и предметом влечения. Он касается Кольца лишь мечом. Между прочим, шикарная визуальная находка, и в разнообразных контекстах очень многозначная. Ну, например, платонические влюбленные средневековья в определенных ситуациях клали между собой на ложе меч. Так сказать, во избежание неприятностей.
Фарамира и его искушение тоже разделяет лезвие меча.
Там богатый коктейль эмоций. И торжество от правильного решения мучавшей загадки, и упоение, и гордость (на слове quality), и почти нежность в какую-то секунду, когда он подцепляет цепочку, и Кольцо появляется перед глазами. И желание, упорное и потом яростное, и наконец ощущение страстного единения с Кольцом.
И предвкушения торжества.

А Фродо это все видит.

«Жалость и ужас терзали хоббита, когда ему вспоминался гондорец с искаженным лицом и горящими глазами, в которых светилась алчность».
В книге это про Боромира. В фильме, в общем, скорее про Фарамира. Только он Фродо не вспоминается. Он непосредственно перед глазами. И его клинок у горла.
И на лице у Фродо, сначала «стойкого оловянного солдатика», все больше проявляются те самые ужас и жалость.
Ну, дальше все знают. Сначала Кольцо его грузит до закатанных глаз. Потом – почти невероятное, он кричит Nooo!, кидается в сторону – и в темный угол. Чтобы никто не видел.
Но между прочим, немного видно – как он качается взад-вперед, как маятник. Опять же – как психически больной.
Вот тогда Фарамир видит, что, между прочим, кроме Кольца – в пещере есть Фродо. Глаза у Фарамира тоже огромные и тоже неподвижные, и его, кажется, тоже трясет, только помельче. Он осознает, где он, где Фродо, откуда доносится голос Сэма, и что он держит меч в руке, и что именно он этим мечом только что делал, и что, в общем, только что был… ну, не в себе, что ли. Что-то там еще про уничтожение Кольца. Про Мордор. И тут, конечно, как всегда бывает, от него требуют немедленного военного решения, для которого нужна как минимум голова – а в наличии ее в настоящую минуту на плечах он не совсем уверен.
Кстати – дисциплина в отряде изумительная. Командир слегка не в себе, глаза в пол-лица, в руке клинок, на страшное известие о том, что Осгилиат, видимо, падет, не реагирует… Всего-то – осторожный, почти шепотом вопрос: Captain? Типа – вы в порядке?
Фарамир поворачивает к нему голову. Взгляд мечется. Он снова смотрит в угол, на Фродо, по-прежнему дергающегося взад-вперед. Хоть режьте меня, но он в ужасе от того, что с Фродо сделал. И Осгилиат ему на этот момент важен меньше, чем Фродо.
Именно Фродо, а не Кольцо.
Но ему надо решать. К Осгилиату надо двигаться, и возможно быстрее. Он – гондорец… командир… воин.
И вообще, решение можно будет принять и по дороге.
И вообще, они далеко не уйдут. Какой там Мордор? (Что там говорил Боромир на Совете о том, что в Мордор так просто не пройти? Так вот, то, что он говорил, в Гондоре каждый знает).
И вообще…
И вообще, Кольцо отправится в Гондор.

Фродо и Горлум у пруда.
У Горлума вполне человеческая реакция.

А Фродо зовет "собачку".
И глаза не вполне человеческие.

Master!..

Фродо смотрит на Горлума после реплики Master!..

"Что же ты делаешь, Фарамир?.."

Анна,
Все опять страшно интересно - Запретный Пруд, допрос Голлума, "сцена с бочками". В большинстве случаев могу только согласиться с Вашими рассуждениями – анализ очень точный, все по полочкам раскладывается.

Как я уже говорила, меня очень зацепил – и заставил много думать! – Ваш анализ разговора Фродо и Смигола на Пруду.

Согласна, Фродо трагически промахивается с интонацией, когда начинает подзывать к себе Смигола на Пруду – подзывать, как низшую тварь, как собачонку, которая должна идти "к ноге" хозяина. И это Фродо, который до этого всегда общался со Смиголом подчеркнуто дружелюбно, мягко, терпимо. Который рявкал на Сэма за попытки помыкать Голлумом и унижать его…

И ведь по-человечески совершенно понятно, почему Фродо так лажается. Он в шоке, смятении – после своего тягостного признания Фарамиру и от самой ситуации. А еще он безумно торопится, потому что каждую секунду ждет выстрела. Он ведь поверил, что гондорец может отдать команду стрелять, и не уверен, что тот действительно даст ему "вытащить" Смигола. Поэтому ему необходимо, во что бы то ни стало, любыми способами заставить Смигола немедленно подчиниться… Иначе того убьют лучники.

ПиДжей у нас режиссер умный, ВК знающий блестяще – свой паззл он складывает виртуозно. И, знаете, какая тягостная мысль пришла мне сейчас в голову? Тут все не просто так, в этой сцене. Потому что ключевые слова здесь - "любыми способами" и "заставить". Чувствуете, откуда ветер дует?

Я вдруг поняла для себя, что ошибка Фродо при разговоре со Смиголом на Пруду страшнее, мрачнее и трагичнее, чем может показаться на первый взгляд. Это очередной шаг хоббита вниз, в бездну, – под власть Кольца, к потере себя.

Народ, вспомните, что есть главная цель зла у Толкиена? Подчинение свободной воли человека (или любого другого разумного существа). А Кольцо действует на этом пути не только силовым давлением, но и хитрыми, иезуитскими методами.

Что там объяснял Гэндальф своему ученику в Бэг-Энде, отказываясь от предложенного ему Фродо Кольца? Что созданный Сауроном артефакт дает каждому своему владельцу всевластие по его мерке. И использует для подчинения его не только слабости и недостатки своей жертвы, но также играет на ее мечтах и благих устремлениях. "Благими намерениями вымощен путь в ад"…

"Нет! - воскликнул Гэндальф, отпрянув. – Будь у меня такое страшное могущество, я стал бы всевластным рабом Кольца. (…) Кольцо знает путь к моему сердцу, знает, что меня мучает жалость ко всем слабым и беззащитным, а с его помощью – о, как бы надежно я их защитил, чтобы превратить потом в своих рабов".

Да, Фродо на Пруду находится в безвыходной ситуации. Да, он действует из лучших побуждений, пытаясь спасти и защитить доверившееся ему существо. Но… Он в спешке и отчаянии выбирает самый простой и быстрый (как ему кажется) путь. А простые и быстрые пути, они очень часто заводят не туда…

И что у нас происходит? Чтобы подчинить себе Смигола (ради его спасения, естественно!) Хранитель обращается к силе и власти Кольца! Вспомните, именно у Пруда, требуя от Голлума подчиниться его приказу, он впервые называет себя в третьем лице и ХОЗЯИН [Кольца]. Т.е. он апеллирует к клятве, принесенной ему Голлумом на Кольце, а значит, к той власти над несчастной тварью, которое ему дает через эту клятву Кольцо. Оопс… Приехали…

ПиДжей дополнительные нюансы этой сцены между Фродо и Смиголом тоже не из головы придумывал. Это однозначно мотивы из книги. И не только из самого "Запретного Пруда", но и из "Усмирения Смигола". Вспомните видение Сэма – как он видит Фродо и Голлума после клятвы: "A tall stern shadow. A mighty lord who hid his brightness in grey cloud, and at his feet a little whinning DOG". Уже там возникает образ властного хозяина и скулящей у его ног послушной собачонки…

