Здравствуйте… Можно, я предложу вашему вниманию сказку? Она совсем никакого отношения не имеет к Профессору… Но все же… Можно?

Здравствуй! Проходи, располагайся...
А сказку... Конечно, хотим... Кто когда от сказок отказывался? :)

Ну и где сказка? :(

Облака…
 

Сказка…

Когда наступает осень, все живое готовится к зиме. Кто-то именует это сном, а кто-то– смертью. Некоторые утверждают, что это все та же жизнь, только в другой форме. Если размышлять дальше, то у человека обычного, наверное, так же. Иногда человек уже как бы умер, но он только ещё спит. А умер - словно бы спит.
Поведаю вам одну историю. Историю о жизни. Историю о смерти. Эта история была давно и она существует сейчас. С вами – и не с вами. Она, возможно, есть – и ее нет. Вы можете её слушать, вы можете её жить…
В одном городе… не помню названия его, и даже месторасположения на карте не вижу… А время, в которое это все происходило, и подавно не припомню…
Так вот.
В одном из таких городов была осень. Обыкновенная, тихая и прелестно красивая осень. Дома и улочки были приятны и чисты. Как и в любом другом городе, здесь были свои излюбленные места жителей, свои церкви и лавки. Темп жизни в этом городе нельзя назвать быстрым, но сказать, что он замедленный, будет неточным. Красота и уют, царившие в городке, привлекали еще с незапамятных времен путешествующих, и, что интересно, увидев город, пожив немного в нем, они оставались в нем. Города с высоты птичьего полета увидеть было невозможно, так как деревья были такими огромными, что скрывали его не только от птичьего глаза, но и глаза человеческого. Люди в этом городе жили самые обыкновенные, с простыми чувствами и желаниями.
…Она проснулась от звука удара колокола местной церквушки. Впервые в жизни ей не хотелось открывать глаза. Как две большие глыбы, веки давили на глаза, и справиться с ними даже не было желания.
Слез уже не было, потому как за последнее время, казалось, выплакано все. «Не верю в тебя! Ты подлый и несправедливый! Зачем ты отобрал у меня всех, кого я люблю? Они - моя жизнь. Мои детки… они были такими маленькими, они мертвы. Муж, любимый, – тоже мертв. Я не могу жить без них. Я не хочу вставать. Не хочу видеть жизнь вокруг, мне нет смысла открывать глаза. Я хочу туда, к ним. Господи! Возьми меня к себе…»
Она пролежала весь день на лежаке неподвижно, ей казалось, что она спит, а на самом деле … спала ли она, кто знает. Все ещё находясь, в состоянии полудремы, женщина думала и думала. На закате солнца на подоконник прилетели две птицы, голуби это были или стрижи,– определить сложно. Да и невозможно, пожалуй, потому как нет на земле таких.
Устроившись удобно на окне, почистив перышки, птицы долго, поворачивая свои прелестные головки, осматривали горницу и ту, которая лежала. Спустя некоторое время птицы заговорили, почти как люди, только говор у них был чудной какой-то. Он лился словно чистый ручей, под журчанье которого твои мысли улетают далеко вдаль и ты, подобен мысли, летишь так же быстро и легко, неведомо куда.
Сама не заметив того, та, которая лежала, стала говорить с птицами, но не голосом, а сердцем, точно молясь. Голос женщины онемел и не слушался, а сердце – оно словно только этого и ждало. Оно выпрыгивало и трепетало в груди, клокотало, рассказывая о пережитом за последнее время. Она торопилась, думая, что не успеет рассказать всего и птицы улетят, не дослушают. И она говорила и говорила, захлебываясь и набирая дыхание снова и снова. А птицы сидели и ласково смотрели ей в закрытые глаза, точно зная её мысли, словно и не собирались улетать.
Выговорившись и немного успокоившись, Мейли с трепетом замолчала. В горнице воцарилась тишина. Молчание Мейли слилось с тишиной вокруг, сделав её глубокой и до боли проникновенной. Взгляды птиц и женщины встретились. Тело Мейли постепенно наполнили нежность и благодарность, в то время как комок, мешающий выразить все это словами, рос, а спокойствие, идущее оттуда, где сидели птицы, будто теплая шаль, касалось плеч, грело и баюкало.

Облака...
 