А не так давно меня на одном из западных форумов ткнули носом в очевидную вещь, до которой я так и не додумалась сама за 20 лет чтения ВК. Ведь именно в сцене усмирения Смигола из книги Фродо ВПЕРВЫЕ за все время сознательно использует Кольцо по его прямому назначению – подчинять и порабощать волю других. То есть впервые принимает предлагаемое Кольцом всевластие. Да, это снова происходит в патовой ситуации. И снова у хоббита самые благие цели – избежать необходимости убивать Голлума и получить проводника в Мордор, чтобы иметь шанс выполнить свою миссию. Но до этого момента сопротивляемость Фродо разлагающему действию Кольца усиливалась за счет того, что он никогда, даже в мыслях не предполагал для себя возможность его использования. Другим это сразу в голову приходило, даже старине Сэму. Но только не Фродо – у него будто предохранитель в мозгах стоял. А на Эмин-Муиле предохранитель-то и полетел… После чего Фродо стал уязвим для кольца, оно начало нащупывать дорожки к его сердцу. Если присмотреться, в книге именно после усмирения Смигола постепенно начинаются изменения в личности и поведении Фродо.

В фильме сцена усмирения сильно сокращена по сравнению с книгой, поэтому эта тема не так просматривается. Хотя, когда Фродо говорит с Голлумом о клятве на Кольце ("There’s no promise you can make that I can trust". и "The Ring is treacherous. But it will hold you to your word"), у него лицо высокомерное и ледяное, как у Снежной королевы и в голосе стылый холод. Он таким голосом и с такими интонациями больше нигде не говорит. Да, у него лицо там совсем не "темное". Напротив, оно освещается, только свет этот холодный и равнодушный. Как и у сэмова видения в книге. Это первый шаг к слому и катастрофе Саммат Наура – к той белой фигуре, недоступной жалости и милосердию, к провозглашению себя властелином Кольца…

Но ведь и в "усмирении" из книги сияющие одежды властителя из видения Сэма не имеет никакого отношения к добру. Зло рядится не только в черные одежды. Помните, что говорила искушаемая Кольцом Галадриэль?

"Вместо Черного Властелина вы получите Властительницу. Я не стану Черной, но дивной и устрашающей как утро и ночь! Прекрасной как море, и солнце и снег на горных вершинах. Смертоносной, как гроза и молния. Могущей, как земная твердь. Все будут (интересно, что здесь глагол будущего времени shell, который, по-моему, дает оттенок долженствования, в отличие от will) любить меня и падут прахом у моих ног!" Пардон, собиралась привести цитату по Кистямуру, но обнаружила, что он тут опять сказки рассказывает вместо точного перевода. Пришлось составлять гибрид из себя и КиК. ;)

Короче, в фильме тема использования Кольца Фродо и порожденный ей мотив (очень важный для Толкиена) – благих целей и дурных средств для их достижения - для меня более очевидна в сцене на Пруду. И там, как следовало ожидать, "зло непрерывно порождает зло". Благой по намерениям поступок Фродо в сочетании с негодными средствами оборачивается предательством и катастрофой. Исчезновением доверия между ними, смертельной раной для Смигола, в котором снова оживает и берет верх Голлум. Путь, ведущий к ответному предательству - в логово Шелоб.

Ой… Целый трактат накропала… :D

"Что же делаешь ты, Фродо Бэггинс..."

Прочитав предыдущий пост Галлы...

Да, Анна, я действительно примерно в марте высказывала здесь мысль (и пыталась ее подробно аргументировать), что из-за вынужденного сокращения и перемонтажа фильма за месяц до премьеры Джексон переставил "сцену с бочками" с одного места на другое. Мне кажется, что по душевному состоянию героев (особенно Фродо) логичнее она смотрелась бы уже после сцены с искушением Фарамира.

Еще я исходила из того, что эти сцены происходят в разных помещениях. Присмотритесь к картинке, которую я сейчас запощу. Вот финал (или, напротив, начало) разговора Сэма и Фродо о кольце. Это то самое помещение с бочками. Фродо сидит в той же позе - и в том же кошмарном душевном состоянии! Так же встревожен Сэм...

А сцена с Фарамиром и мечом происходит в другой пещере, там, где хоббиты спали, когда Фарамир пришел забирать Фродо на Пруд.

Rika,
Во-первых, нисколько не возражаю против того, что монтаж сделан на живую нитку. И расположение сцен, весьма вероятно, было (и возможно, еще будет) иным. Я, в общем, о другом – как бы бочки ни бродили из угла в угол, психология все же соблюдена. Как мне кажется…
Во-вторых, Вы очень и очень правы насчет влияния Кольца на Фродо – и в горах, и у Запретного Пруда. Логично и точно.
И еще мне нравится, что теперь не нужно все сваливать на Фарамира: что предательство Горлума – исключительно результат его действий. Я бы сказала, все по очереди руку приложили. И Фарамир, конечно. И Фродо – как Вы показали. И, наверное, еще и Сэм добьет в начале третьего фильма…

Не спорю - свою логику наш мастер на все руки ПиДжей сумел подбить и под нынешний монтаж. :)

И все же меня, как старого театроведа, ;) в сцене с бочками с первого просмотра царапал неоправданно высокий (для ситуации) эмоциональный накал в игре актеров. Такие безумные реакции и столь тягостное психическое состояние у Фродо до этого бывали исключительно после общения с Кольцом.

Тем более, Фродо к фразе "He will see me..." уже в совершенно невменяемом состоянии. Из такого штопора за секунду не выйдешь, не так ли? А когда входит Фарамир, Фродо уже совсем другой. Да, в нем есть напряжение, страх, готовность к последней схватке... Но нет ни следа этой чудовищной паранойи с белым, дергающимся лицом и стеклянными глазами-провалами...

Rika,
мне бы совершенно не хотелось с Вами спорить там, где я, в общем, согласна. Однако на ощущении сохранения логики развития событий, пожалуй, все-таки буду настаивать. Несмотря на несомненно сырой монтаж и путешествия бочек...

Кстати, именно после Вашего поста о влиянии на Фродо Кольца (во время сцены с Горлумом у Пруда) у меня в голове наконец все последовательно уложилось. Сцена разговора Сэма и Фродо перестала быть неоправданно эмоциональной. Ведь вполне логично, что Фродо ощутил, как делает "очередной шаг... вниз, в бездну, – под власть Кольца, к потере себя". Как бы логично и то, что он после этого в ужасе и раздраенных чувствах...

Фарамир пришел на встречу с искушением.

Дальше.

Фарамир даже не видит Фродо.

А Фродо очень хорошо видит Фарамира. И - "ужас и жалость"...

"Шанс показать себя". Гордость...

А это уже одержимость.

А это он очнулся и увидел Фродо.

Не до Осгилиата...

Еще одно "зеркало" - теперь ужас и жалость в глазах Фарамира...

Эмс... ничего удивительного :D. Очень уж холостяк энергетично-харизматичный. НАСТРАИВАЕТ, иф ю фоллоу ми :p.
Из Хауза уйти не могу, бо мы с ним сроднились ;). Имхо это тот редкий случай, когда ПиДжей щадит книжного Фродо, а не высвечивает, как в других местах "пропасти его души", потому что в книге это как раз не мотив, там всё идёт прямым текстом, всё гораздо жёстче, - 'Smeagol! ' said Frodo desperately. 'Precious will be angry. I shall take Precious, and I shall say: make him swallow the bones and choke. Never taste fish again. Come, Precious is waiting! '
"Смеагорл, Прелесть рассердится. Я надену её и скажу: пусть Смеагорл подавится костью и никогда больше не попробует рыбки. Иди, Прелесть ждёт!"
Сказано, опять же, в отчаянии, которое порождение сами-знаете-каких сил.
Чуть дальше есть и про нашкодившего пса, которого подзывают "к ноге": There was a sharp hiss. Presently out of the darkness Gollum came crawling on all fours, like an erring dog called to heel.
Ну а фраза 'Master has come to look for you" для меня напрямую связана с "Они здесь. Они пришли" в Осгилиате.

Галла:) а куда ж деваться, если обсуждение синхронно и тут, и там идет:rolleyes:

А зачем куда-то деваться? И там и тут обитель м-ра Бэггинса и его почитателей. Меня лично совсем не напрягает возможность жить на два Дома, тем более, что они совсем, совсем разные :). Как факторный анализ и чувственный. Тьфу, запутали совсем бывшего математика! :D.
Вот вам чудесная картинка с TORN: Фродо и Сэм в тоннеле под Андуином. http://www.quintessentialwebsites.co...osgiliath1.jpg

Rika,
Я долго думала после прочтения Вашего поста о монтаже. Вообще на углубление мозговой деятельности Вы меня очень хорошо простимулировали, за что большое спасибо.

Дополнительным аргументом в пользу Вашей теории о переставленных сценах является некоторая неувязка в «психологическом профиле» Фарамира. После шока обнаружения себя в пещере с мечом в руке, а Фродо в состоянии невменяемости – в углу, речи Сэма и известия об Осгилиате он принимает решение не то чтобы слишком быстро… можно, в принципе, и так, но здесь явная нестыковка. Не верю, чтобы хороший режиссер Джексон и хороший актер Венэм не воспользовались преимуществом психологической школы и не показали – хотя бы секунд на пять – игру эмоций на лице Фарамира, переходящего от глубокого сочувствия Фродо к жесткому заявлению: «Кольцо отправится в Гондор». Что-то не могло не быть. А так – как будто склеили два кусочка разных сцен, одной – где Фарамир потрясен и сопереживает, другой – где он взял себя в руки, принял решение и до конца будет его придерживаться. Если Фродо вряд ли мог прийти в себя после «ломки», то и Фарамир – тоже вряд ли.
Так что, весьма вероятно, порядок действительно был такой:
1) Допрос Горлума
2) Вероятная сцена между хоббитами в пещере без бочек (?)
3) Там же и те же плюс Фарамир. Обрывается там, где Сэм умоляет помочь Фродо. Там, где он смотрит на Фарамира с отчаянием и надеждой… Решение еще не принято – хотя отряду Фарамир приказал собираться.
4) Возможно, еще какая-то сцена с участием Фарамира – ну, например, на заднем плане сборы, а он снова разговаривает с тем же рейнджером (для меня привлекательна возможность еще одного «закольцовывания», с вовлечением сцены за картой – но, естественно, это уже грубое домысливание). Вариант хорош тем, что у Фарамира есть время пометаться, принять решение и снова «нацепить маску»
5) Вероятная сцена между хоббитами в пещере с бочками (подтверждается спойлерами)
6) Появление Фарамира, сообщающего: «The Ring will go to Gondor». Иной ракурс. Иной голос. Иное настроение… Возможно, там между ними и еще что-нибудь было сказано.
Вот тогда и ритм восстанавливается, и психология соблюдена, и бочки на своем месте.
Но если действительно сцену резали по живому, и Джексон сумел соблюсти свою линию – мой глубокий респект. Вот это профессионал…

Картинку момента ужаса, вины и сочувствия Фарамира Фродо я уже постила. Это для сравнения - картинка момента The Ring will go to Gondor.

Bell,
конечно же ты права!
Наверное, я просто недостаточно точно выразила свою мысль. Я имела в виду, что в фильме именно ЭТОТ мотив (или тема) в "системе" взаимоотношений Фродо-Кольцо-Голлум звучит более приглушенно по сравнению с книгой, но тема пришла именно из первоисточника.

Хе-хе... Жить на два дома - занятие слегка утомительное. Иногда путаться начинаешь, где, кому и что сказал. ;) А насчет обители... Пардон, не надо смешивать разные понятия! Обитель - это однозначно у вас в Хаусе. У нас тут скорее "Факультет научного фродоведения"! :lol:

Анна,
мне тоже приходило в голову, что там вырезан разговор между Фродо и Сэмом о Голлуме после возвращения г-на Бэггинса с Запретного Пруда (мой длинный старый пост на эту тему находится вот здесь: http://lotr.snt.ru/forum/showthread....&pagenumber=46). Этот разговор необходим хотя бы потому, что Сэмка в фильме дрых богатырским сном и в очередной раз "проспал" неприятности хозяина (очень характерное отличие Сэма из фильма от Сэма из книги! ;) ) Мастер Гэмджи ведь должен выяснить у г-на Бэггинса, где того носило! :lol:

В книге у Сэма в Хеннет Аннуне есть много нелицеприятных высказываний по поводу Голлума и ценности его жизни. Я не удивлюсь, если в SEE он будет в этой гипотетически "вырезанной" сцене выговаривать хозяину за то, что тот не дал пристрелить эту мерзкую тварь. А пока хоббиты будут выяснять отношения на эту тему, как раз и подоспеет "поехавший" на Кольце Фарамир...

P.S. WOOW! А как мне понравилась идея о том, что вопрос Сэма ("Неужели Вы ему не поможете?") и фарамировское The Ring will go to Gondor может оказаться из "пещеры с бочками"! Тем более, на спойлерной фотке из пещеры с бочками оба хоббита явно смотрят на кого-то... Не удивлюсь, если на Фарамира! И Сэмка явно опять готовится ругаться в защиту хозяина... Эх... Надо будет как следует всмотреться в кадр. ХОЧУ SEE TTT!!!!

*откашливаясь и поднимая бокал* так выпьем же за аббатиссу и её синеглазых голубиц! :p
На самом деле, никуда я отсюда не исчезала. Просто посты Анны - это тот редчайший случай, когда не то что лезвие ножа, бритву не просунешь. Красиво, убедительно и логика железобетонная :). От интонации его Prepare to leave меня признаться, изрядно заколотило. Тихий шёпот его помощника выглядит военной тайной, а вот такой же тихий ответ Фарамира - шёпотом у постели очень больного ребёнка. Чтобы не дай Бог, лишний раз не потревожить. Собственно, на тех же самых эмоциях книжный Фарамир подхватил его на руки.