- Кто вы? – вырвался, похожий на хрип, из груди Мейли вопрос. Она все ещё опасалась спугнуть птиц. – Кто? – молящим голосом повторила свой вопрос Мейли и, не услышав ответа, она продолжила. - Я знаю, вы не с земли. Тогда откуда? Зачем вы здесь? Почему мне так хорошо с вами? – почти выкрикнула она.
В горнице снова стало тихо, но теперь тишина казалась напряженной и волнующей, ровно от этого момента зависело многое. Были ещё какие-то звуки, но они не воспринимались в эти минуты реально, они были как игрушечные. Мейли видела и чувствовала только себя и птиц, а точнее то, что происходило между ними. Это было невидимо, непонятно, но так естественно.
Первой заговорила птица с хохолком, похожим на божественный узор:
-Ты нас звала? Мы здесь. Мы прилетели за тобой, Мейли. – спокойно и уверенно прозвучал долгожданный для женщины ответ.
«Это, наверное, сон. И мне это все снится. Они пришли за мной. Я никогда не видела таких диковинных птиц», - подумала про себя Мейли, все ещё недоумевая, каким образом, птицы говорят на её языке. Между тем птица продолжала:
- Ты не видела нас потому, что не могла видеть, а сейчас твое сердце открыто, и понимает всё так, как оно есть в реальности.
Мейли вздохнула. Она ничего не понимала из того, что говорила птица. Она приподнялась, облокотившись на подушке. Потянулась рукой в сторону птиц, желая их потрогать, дабы убедиться в их существовании, как вдруг маленькая встрепенулась и пропищала еле слышно:
- Нет, нет! Не надо нас трогать, ещё не время.
Не успев понять, что же все-таки происходит, и сообразить, спит она или нет, Мейли услышала строгий и приказывающий голос другой птицы, и не было силы сильнее, она слушала.
- Встань, - промолвила та, с божественным узором, – встань и закрой глаза. Наклони голову вперед и резко откинь её назад, словно смотришь в небо, взмахни руками, как мы – крыльями, и ты сможешь полететь с нами…
Мейли помедлила, посмотрела на заходящее за горизонтом солнышко, проводила его последний лучик и позволила себе закрыть глаза…
Очнулась она птицей, по обе стороны – крылья. Около неё находились те самые, которые с ней говорили.
- В путь! – промолвила птица с хохолком.
Шум крыльев взлетающих птиц так очаровал Мейли, что, наблюдая за ними, она оставалась на подоконнике собственного дома.
- Эй! Мейли! Опасно слушать шум крыльев – зачаруешься! Взмахни и ты перестанешь его слышать, - послышалось откуда-то свысока.
«Да, но я не умею летать, - подумалось Мейли, - ведь я – человек, и мне просто страшно. Вдруг я разобьюсь, чего доброго, или забуду, как летать, или проснусь,– при этом Мейли разглядывала свои крылья, поочередно поднимая то одно, то другое. Видя то, что стала птицей, она все же не решалась сделать первый взмах крыльями. - Я не сплю! – осенило вдруг Мейли, - может я…?, -её терзали догадки. – Так, кажется, я запуталась, конечно, я уже не знаю кто и что я. Да это и не важно сейчас. Важно, что мне очень и очень страшно. Страшно полететь туда, с ними.»
- Тому, кто умер, уже ничего не страшно!!! – гулкий и даже несколько зычный, всеобъемлющий голос прервал её суетные мысли.
- Боже? Это ещё кто говорит со мной? – почти скороговоркой пролепетала Мейли, - или это я так громко думаю, что говорю вслух?
- Нет! Это не ты, а Я! – продолжал все тот же голос, только теперь он был уверенным и до красоты глубоким, - Ты, Мейли, назвала меня подлым и несправедливым. Ты просила меня забрать тебя. Я предлагаю тебе выбор, но прежде ты должна посмотреть на это.
« Господи! Я, кажется, схожу с ума, а этот ещё болтает всякое. И, когда же, наконец, я полечу???» – суматошно думала Мейли, оглядываясь по сторонам с перепугу.
- Глупое человечье созданье, ты обращаешься ко мне и не знаешь, кто я? Ты хочешь лететь и остаешься доселе неподвижной, боишься взмахнуть крылом. А ну, вперед! – продолжал голос, теперь уже почти над ухом Мейли, так, что не услышать его она не могла.

Облака...
 