Уважаемые собеседники, всех вас люблю, а особенно - Bell, по наводке которой собираюсь взять вторую фамилию – Железобетонссон… В знак уважения и с надеждой на понимание – очередная серия, так сказать, покадровых идей, условно озаглавленная

Дорога к Осгилиату,
или Трудна ты, работа палеоантрополога
(поэтому просьба ногами не бить)

Вот здесь уже не просто порезано, а покромсано с мясом и конечностями. Осталось три крохотных кусочка – и все. Так что уже, в общем, не до психологии – приходится вроде как определять внешний вид питекантропа по черепной крышке и бедру…
Что все-таки можно попытаться предположить. Во-первых, в «черепной крышке», то бишь первом кадре, где все куда-то идут (кстати, почти наверняка выхвачен из середины сцены – уж очень фрагментарен) видно, что вокруг уже не лес, а нечто вроде степи. Склон с кустиками – типа того. У Фарамира в руке большой лук. Что-то это мне сильно напоминает. И правда, на большей части первых спойлерных кадров Фарамир с несколькими (число варьируется) рейнджерами на фоне склона с серо-зелеными кустиками, на груди Белое Древо, в левой руке лук. Кадры прекрасного качества, заявлены еще до появления фильма в прокате. А в экранной версии – ничего подобного, осталось что-то очень невнятное, против света…
Вывод: сцена была а) не маленькая; б) не проходная; в) работала на раскрытие образа Фарамира как командира, тактика, стратега и т.п.
Другая серия кадров, по моему предположению, отсюда же (общее – степь, Фарамир, рейнджеры) – с участием Фродо, держащего на ладони что-то… Кольцо, проклятое, что же еще. Фродо просто крючит. Фарамир смотрит на него, как мне стало привычно формулировать (по Толкиену) – с ужасом и жалостью. На одном кадре больше первого, на другом второго.
В фильме из этой части осталось чуть. Один кадр, где Фродо бредет, уставший до запределья, спотыкаясь на ровном месте; за его спиной, по левую руку, видимо, Фарамир – его Белое Древо и его лук в левой руке.
Все.
То, что дальше – уже в виду горящего Осгилиата, говорить уже некогда. Там сцена разрешается – срывом Фродо и молчанием из последних сил Фарамира. А что довело их до жизни такой – одни предположения.

Начнем с конца, раз уж только его нам соизволили продемонстрировать.
На первом кадре после «Осгилиат в огне!» Фродо в левом нижнем углу кадра, Фарамир в верхнем правом. По-прежнему за левым плечом Фродо, только лук оказался в правой руке. Сразу предупреждаю: переложить лук из одной руки в другую гораздо легче и быстрее, чем перекатить с места на место бочки. Но поскольку монтаж сделан так, что кроме как за лук зацепиться не за что… Лук в правой руке Фарамира уже на кромке обрыва, на реплике «Osgiliath burns. Mordor has come». Дальше он тоже везде в правой руке… Поэтому условно предлагаю считать с этого момента сцену как бы единой.
Фродо уже невменяемый. Не думаю, что он просто устал от длинной пешеходной прогулки с заботливой рукой охранника на плече. Как легко убедиться на примере пяти часов просмотренного до сего момента материала, довести его до такого состояния не так просто. Даже Кольцу.
Отступление, необходимое для продолжения. У Толкиена есть великолепная деталь: когда Фродо видит красный огонек – то, что в фильме есть Глаз Саурона – он надламывается физически. «Фродо брел, свесив голову: ноша опять тяготила его. Как только они свернули с Развилка, гнет, почти забытый в Итилиене, усиливался с каждой минутой».
Не знаю, возможно, по дороге к Осгилиату происходит что-то подобное. Доказать, конечно, нельзя. Но вообще Джексон этот момент не пропустил. Помните, когда Фродо и Сэм вслед за Горлумом выходят из скал к Болотам? В Изгарных горах горит красная точка. Фродо довольно бодро и живо поднимается на скалу, затем поднимает голову, застывает, покачнувшись, горбится и идет дальше вниз – уже тяжело, спотыкаясь.
Может быть, он и здесь так спотыкается.
Фарамир все время держится возле него. Кроме прочего – это попытка позаботиться и охранить. Думаю, его разрывают на части долг и человечность все время, пока они идут к Осгилиату – и он пытается сделать для Фродо хотя бы то, что в его силах.
Предполагаю, что он попытался отвлечь его разговором.
Да, это очень шаткое предположение. Сослаться могу только на косвенные аналогии у Толкиена. Есть в книге сцена после допроса Горлума, когда Фарамир с Фродо говорят уже более чем откровенно – называя вещи своими именами. «Фродо, не надо тебе с ним идти… Не ходи через Кирит-Унгол!» - «А куда мне идти?.. Не в Гондор же нести Кольцо, сведшее с ума твоего брата?.. Хочешь, чтобы два Минас-Моргула, как два черепа, скалились друг на друга через пустыню?» Но там есть и другое. «Если ты все же вернешься живым из смертного мрака, то мы сядем с тобой на солнце у Белой Стены и будем с улыбкой говорить о минувших невзгодах…»
Конечно, если уж говорить, то говорить о Гондоре.
«Мне мечтается, - сказал Фарамир, - и цветущее Белое Древо, и Серебряный Венец на челе короля, и мирный Минас Тирит… нет, Минас-Анор, град, каким он был в древности, светлый, высокий и дивный…»
В виде предположения: если Фарамир начал говорить о Гондоре, то говорил он с любовью и чувством – помните Боромира в Лориэне? А уж какая была бы закольцовка!
(А уж какая вкусная была бы закольцовка, если бы мои бредовые предположения оказались правдой – и оба брата пытались утешить Фродо, которому страшно и одиноко – один в Лориэне, другой в Итилиене…)
Тогда понятно, почему у Фродо слезы в глазах, когда он говорит: «Кольцо не спасет Гондор». Фарамир, Кольцо не спасет твой Гондор и не поможет осуществить твою мечту.
Фродо знает, что такое любовь к своей земле. Если Фарамир вспоминает Гондор вслух, то Фродо – Шир про себя. Бестолковых и милых хоббитов, ради которых он жертвует жизнью.
Это – больно. Плюс давление Ока и Кольца…
Он плачет. В глазах слезы – после Мории это впервые. Умоляет, как на Запретном Пруду: «Please! Let me go».
Там Фарамир после паузы кивнул. Здесь молча смотрит на Фродо, и по лицу видно, что он и хотел бы, но не должен. И Фарамир тоже не железный, он больше не может смотреть на Фродо – и не сделать то, что он просит. Долг штука жестокая, и человечность начинает брать верх. Он пытается отвернуться от выбора. Поэтому отводит глаза и командует: «Hurry!»
И тогда Фродо кричит высоким, сорванным голосом, сквозь комок в горле: «Faramir, you must let me go!»
Нет, как хотите, а Осгилиат для Фарамира только последний толчок. И уж он-то не виноват, что его метания жестоко обкарнали минимум в двух местах... И что теперь за два крупных плана метания особо не заметны...
Вообще интересно, что вся ситуация выбора Фарамира – тоже возможная скрытая закольцовка. Фродо на Запретном Пруду должен выбирать между глобальным спасением мира и частным спасением Горлума. Он выбирает частное и человечность – и оказывается глобально прав. Фарамир на пути в Гондор тоже должен выбирать между тем, что считает своим долгом, - и тем, что подсказывает ему человечность.
Что он выберет, мы знаем.
И тоже окажется прав.
И уж это у Толкиена точно везде есть. Он не одобряет долг, заставляющий совершать преступления против человечности…

Но, конечно, это только реконструкция (вернее, попытка оной), и только в SEE скелет питекантропа предъявят (будем очень надеяться!) в полном и собранном виде…

Фродо спотыкается. А у Фарамира лук в левой руке

А в следующем кадре - уже в правой... (Фарамир слева от Фродо)

Фарамир, который не может отпустить Фродо.
На Боромира очень похож

Фродо плачет

Сэм, который еще не видел, чтобы Фродо плакал...

Анна, а можно попросить палеоантропологический анализ самого Осгилиата? Мне вот до сих пор непонятно, почему Фарамир оставляет Фродо без охраны в невменяемом состоянии и при угрозе с воздуха.

Кэт, мне кажется, он его не оставлял без охраны, там немного другое. Про Кольцо знает теперь весь отряд, а не только Фарамир (спасибо Сэму, он проговаривается ещё более опасно, чем в книге - а говорили, что этого эпизода в фильме нет; всё там есть, как в Греции). Как оно действует на людей, Фарамир знает очень хорошо. Снять его с Фродо нельзя, и оставлять его на Фродо наедине с охраной, даже самой преданной - чистое безумие, там не останется ни Фродо, ни Кольца, ни охраны. Он и принимает единственно верное решение - выдёргивает Фродо из толпы рейнджеров и тащит его от них подальше, как можно дальше, в развалины, где его не найдёшь. Как же без охраны - он его лично охраняет, и эта охрана сделала бы честь любому правителю.
Единственный прокол - его опять швыряют об стенку. Такая утончённо-садистская закольцовка с Арагорном в Бри.

Хм... А почему тогда никто не мешает Фродо забраться на башню?

А вот то, что он полезет на башню, Фарамир вряд ли предвидел. Он же ему сказал - сиди смирно и не высовывайся (кстати - может, об стенку он его стукнул, чтобы вывести из очередного транса? потому что приводить Фродо в себя более-менее цивилизованными способами времени у него не было). Он же не знал, что за chemistry возникает между кольцом и назгулом. Знал только Сэм, он один и чухнулся, пока другие по углам разбегались. Возвращаясь к разговору в Хаузе - тому самому дракону в пасть полез, точно как обещал. А Фарамир того самого дракона единственной стрелой подстрелил. В самое уязвимое место. Ещё один привет от "Хоббита".

Осгилиат,
Или записки из Сталинграда

Потому что если бои в разрушенном, осажденном, но не сдающемся городе – это автоматическая отсылка к Сталинграду. Берлин, положим, тоже осаждали и разнесли на развалины, но для мифологии это неважно. Руины, где засели автоматчики / снайперы / лучники и целятся в небо во вражеские бомбардировщики / дирижабли / назгулов, следует считать Сталинградом. И точка.

Это то, что глубочайше уважаемая мною Серая Коала называет «ребята, мы тут чуть-чуть подкрутили правдоподобию гайки», а также «мета-анекдоты (цитаты из других фильмов, говорящие - ку-ку, мы в мире кино)». При этом, ее же словами выражаясь, Джексон «умудряется держать саспенс и эпический, библейский даже пафос».

И совершенно неважно, что непонятно, откуда обстреливают Осгилиат большими-большими камнями. Для этого на восточном берегу должны стоять большие-большие катапульты с большим-большим количеством мордорских орков и огроменными мумаками, которые катапульты туда притащили. И абсолютно налево, что, когда фарамировские рейнджеры подходят к Осгилиату, никаких войск с катапультами и мастодонтами на восточном берегу в помине нет.

Это законы жанра. Немцы обстреливали Питер из Царского Села и Петергофа, за двадцать-тридцать километров. Хорошо стреляли, целились по Исаакию. У орков Саурона, надо полагать, тоже пороховые гаубицы? А мне неинтересно. Честно говоря, мне саспенс и пафос важнее технических подробностей.

И вообще, в теме «Фродо в Сталинграде» есть что-то такое… такое… глобально-трепетное, что мне и не по зубам. Маленький человек без надежды с невероятно огромной миссией… Воля ваша, со Сталинградом это рифмуется очень неплохо.



Этот горький миг торжества.

Нет, Фарамир пытается торжествовать по полной. Он передает хоббитов с рук на руки и комментирует сие событие – «Tell him Faramir sends a mighty gift. A weapon that will change our fortunes in this war». В общем, передайте папе, что я ему хороший сын. Я очень старался.

Он подчеркивает огромность своего бескорыстного дара Гондору и пытается снова ощутить собственную полноценность в качестве достойного сына Денэтора. Но как-то не очень это у него получается. Даже когда он поднимает подбородок и принимает торжественно-важный вид… все равно не получается. Потому что в нем занозой сидит жалость к Фродо и внутренний голос, говорящий, что он поступает неправильно, принося человечность в жертву долгу.

Кажется, это называется совестью.

Лично мне его в этот момент ужасно жаль. Мало того, что совесть ему отравляет долгожданный миг, еще и лицо такое… почти мальчишеское…

К тому же и Сэм врезает ему под дых по больному месту.

Смерть любимого брата. «Как печальна судьба: тебе, видевшему его последним, нельзя рассказать мне о главном, о том, что было у него на сердце перед смертью…»

Фарамир хотел знать о Боромире так сильно, что – через себя – попросил об этом Фродо. Тяжело пережил отказ. Потом все завернулось так круто, что было и не до этого.

А теперь… Ты так сильно хотел знать? Хотел – получай на прощание. Твой брат – предатель и клятвопреступник.

Если Сэм хотел посчитаться с Фарамиром за то, что тот сделал Фродо больно… а он, конечно, посчитаться очень хотел… то своего добился.

В сцене первого допроса при упоминании Фродо о Боромире Фарамир не выдерживает – резко встает. В сцене в Осгилиате при упоминании Сэма о Боромире он тоже не выдерживает – резко оборачивается и делает шаг вперед. Оба раза выдержка его здорово подводит. По-настоящему больное место.



Неважное дополнение

Про то, как Фродо чувствует появление назгула, говорилось много и хорошо. Добавлю только: Фарамир при взгляде на Фродо понимает, что происходит, еще до того, как раздается назгульский вой. В общем, и не удивительно. Из присутствующих он после Фродо знает о Кольце больше всех. Даже больше Сэма, которого Кольцо, кажется, еще непосредственно не искушало.



Фродо у стенки

Bell очень качественно разъяснила, почему Фарамир затаскивает Фродо в угол и швыряет о стенку a-la Арагорн. Про то, что гондорцам в сфере влияния Кольца доверять нельзя, мне тоже думалось, хотя не так четко. С точки зрения военной логики – мой военный отец объяснил, что при обстреле безопаснее в углу возле стены, где не отрикошетят осколки.

Но, по-моему, все еще проще. Так делается в фильмах про тот самый осажденный Сталинград.

Пока не прилетел назгул, чего такого делали лучники в руинах, целящиеся в небо? Не ждали же они назгула, в самом деле… Ответ прост. Они на самом деле не лучники, а советские солдаты у зениток, целящиеся в фашистские самолеты.

Почему Фарамир кричит «Наааазгул!» с длинной оттяжкой на первом слоге? Потому что «Вооооздух!» советские солдаты кричат именно так. Мне кажется, в каком-то нашего производства фильме я видела даже солдата, вот примерно так присевшего во время того самого предупреждающего крика.

Почему он волочет Фродо к стене, а потом бежит в гущу боя? Потому что советские солдаты оттаскивают в укрытие раненых товарищей. А потом бегут сражаться дальше.

Это соображение мета-анекдотическое. А из логических к прекрасному посту Bell прибавлю вот что еще.

Что еще Фарамиру делать, как не идти к солдатам? Он – командир. Ему нельзя их оставлять. Помнится мне, что при появлении назгулов в книге «даже закаленные воины… роняли оружие из обессилевших рук, чернота полнила их душу, и они уже не думали о сражении, им хотелось лишь где-нибудь укрыться и скорее умереть». А при появлении Фарамира «возвращались к своим… ему и люди, и кони были покорны».