В нерешительности Мейли попробовала поднять крыло, затем другое, потом сразу оба. Пробежавшись по карнизу, она с легкостью подпрыгнула, и ещё мгновение, она взлетела, но чуть было не упала на землю. Не удивительно, ведь не каждому из нас с вами предоставляется такая возможность быть птицей, да ещё так просто:
- О! Я и не думала, что люди могут летать, - все ещё удивляясь происходящему, отметила Мейли.
- А кто тебе сказал, что ты человек, - достаточно иронично продолжал всё тот же голос. Он уже изрядно надоел Мейли, она не понимала и больше половины того, о чем он говорил. – Смотри. Слушай. И, может быть, ты найдешь то, что ты ищешь.
Мейли стала чаще и сильнее махать крыльями. Когда дыхание стало ровным, а полет показался ей проще, она поняла, что это начало какого-то непонятного, но очень важного в ее жизни события.
Сколько они летели, куда, она не знала. Да и знать-то она не могла, поскольку птицей была впервые. Заметила лишь то, что, летев в одну сторону, она вспоминала мужа, а в другую– детей. Вспоминала и плакала, слезы падали прямо на землю и превращались в белые колокольчики, похожие на невест. Неожиданно небо превратилось в густое и тяжелое серое одеяло. Лететь было тяжело. Крылья увязали в облаках, точно руки в тесте. Глаза слипались, и усталость заставляла опускаться все ниже и ниже. Сама того не осознавая, Мейли начала снижаться. Вот она уже почти шла по облакам лапками, как вдруг что-то из облаков схватило ее за ножку и потянуло вниз. Единственное, о чем смогла подумать Мейли,– как это птицы кричат? При этом открыла клюв и резко выдохнула. Она хотела крикнуть «Помогите!», однако из ее клюва вырвалось что-то неопределенно-птичье. Этого было достаточно для того, чтобы ее услышали. Еще несколько мгновений она барахталась в одиночку, задыхаясь и что-то крича, но, подлетев, спутники-птицы стремительно подхватили ее с обеих сторон и выдернули из тучевых лап.
–Опасно поддаваться соблазну, когда идешь к цели, даже если ты устал, это не оправдывает тебя. Ты слабая и тебе лучше вернуться. Ты не выдержишь дальнейшего пути. Улетай, пока не поздно!– резко проговорила птица с хохолком, устремляясь вверх.
–Да, но мне не сказали, что здесь будет так тяжело. Мне и так несладко, я потеряла всех… И мне нет смысла возвращаться домой. Меня никто там не ждет,– и, помедлив, она добавила совсем тихо,– Я хочу быть с вами.
–Пут, давай возьмем ее дальше. Она сможет, пожалей ее,– пропищала другая птичка,– ведь в лучшем случае она…
–Хорошо,– перебил ее Пут,– пускай летит.
Преодолевая сопротивление втроем, они поднимались все выше и выше, уже было сложно дышать, и крылья не слушались. Вдруг что-то мощное и сильное подхватило их и закружило, да так сильно, что Мейли даже пикнуть не успела.
Они летели куда-то вниз то ли по трубе, то ли по каналу, Мейли не могла разобрать. Ее кидало от одного края к другому, при этом движение было по спирали. Что она отметила– все время влево и влево. Сначала она пыталась даже считать обороты, но потом глаза закрылись сами собой, и она поддалась движению, которое уносило далеко-далеко.
Несмотря на то, что Мейли была птицей, внутри она думала как человек. И сейчас, будучи убаюканной движением, она видела картинки из прошлой своей жизни. Они уносили ее все дальше в прошлое... Вот она еще с детьми. А это– ее свадьба, и она в бело-голубом платье с цветами на голове. Ее взгляд остановился на венке, и тут от неожиданности она даже очнулась: это же колокольчики, те самые, белые, но…
Скорость оборотов увеличилась, и теперь события стали мелькать одно за другим, не давая ни осознать, ни рассмотреть. В одно мгновение Мейли даже показалось, что она как бы разделилась на две частички.
–Не пугайся,– сказал Пут,– ты идешь туда, где законы неподвластны человеческому разуму. И чувства не как у людей.
Движение по спирали продолжалось еще немного. Через некоторое время они оказались выброшенными в какое-то темное пространство. Глаза можно было и не открывать, потому как что с открытыми, что с закрытыми– ничего не видно. Все втроем они повисли в воздухе, ни единого звука, ни единого цвета. Чернота.
–Что это?– испуганно спросила Мейли, голос ее дрожал и она часто-часто махала крыльями.
–Можешь не махать так старательно, ты все равно не упадешь.– Отметил Пут и продолжал далее,–Эта пустота называется Ничто. Здесь останавливается Время. Здесь изменяется Судьба. Здесь есть Все. Здесь нет Ничего. Это состояние. И у вас, людей, оно бывает, только вы все время суетитесь и всегда пытаетесь заполнить эту пустоту. И почти всегда заполняете ее ни чем иным, как суетой. А пустоту нужно пережидать, потому как особое значение в ней заложено. Потому как время дается.