Ну не может он сидеть рядом с Фродо и держать его за руку. Он при исполнении. И так сделал что мог. И потом (спасибо, Белл!), он и на Сэма немного рассчитывал.



Почему и где Сэм лажается. А где - нет.

Вот что мне непонятно – так это момент, когда Фродо с пустым сосредоточенным лицом идет мимо Сэма (видимо, в сторону лестницы на стену?), а тот только и спрашивает: куда это вы, мистер Фродо? Ждет-то чего? Неужели в осажденном городе под бомбежкой можно разрешить невменяемому шататься куда он пожелает? Схватить, связать, удержать на месте – на болоте-то Сэм его догадался за руку его схватить.

Ну, хорошо, может быть, растерялся. Дошло, только когда увидел Фродо перед птеродактилем на краю стены. Но в целом, пожалуй, по длинной лестнице вверх все-таки нужно было бежать чуток раньше. И времени на размышления хватало, потому что Фродо-то в своем наркоманическо-лунатическом состоянии наверняка по лестнице не бежал, а потихоньку шел…

Разве что в этом месте тоже вырезка – Сэм отвлекся… ну, не знаю, Горлум что-нибудь выкинул, например…

А вот где я Сэма сильно люблю, так это когда Фродо говорит: у меня ничего не выйдет, а Сэм отвечает ему так буднично, словно знал это давным-давно: я знаю, мистер Фродо. Наверное, действительно знал. И когда кинулся, не умея плавать, в воду за лодкой; и когда (отдельное спасибо за это Джексону!) у Мораннона так же готов был кинуться за Фродо в Мордор, и с той же обыденной интонацией говорил в ответ на «I do not ask you to come with me, Sam» - «I know, Mr. Frodo». Я все знаю, вы не думайте, конечно, я пойду за вами… ну смерть, так смерть, чего там, дело понятное…

Хе-хе-хе... Анна, контакт! :beer: Русского человека в джексоновском Осгилиате неизбежно глючит на оборону Сталинграда... Осажденный город на огромной реке, обстрелы, "окопная война" в развалинах, опасность с воздуха... Оно, родное! Все, кто привык смотреть кинофильмы внимательно, приходят к этому образу, не сговариваясь! И "ВОООЗДУХ!" у Фарамира тоже отслеживают моментально... Я сама не раз видела подобную мизансцену (и пластику) в советстких фильмах о войне. И мы уже не раз тут говаривали о том, что Джексон наверняка смотрел наши старые фильмы о Великой Отечественной.

А на Сэма в Осгилиате Фарамир действительно надеется. Когда он Фродо в укрытие под стеной притаскивает, то его реплика "Оставайтесь здесь и не высовывайтесь" обращена не к г-ну Бэггинсу, который уже в полной отключке, а к мастеру Сэмвайзу.

Только вот мастер Сэмвайз лажается... И чего дурацкие вопросы было задавать, когда надо было просто хватать и держать??? В книге, перед мостом в Моргульской долине, когда Фродо был в таком же сомнамбулическом состоянии, у Сэма хватило сообразительности схватить хозяина в охапку и остановить. А вот тут мастер Гэмджи откровенно стормозил... Он, правда, и в книге всегда был тормоз. ;)

Хотя, быть может, объяснение в том, что назгул действует и на его умственные способности ? ;) К тому же, Сэм не понимает до конца, КАК и НАСКОЛЬКО сильно назгул вместе с Кольцом действуют на Фродо. (Мастер Гэмджи, между нами, о Кольце и под конец второго фильма еще мало что понимает. Наверное, окончательно поймет, только когда когти Колечка по полной программе вопьются в него самого - после Логова Шелоб.)

Вы только вспомните, как в фильме обстояло дело на болотах! Да, как верно отметила Анна, у Сэма там хватило ума Фродо за руку схватить. Но отнюдь не сразу! Мастер Сэмвайз понял, что происходит с хозяином, только когда Голлум его в это носом ткнул.

Вспомните: Сэм смотрит в небо, на назгула, задает Голлуму вопросы о нем... И оглядывается на Фродо, лишь проследив за взглядом Голлума, который в ужасе смотрит ему за спину - туда где Фродо из последних сил пытается выстоять против приказа надеть Кольцо... Голлум, знакомый с Колечком на собственном горьком опыте, как раз, сразу понимает, что с Фродо творится и начинает в панике причитать, что назгул зовет Кольцо… И вот только тут Сэм оборачивается... И успевает удержать руку Фродо, которая уже почти добралась до Кольца.

А когда назгул на болотах только появляется, Сэм тоже сходу в страхе бежит под укрытие кустов, напрочь забыв о Фродо. Мастер Гэмджи не замечает, что хозяин в полуобморочном состоянии и что его от боли винтом скручивает… Опять же, это Голлум обращает внимание Сэма на то, что Фродо нужна помощь.

Впрочем, у меня, как и у Анны, есть ощущение, что в осгилиатовской сцене перед стеной вырезан небольшой кусочек. Уж очень там резкая, царапающая глаз, монтажная склейка.

Фродо идет через дворик с мечущимися гондорскими солдатами… А в следующем кадре – хлоп! – он уже на самом верху стены.

А как становится ясно потом, он для этого должен был подняться вверх по длинной-длинной, крутой лестнице. Что должно было занять массу времени, если учесть, как медленно Фродо двигался под назгульским "гипнозом". Строго говоря, у Сэма была масса времени в запасе, чтобы среагировать. Но он этого не сделал. Да, скорее всего, там в этот момент еще что-то стряслось…

А вообще, браво, Анна! Мой глубокий респект за "дорогу на Осгилиат" и "осгилиатовский" пост. Можете смело надеяться на мое понимание и дальше! :beer: :kiss: Надеюсь, продолжение следует?

А Железобетонссона оставим на совести Белл.:lol:

Об общем и частном в голосах и событиях


Начну с явного офф-топа на ФК ФБ – а впрочем, о зеркалах мы вроде уже говорили, так что у меня есть определенное оправдание.

Очень мне нравятся «два голоса на контрасте» военачальников – Фарамира и Эомера, гондорского военачальника, сына наместника, и роханского военачальника, племянника короля. И у Арагорна, кстати, голосов тоже два – мягкий негромкий и тот, которым он орет на Леголаса и командует в битве… Где-то я читала, что в средневековье командный голос у знати вырабатывали специально.
Но тут, несомненно, и задумано так, чтобы подчеркнуть сходство ситуаций. Сначала фраза личная, голос тихий, четкий, с глубоким чувством. Сразу затем – командирский рев, перекрывающий адский шум боя.
Последняя фраза эпизода в Осгилиате.
Фарамир, вполголоса, Фродо – и, вероятно, Сэму: «Stay here. Keep out of sight.» Яростно кричит: «Take cover!»
Последняя фраза в эпизоде утра в Хельмовом Ущелье.
Эомер вполголоса, Гэндальфу – и себе тоже: «Not alone». Лязг меча и львиный рык: «Rohirrim! To the king!»
И конница лавиной по склону…

А кстати о лавине. Тут уже не зеркало – логическое переливание из эпизода в следующий эпизод. Сначала страшная волна конницы с крутого склона на орков – и сразу дальше страшная масса воды, срывающаяся в шахты Изенгарда… Так и хочется сказать, что сначала на Сарумана восстали люди, а затем и сама природа…
Но сделано-то как мощно! Мороз по коже дерет. Ради этих двух рифмующихся лавин и созданы не существующие в книге безумная, на грани возможного скáчка коней по склону – и разрушение плотины в горах вблизи Изенгарда.

И вот после того, как весь мир ополчился против зла – резкий перебив. Фродо с сухими губами, узкий и белый, глядя пустыми глазами исподлобья, идет на камеру.
Что, собственно, значит упорная оборона Осгилиата, победа в Рохане или штурм Изенгарда, если Фродо сейчас наденет Кольцо и окажется во власти Саурона?
«Все наши надежды – на двух маленьких хоббитов…»
Да, Джексон не сохранил сюжетную канву книги. Да, «нас здесь вообще быть не должно». Но на самом-то деле это великолепная композиционная находка! И уже совсем не для того, чтобы поразить нас буйством стихий.
Иллюстрация не буквы, но духа.
Я уже себя вроде достаточно скомпрометировала разными признаниями. А можно еще признаться, что мне особенно нравится фильм там, где он является небуквальной экранизацией?
Да, у Толкиена хоббитов в Осгилиате не было. В книге «короля играет свита» - очень много, обозначая сверхъестественную важность миссии Фродо, говорится о том, что абсолютно все усилия тех, кто «не идет в Мордор», окажутся тщетными – если Фродо не дойдет. Но, скажите мне, пожалуйста, как еще можно было передать с такой силой эту мысль визуальным рядом?
Лавина конников Эомера со склона, белый свет от посоха Гэндальфа, орки блистательно разгромлены. Изенгард захлестнут гигантской (и тоже белой) волной словно бы кипящей от ярости воды.
Два огромных успеха Светлых Сил.
И ничего они не значат, потому что Фродо в осажденном, присыпанном каменной пылью, черно-белом, как старые сталинградские хроники, Осгилиате медленно и завороженно идет навстречу назгулу.
И мы не просто слышим несколько резонерские речи, а видим и чувствуем кишками: судьба мира повисает на волоске.

О сопротивлении

На стене у Фродо лицо человека, растираемого в порошок страшным психологическим нажимом, неимоверной механической мощью Кольца. Глубоко внутри он, такой стойкий, наверное, все же пытается сопротивляться, но снаружи сопротивление практически незаметно. Воробей, попавший в бетономешалку. Силы фантастически неравны.

Что, в общем, перед этим психологические игры Фарамира на Запретном Пруду несколько дней назад…

Фродо почти безумен и сознает только одно: он должен отдать Кольцо. Кольцо приказывает отдать его тому, кто перед ним. А он... он пытается устоять.

И когда они с Сэмом кувырком катятся с лестницы, воля Фродо освобождается – и упорное внутреннее сопротивление проявляется почти в тот же момент: Сэм еще не успел опомниться, а Фродо успел вынуть меч и держит его у горла врага. Его единственная мысль – даже в тисках Кольца, даже перед назгулом – о сопротивлении. Господи, как после этого можно говорить, что он слаб?..

Он не Сэма готов убить, он Сэма и не видит. Ну, как Фарамир не видит его самого, идя на зов Кольца…

Он еще полубезумен – если не почти безумен, но вот такой он, воля и чувство долга у него настолько сильны, что – даже безумный – он борется с тем, кто хочет отнять у него Кольцо.
Сэм просто заменил для него… назгула? Орка с когтистыми пальцами? Мы не узнаем, кого он видел на стене – и потом на месте Сэма.

Может, это и к лучшему. Вынести это было бы трудно.

И лицо у него опять пляшет по частям, как в пещере Хеннет-Аннуна… И слов, которые хрипло шепчет Сэм, он не слышит. Даже на имя Сэма не реагирует.

В себя его приводит… может быть, звук знакомого голоса. А может быть, потрясение и горе на лице Сэма?.. Что-то невербальное, во всяком случае. Не тот уровень погружения, чтобы реагировать на логические раздражители…

Он сидит у стены, и даже дышать ему больно.

Вот теперь можно радоваться победам. Вот теперь и ликование роханцев уместно, и Эовин обнимает выжившего в ночной битве Арагорна; и потрясает мечом Эомер, и белая пена разбивается о стены Ортханка, в котором поспешно скрывается побежденный Саруман. Теперь Сэм со слезами на глазах может говорить о том, что после тьмы сияние солнца кажется особенно ярким.

Но цену за это заплатил Фродо.

«What are we holding on to, Sam?»

Вряд ли его утешают высокие слова Сэма. Может быть, только то, что вот он, Сэм, все-таки рядом, последнее, что осталось от счастливого прошлого, от Шира… от жизни.
И Горлум, сидящий на корточках рядом, поднимает при этих словах голову. Он тоже хотел бы знать именно это. What are we holding on to.
Ответ Сэма для Фродо окажется недостаточным. А для Горлума – совершенно неубедительным.


С пяти шагов за всеми ними наблюдает Фарамир.

А поняли ли они друг друга до конца,
или Последний разговор Фродо и Фарамира

Фарамир дает им договорить. Ждет, стоя поодаль – но все слыша. Только потом подходит.
Знак уважения.

Когда он останавливается в шаге от Фродо, за спинами хоббитов появляются трое вооруженных дружинников. Охрана бдительна. Кусочек свободы за спинами хоббитов исчезает, рейнджеры с мечами замыкают пространство. Это – возвращение плена.

У Фродо на лице выражение усталости, горечи, ожидания, но – не отчаяния. Какая-то особенная чистота человека, прошедшего через страшную боль и не озлобившегося…

Фарамир это видит.
Он опускается на колено.
В этот момент он уже отказался – не столько от Кольца, для себя лично он от Кольца отказался еще на Хеннет-Аннун... Он отказался от бесчеловечного долга и выбрал человечность.

Вот он, последний кусочек зеркальной ситуации «Арагорн первой части – Фарамир части второй». Оба при первой встрече здорово напугали Фродо. Оба были резкими, жесткими, подчас безжалостными. Оба его охраняли. Оба прошли искушение Кольцом. Оба в решающий момент принятия окончательного решения опускаются перед Фродо на колено. Оба отпускают Фродо – в точном смысле этого слова. Оба в буквальном смысле рискуют за него головой - Арагорн, выходящий навстречу оркскому отряду, и Фарамир, нарушивший приказ Денэтора.

(В скобках скажу, что в книге этого не было тоже. Хотя возмущенных криков эти эпизоды вызывают много меньше. Но в каком-то смысле это в книге было. Верность духу, но не букве…).

Вот сейчас Фарамир и Фродо – глаза в глаза, на равных, и лица у обоих предельно открытые, почти беззащитные. Вот сейчас они совершенно откровенны друг с другом. Да и скрывать уже нечего.

На заднем плане – широко распахнутые глаза и изумленная физия Сэма. Вот уж чего он не ожидал… Вся тонкая, тяжелая и сложная химия отношений Фродо-Фарамир для него осталась, в общем, незамеченной.

Из всего их (несомненно существовавшего, судя по монтажному скачку) разговора осталась одна реплика Фарамира: «I think at last we understand one another, Frodo Baggins».

А потом подходит гондорец, искренне озабоченный поступком Фарамира, и с нескрываемым волнением начинает его уговаривать не рисковать, отпуская хоббитов. Кстати, тот же самый гондорец слушал недавно напутственные слова Фарамира по поводу могущественного оружия для Гондора с… эээ… как бы охарактеризовать его вид? Ну, короче, он явно все знал об отношениях Денэтора и его младшего сына, и весьма сомневался в успехе порученной ему тогда миссии…

При первых же его словах Фарамир встает. Он все-таки гордый сын наместника Гондора. И стоять на колене будет только перед Фродо – по собственному желанию и выбору.