Облака...
 

–Время?– Мейли задумалась над словами Пута.– А я могу изменить судьбу?
–Свою– да. Чужую– нет.– Твердо и даже сухо пояснил Пут.– Нельзя изменить то, что уже случилось. Смерть– дама деликатная, но если с ней спорить, она и тебя заберет. Преждевременно.
«Я и так уже непонятно кто. Может, я уже умерла? Если я не верну любимых, что мне делать на Земле? Что мне делать здесь? Зачем я здесь? И для чего мне это время?»– голова Мейли шла кругом, пустота постепенно наполняла все тело, делая его тяжелым.
Состояние невесомости сменилось резким падением вниз. Воздух теперь давил сверху. И опасение, что нужно падать, терзало разум Мейли. Не успев так подумать, она опять оказалась в состоянии невесомости.
–Ты что! С ума сошла?– орал и негодовал Пут.– Вот божье творение! Нельзя думать, когда летишь вниз! С чего ты взяла, что ты упадешь? Думай, что ты летишь, только спиной вниз. Падай!
Она опять полетела. «Человеческий разум,– думала она,– все нужно обязательно объяснять. А здесь нужно просто влиться в поток разных состояний, не думать– и все будет в гармонии.» Гармония, - вот то слово, которое она искала. Только теперь оно было горьким на вкус и далеким, почти недостижимым.
Летели или падали вниз очень долго, и Мейли уже почти привыкла к движению вниз. Через некоторое время ей показалось, что темнота приобрела более светлый оттенок. А направление сменилось заново, и теперь они направлялись куда-то влево и вниз, и опять по спирали.
Выбросило на воздух не скоро. Придя в себя, Мейли начала озираться по сторонам. Стояла неподвижная тишина. Жизнь здесь была или нет, сказать было сложно. Спутников–птиц рядом не было. А Мейли опять была, как и прежде, человеком. По привычке она было взмахнула крыльями, но, обнаружив свою нелепость, впервые за долгое время улыбнулась. Куда она попала, – она не знала. С кем говорить, если нет никого вокруг? Мейли решила идти дальше. Поднявшись с земли, она отряхнула платье привычным движением, поправила растрепавшиеся волосы, и пошла туда, где, как ей казалось, кто-то есть.
Добредя до зеленого поля, обессилев и оголодав, Мейли прилегла на траву– и не заметила, как уснула. Проснулась она от легкого прикосновения к лицу чего-то непонятного. Она открыла глаза. О, чудо! Огромное количество бабочек летали и порхали вокруг неё. Их было так много, что рассмотреть каждую было просто невозможно. Присмотревшись получше к земле, Мейли увидела тропинку, и в одно мгновение бабочки образовали живую тропинку, будто хотели показать, куда следует идти. «Оказывается, они ещё и мысли мои читают, вот здорово!» – сама того не замечая, Мейли стала вести себя подобно ребенку.
Она подпрыгивала по тропинке, пела песенки, смотрела на солнце, думая при этом, что это все та же Земля. Мейли теперь не думала, куда она идет и что ищет. Она просто шла и просто не думала, до тех пор, пока на её пути не возник Пут.
- А, это ты Пут. Я уж, было, и забыла о вас. А где твоя подружка?
- Не время сейчас болтать о жизни. Пошли со мной. Тебя ждут.
Мейли слышала, как говорил Пут, но, так как была зачарована бабочками, не обратила внимания на его речи. Она по-прежнему кивала головой в такт, следуя своей внутренней музыке и безмятежно наблюдала за бабочками, позволяя им прикасаться к своим ладоням.

Облака...
 

- Мейли! Ну же, пойдем скорей! – негодовал по-прежнему Пут, который вообще не любил ждать, - нам пора.
Нехотя Мейли перевела взгляд на птицу и произнесла:
- Ну и зануда ты, Пут. Пора, пора, может мне и здесь хорошо. Дай хоть полюбоваться на них, они такие очаровательные и изящные, наверное, приятно махать такими красивыми крылышками, как у них.
- Помашешь ещё, - все так же раздраженно и немного сердито выпалил Пут, - все, поторопись.
Огорченная Мейли медленно пошла за парящим в небе Путом. Он был так высоко, что поговорить с ним Мейли не представлялось возможным, однако, её это не заботило. Она набрала побольше воздуха, и что было силы ка-а-а-к закричит:
- Э-э-й! П-у-у-т!! А не спуститься ли тебе чуть ниже? – и в эту же секунду, не успела она проговорить, её прижало к земле силой собственного же голоса, да так сильно, что уже шепотом она добавила, - я так хочу с кем-нибудь поговорить.
«О! Эти люди. Они просто несносны. То им тяжело, то они хотят есть, пить и тому подобное. Сколько раз зарекался – не полечу ни за что!» - бубнил про себя Пут, снижая высоту, подлетая к женщине.
- Ну что тебе, человечек, ещё хочется?
- Я,…- виновато посмотрев на птицу, Мейли, - я очень хочу поговорить и мне все равно – с кем. Поговори со мной, пожалуйста.– В это мгновение у Мейли было удивительное выражение лица, а глаза казались сказочно красивыми.
- Что мне в вас, людях, нравится, так это ваши глаза, - мягким голосом начал Пут, - сколько видел глаз – никогда не встречал одинаковых. А у тебя, Мейли, они прекраснее всех. Не знаю что у тебя в них.
Женщина рассмеялась, при этом она несколько отклонилась назад, поправила волосы, и , приблизившись к Путу, проговорила:
- Глаза – это зеркало души, так у нас говорят.
- Так, значит, у тебя в глазах душа? – удивленно и непонимающе спросил Пут.
Мейли засмеялась ещё громче, да так задорно, что Путу вообще стало все непонятно.
- Какой ты глупенький, - ласковым голосом начала Мейли, она говорила сейчас с ним так, как говорила со своими детьми, пока они были живы, - Душа у меня здесь, - она прикоснулась к груди, - а глаза – это только один путь, по которому она «ходит», с помощью которого она «говорит» с другими людьми. Понимаешь?
- Не так чтобы очень, но что-то я понял. У нас все проще. Идем чуть быстрее, мы опаздываем.
Они шли уже долго, а солнце находилось на прежнем месте. Бабочек уже давно не было. Местность напоминала Мейли не то пустыню, не то степь, растения все маленькие, странные на вид, цветы и кустики серые. В одних местах много воды, в других – потрескавшаяся земля. Так много необычного и непонятного,– и все вместе. Мейли не выдержала, остановилась и спросила:
- Пут, вот ты говоришь, что у вас все проще. У кого – у вас? Где мы? Что это??? – она указывала разведенными руками на местность и строго смотрела на птицу, требуя ответа.
- Тебя устроит, если я буду рассказывать тебе по пути, иначе мы окончательно опоздаем и в следующий раз тебе вряд ли удастся выйти на этот уровень? – с вопросом в голосе сказал Пут, уже сидя на каком-то кусту и раскачиваясь в воздухе. Он ждал. Он знал, что его ответ не устраивает её, но он знал и то, что он в праве говорить лишь определенные вещи. Более того, все это знала и Мейли, но, как любая женщина, она хотела знать больше и раньше. Однако ей ничего не оставалось делать, как дать согласие, и они продолжили путь. Некоторое время она шла молча. Шаг её был твердым, если это была твердая почва, и более медленным – если это была вода. Пут, как и обещал, начал говорить:
- Мейли, пожалуйста, не проси сказать меня больше, чем я могу. Молчи и слушай. Не останавливайся, иначе увязнешь – это топь; не оборачивайся назад, что бы ни услышала и ни почувствовала – это обман твоего же воображения и памяти. Твои вопросы означают переход на другой уровень, законы здесь суровее, нежели в прежнем. Здесь нет ничего живого, кроме тебя. Здесь нет времени. Здесь, на этом уровне, - смерть, она бесконечна. Слушай только меня, смотри только на меня и вперед. Готова ли ты?

Облака...
 