В глазах Фродо – безмерное сочувствие. Кажется, даже опять слезы. Он думает, что понял – Фарамир жертвует ради него жизнью. Он не совсем прав. Фарамир жертвует для него больше чем жизнью – самой заветной мечтой, самой глубокой надеждой: завоевать любовь отца.

Но, впрочем, объяснять что-либо уже поздно. И отрицать тоже. Пусть будет так. Фарамир просто отвечает на «your life will be forfeit» - не без горькой иронии: «Then it is forfeit».

Последний взгляд глаза в глаза. Оба досказывают без слов то, что не успели сказать – об уважении к мужеству друг друга, о сочувствии, хрупкой надежде на то, что у другого все будет хорошо. Молча прощаются.
И Фарамир приказывает: «Release them».

Фродо опускает голову. Теперь он обязан еще одному другу, отдавшему за него жизнь...
Тяжкая ноша.

Ура! Кажется (тьфу-тьфу!), форум меня снова признал, и я снова могу читать, постить и быть с вами. Сколько всего за это время произошло!
И, главное, сколько хорошего!
У Фридманки родился сын - поздравляю все семейство, здоровья вам и всего самого лучшего!:)
У Рики - замечательный аватар.
А в клубе - замечательные новые люди и замечательные посты. До, Анна, очень рада, будем знакомы!
Анна, очень интересно, очень глубоко и оригинально. И очень хорошо написано! Спасибо!
Восхищена твоей (ничего, если на "ты"?) наблюдательностью и умением видеть "лес за деревьями", то есть цельную картину в красках... На самом деле - очень сходное восприятие многих эпизодов, только мне не хватило упорства и последовательности собрать воедино свои мысли и впечатления, довести их "до ума". Например, в моей записной книжке есть слова о том, что, очевидно, в мир, в котором уже длительное время привык находиться Фарамир - мир войны, приказов, черно-белой логики, единственно верной цели, мир, который не близок, если не сказать, чужд ему самому, но к которому он притерпелся (а что делать?) Фродо привносит что-то непохожее, непонятное, а потому - тревожащее и пугающее. В какой-то мере он возвращает Фарамиру, который, как и многие мягкие люди, вынужден в суровых условиях носить маску суровости и не замечать, как эта маска прирастает к лицу - так вот, возвращает ему его самого. Этот дар нелегко принять, это даже больно, потому Фарамир так боится единственно првильного решения, так торопится избавиться от Фродо с его ношей - чтобы не успеть изменить решение... И все же... Как странно, что Фродо, вроде бы теряющий себя, словно раздает что-то другим, "собирает" других - Галадриэль, Арагорна, Фарамира, даже Горлума, пусть ненадолго... В мире, где идет битва со злом, так опасно и гибельно следовать только своей правде, только своей логике, не смея подняться над ней - но ведь так действовали не только энты, но и Теоден до какого-то момента, и Гондор... И Фарамир собирался - "Гондор превыше всего", а превыше всех в Гондоре - Денэтор... Именно это случилось с Боромиром. А Фарамир смог подняться выше... С помощью Фродо, конечно. Кстати, если вернуться к реплике о том, что Фарамир жизнью запалтит за свое решение и ответе капитана, в "Короле" есть нечто текстуально и по смыслу практически совпадающее. Вспомнила об этом Белл, а я как раз нашла цитату. Денэтор и Фарамир "общаются" в присутствии Гэндальфа и Пиппина (цитата по Кистямуру).
(Д.) Но в роковую годину за великодушие можно поплатиться жизнью.
- Да будет так, - сказал Фарамир.
- Так и будет! - вскричал Денэтор. - И не только своей жизнью, любезный мой Фарамир: погибнет и твой отец, и твой народ, за который ты в ответе - теперь, когда нет Боромира.
(И т.д.)

И еще одно. В СИ - версии Братства есть упоминание о пророчестве, об этом говорит Боромир. Не захочет ли Фарамир сказать что-нибудь об этом в СИ-версии к ТТТ?
Так, для первого раза после долгого перерыва пока достаточно. Слишком много информации - надо перечитать, обдумать.
Надеюсь, больше техника подводить не будет - поэтому - до встречи!

quote:
Как странно, что Фродо, вроде бы теряющий себя, словно раздает что-то другим, "собирает" других - Галадриэль, Арагорна, Фарамира, даже Горлума, пусть ненадолго...

Jacky, спасибо, очень тонкая мысль. Для меня принципиальной характеристикой для Фродо, такого, казалось бы, замкнутого, сдержанного, является все же открытость. Он умеет слышать и чувствовать людей, учиться у них, если хочешь - брать, но и сам отдает не меньше, может быть - больше, даже если говорить не о его миссии в целом, а об общении с каждым конкретным человеком в частности.
Я думаю, Фродо так и останется до конца не оцененным по достоинству. Разве что самыми умными, чуткими, понимающими – или теми, кто был рядом. Что делать, подвиг внутренний гораздо менее выигрышен, чем внешний… Нет смысла рвать по этому поводу волосы, лучше попытаться понять логику человеческого восприятия…

Насчет того, что Фарамир может заплатить за свое решение жизнью. Вряд ли Денэтор может Фарамира казнить - все-таки не та фигура, единственный сын, наследник, хотя наследовать вряд ли что уже будет. Да и не та обстановка в стране, чтобы разбрасываться опытными военачальниками. Но вот "в штрафбат, чтобы искупил кровью", без снисхождения к чинам и званиям - вот это более чем вероятно. Я уже много про это говорила, скажу еще чуть-чуть: для Фарамира крушение надежды на любовь отца хуже и страшнее, чем возможность гибели на переднем крае и даже официальной казни. Любое наказание для него лишь следствие, логическое продолжение этой самой не-любви отца и недооценки младшего сына.
Так что к Денэтору он пойдет как на эшафот, конечно. Его последнее и самое страшное прегрешение перед отцом, так сказать, «точка невозврата»: Фарамир хорошо понимает, что к его ужасной двойной вине – он не Боромир и он не погиб вместо Боромира – прибавляется теперь вина третья, самая непростительная и, в общем, вполне реальная. Если бы он Кольцо отцу принес, все-таки, наверное, стал бы если и не любимым, то вроде бы как признанным сыном…

Короче, за что я особенно люблю этот фильм – что каждому, буквально каждому персонажу предоставлена возможность быть хорошим и быть плохим. Все оступаются, все в какой-то момент проявляют человечность. Живые они, вот что…

Jacky, особенная благодарность за то, что похвалила мой стиль. Для меня это важно, и честно – я слегка побаивалась. Как-то привычнее истории болезни писать.

Rika, спасибо за понимание сейчас и в будущем и за анализ сцены на болотах. И за то, что вы с Галлой заставили меня работать.

Спасибо всем, кто это прочитал и кому это оказалось нужным. Если временами лезет патетика – прошу прощения, увлеклась, старалась избежать… Наверное, иронии в какой-то момент не хватило.

Посмотрите, как реагируют на ответ Сэма Фродо...

... и Горлум. Не похожи, нет?

Начало последнего разговора. Глаза в глаза - Фарамир...

...и Фродо.

За хоббитами - черная стена дружинников с мечами.

I think at last we understand one another, Frodo Baggins. Фарамир...