Мейли, затаив дыхание, слушала и чуть помедлив, с опасением посмотрела на Пута и спросила:
- А ты меня не бросишь? Мне страшно, очень, но я пойду.
- Я буду с тобой, что бы ты ни делала. Главное – молчи и помни: пока ты меня видишь и слышишь – мы вместе, ты идешь…
Мейли перекрестилась, помолилась, опустилась на колени и поцеловала землю, погладила её.
«Странная Мейли, но то, что ты делаешь, мне нравится, - думал про себя Пут, - и, думаю, смерти это тоже нравится, и она будет благосклоннее к тебе.»
- Хорошо, пошли.
Мейли перешагнула то, что Пут называл уровнем, как ей показалось. В тот же миг земля как бы ожила, она дышала и пыхала. Растений почти не было, зверья и птиц тоже не было. За спиной бушевал и выл ветер, с каждым шагом Мейли ветер перерастал и превращался в бурю, набирая силу. С каждым разом он становился все более свирепым и мощным. А перед глазами все было по-прежнему спокойно. Пут летел чуть впереди, и сейчас он что-то говорил:
- То, что ты видела в начале своего путешествия поле и бабочки – это первый и самый долгий уровень по времени, если считать года, как на земле. Бабочки – это человеческие души, кто-то из них уже вырос, кто-то подрастает. А кто-то из них уже никогда не попадет на землю.
За спиной Мейли бушевал шквальный ветер, её волосы расстрепались и ветер их швырял вперед, на глаза, мешая смотреть на Пута. С большим усилием она заправила волосы, оторвав пояс от платья и завязав узлом косу. Гораздо большего труда ей стоило противостоять ветру и не упасть лицом вперед. «Нужно смотреть и молчать. Боже! Помоги мне. Мне нужно туда добраться. Пусть я даже не знаю куда, но мне туда нужно», - так думала Мейли про себя, не упуская из виду птицу и слушая её.
- Этих бабочек миллионы, - продолжал Пут, - то, что ты видела в поле – лишь часть их. Все они живут в селениях по особому порядку. К приходящим, типа тебя, можно приближаться не каждому, а только избранным. Далее, когда ты крикнула и упала от своего же голоса, это тоже один из забавных уровней, его ты тоже с треском провалила, ускорив при этом темп и сложность своего путешествия одновременно.
- Мама! Мамочка! – Мейли чуть было не обернулась на зов младшенького Кэни, ей удалось чуть замедлить шаг и сдержать навалившиеся слезы, – мама! Мне очень больно, ой-ой как мне больно, мамочка, спаси меня! –С трудом и болью Мейли передвигала ногами, сжимая кулаки, чтобы не обернуться, она слушала Пута и как никогда сейчас была благодарна ему.
Зов Кэни все продолжался и, по мере продвижения Мейли вперед, становился все требовательнее и грубее. А Мейли все решительнее ступала на почву. И вот она почти уже бежала, как раздавшийся за спиной грозный звериный рык усилил желание Мейли бежать куда глаза глядят в неведомое количество раз. Ей казалось, что её сейчас загрызут, растерзают, распотрошат – и что там ещё делают неведомые сущности с человеком? Слёзы все текли, было безумно страшно и дико, но кричать было нельзя. «Здесь нет ничего живого, кроме тебя» - вспоминалась фраза, сказанная Путом. Стало тихо. Пут все ещё рассуждал про бабочек и тот другой уровень, философствовал на тему человеческой глупости и красоты души одновременно. Мейли хотела остановиться, как вдруг за спиной заполыхало пламя, обжигая спину и заставляя обернуться.
- Если ты будешь так же хорошо идти дальше, очень скоро это все закончится. Смерть - дама терпеливая, и ты, очевидно, ей понравилась, вон, как изощренно она к тебе отнеслась, даже огня припасла, – объяснил Пут, не поворачивая головы к спутнице.

Облака...
 

«Он ещё и шутит, - подумала Мейли. – Я, конечно, устала, мне тяжело. Но я пойду дальше, ведь я все равно уже умерла. Вот только детишек своих и мужа пока не вижу. А смерть, с ней спорить я не буду, зачем мне», - так думала женщина, успокаивая себя, одновременно слушая птицу и терпя этот кошмар, который творился у неё за спиной. Вспомнив, как они летели в воронке, Мейли стала просто идти и слушать, машинально переставляя ноги, она шла и теперь то, что было за спиной – не существовало для неё.
Очнулась Мейли от легкого толчка в плечо: - Эй, Мейли! Проснись. – Пут и его подружка сидели на краешке облака, на котором спала Мейли.
-Что? Уже все закончилось?
- Нет. Только ещё начинается, - отметила спутница Пута.- теперь ты пойдешь по облакам.
- Да? Но я же упаду, ведь все-таки я человек, а не птичка, – Мейли с недоумением смотрела на птиц.
- До сих пор ты все ещё сидишь и рассуждаешь на облаке и не падаешь. Не знаешь, почему? – вопросительно при этом, посмотрев на Мейли, Пут добавил - Поспешай.
Мейли встала и пошла по облаку, при этом рассуждая: «если это облако – я не человек. Если это не облако – я – человек. Но это – облако и я – человек. Ничего не понимаю, неразбериха и путаница. Ведь люди не могут ходить по облакам, не могут!» размышления Мейли прервал Пут:
- Мейли, если ты будешь так громко думать, мы все оглохнем. На этом уровне все мысли звучат.
И действительно, сама того не замечая, женщина думала вслух. Соответственно, в небе звучала такая какофония, от которого можно было сойти с ума. Каждое прикосновение ноги Мейли к облакам озвучивал дикий и безумный кластер, от которого звенело в ушах и на облаках, явно, все было вверх тормашками.
- Мысли поют, Мейли, если у тебя все в гармонии и визжат, если все наоборот. Не могла бы ты чуточку веселее думать, и тише?
Мейли задумалась и согласилась. Они шли по облакам, а Мейли все думала, ведь человеки почти всегда думают. Она вспоминала дом, свою погибшею семью, детей и мужа. Не выдержав, Пут навис над её ухом и ласково молвил:
- Мейли, Мейли, разве можно вспоминать так умерших. Послушай, у тебя звучат траурные огромные колокола, это ужасно для них.
Подняв на Пута свои влажные от слез глаза, женщина скорбно сказала,
- Я не умею по-другому о них думать, ведь их нет рядом, они мертвы.
- Они мертвы, но это не означает, что их нет вообще. Их нет только на Земле, рядом с тобой. Но они есть здесь с нами. Они продолжают жить, только в другой форме. Они теперь не люди. Уровень Земли – один из самых сложных и коротких. Кто-то не выдерживает с самого начала, кто-то уходит в середине пути. Там действуют строгие законы. Люди очень уязвимы и неповторимы одновременно. – Пут опустил голову, добавил – Мейли, постарайся думать о них с мягкой грустью, а ещё лучше с грустной радостью, и тогда в твоей мелодии твои близкие отзовутся легкими колокольчиками. Поверь, колокольчики гораздо лучше, нежели набатные колокола.

Облака...
 

Услышав колокольчики, Мейли заплакала. Кивая в такт звучащей мелодии, она плакала, утирала слезы ладошками и все шагала вверх по облакам. Гряда их устремилась резко вверх, и Мейли шла и шла, утирая легкие капельки с глаз. На этот раз, падая на землю, они превращались… в кого бы Вы думали? – в бабочек, – удивительно, не правда ли?
Совершенно внезапно в мелодию ворвался пронзительный визг скрипки. Пут даже оторопел и, встрепенувшись от испуга, заговорил:
- Мейли, дорогая, - он не знал, как продолжить далее, какими словами – Любовь тоже нужно отпустить, она не может жить только с тобой. А он уже не человек и здесь не понимает твоих чувств к нему. Отпусти, и тогда скрипка запоет, а у тебя появится свобода. Я понимаю. Так поступить не просто, но без этого ты не можешь идти дальше. Ты можешь вечность ходить по облакам, если у тебя есть время…
Еще несколько гряд облаков Мейли боролась сама с собой, то она плакала, то с кем-то говорила, а то топала своей маленькой ножкой по облаку. А однажды – чуть не упала вниз.
Утомившись, она уснула и ещё во сне она услышала дивно-печальную мелодию скрипки. Скрипка тихо плакала-пела, словно прощаясь с кем-то… Облако баюкало и становилось более мягким и подвижным, как колыбелька. Мелодия уносила куда-то выше облаков, и сердце пело, душа танцевала, как маленькая балерина. Колокольчики добавлялись именно тогда, когда были нужны. Такой музыки Мейли не слышала никогда на Земле. Это была дивная мелодия. Откуда она? …Так может петь только душа. Душа человека, когда она понимает что-то важное-важное. Это чудо! Слышать эту музыку, дышать ею, создавать её…
Что поняла Мейли, и где она находилась в своих думах, нам, смертным, понять трудно, ибо то, что произошло тогда, так никто и не узнает, кроме неё. Единственное, о чём позволено говорить нам, так это о том, что, понятое сердцем и душой, наполняет всего тебя, изменяя все внутри тебя и вокруг. Все становится другим.
Её, как обычно, разбудили. Оказалось, что уже добрались до назначенного места.
Мейли встала на облаке, развела облака руками и увидела необычный свет или сияние, такое сильное… от него слепило глаза.
- А ты не смотри на меня, не увидишь, - проговорил уверенный и глубокий голос, его Мейли слышала ещё в начале своего путешествия. – Вот мы и встретились с тобой, Мейли. Ты по-прежнему думаешь, что я подл и несправедлив к тебе?
- О! Теперь я знаю, кажется, я догадываюсь, кто ты, - нерешительно ответила Мейли.
- Да люди, вы не меняетесь. Не перестаете меня удивлять. Так тебе кажется или ты догадываешься, кто Я?
- Ты – Бог! – выпалила Мейли и перекрестилась.
Раздался гулкий хохот, Мейли казалось, тот, который говорил, катается от смеха на своем троне.
- Вот это да! Сколько лет не веселился, кто помнит? Вот насмешила! – все ещё смеясь, голос продолжал. – Ты смела, Мейли, более того, ты умна. Да, Я – Создатель! Я не могу изменить твое прошлое, но могу изменить твое будущее. Я могу забрать тебя сюда, но ты не будешь человеком уже больше никогда. Ты не увидишь своих близких здесь, а если и встретишь, то не узнаешь. У меня не так много времени, решай. Ты можешь задать лишь один вопрос… - голос умолк, стало тихо.

Облака...
 

Бедная Мейли, что происходило с ней сейчас в эту минуту... Ей пришлось вспомнить все, что было в её жизни на Земле и здесь, все слова и речи Пута. Приключения и кошмары. Облака и Музыку. Боль и Радость. Не давал покоя голос маленького Кэни с того уровня, почему? «но ты не будешь человеком никогда, никогда, – повторила про себя Мейли, - НИКОГДА!» И она решилась.
- Создатель, - голос её звучал так же уверенно и гулко. – У меня один вопрос, - она замолчала и сделала шаг назад, - У меня будут ещё дети? – ей показалось, что это самый глупый и наивный вопрос, который она могла задать. И кому?
- Это всё? – услышала Мейли в ответ
- Да. – решительно повторила женщина и сжала кулачки.
- Да, у тебя будет ребенок, более того, ты сама ведуньей будешь, так как здесь была. А теперь – коснись крыльев птиц…
Она проснулась от удара колокола местной церквушки. «Это был сон, - думала Мейли. – Нет! Это не могло быть сном. Если это не было сном, и я где-то была – но этого нет на Земле. Я была птицей, ходила по облакам... Я потеряла всех. Я одна.»
Мейли накинули шаль на плечи, подошла к распахнутому окну и увидела на подоконнике два маленьких перышка: одно – голубое, другое – серебристое. «Совсем как у Пута»,- прошептала Мейли, взяв его в ладошки. Она посмотрела на лес, стоящий вдали, заходящее багровое солнце, летящих косяком птиц и облака… Облака были в этот вечер на редкость красивыми.
Ощущение пустоты переполнило Мейли, но это не беспокоило её. Она знала, - нужно переждать.
С мягкой грустью она смотрела из окна своего дома.
Мейли знала: тот путь, который она выбрала, пройти сможет только человек.
Два перышка и доселе хранятся в заветной шкатулке.
А люди, вы присмотритесь к ним, мечтают и смотрят на небо и облака, или смотрят в небо на облака и мечтают.
Они всё не перестают удивлять Создателя сего…

Вот и все...

Марта, я "снял" сказку. Прочитаю на выходных и выскажусь в понедельник. Ладно?

Ну что, запостим картинок в честь праздников? Василий, можно?

http://www.vf.ru/pics/year11.jpg Почти наш Сили. (Ничего что я по старому его называю?)
Тоже ничего. Забавно... :p
http://www.vf.ru/pics/year25.gif http://www.vf.ru/pics/year44.gif

Ммм... Мордашка чуть не такая... :)

Спасибо за картинки! :) :) :)

Нэл, пожалуйста. А мордашка - ну кому как! :p

Лаи, давно не виделись. Как дела? Ты трэд-то создала? Почему в гости не завешь?

Глядя на котят...и на аватар Нэл...а этот - похож? :)

http://www.charltonphotos.com/images_gif/e212is.jpg

Этот- ближе... :)
(спасибо, Ро...:))

Здравствуй, хозяйка... :) Есть кадр, который характер твоего зверя передаст... ;)

Здравствуй... :) Нэл переводит взгляд с гоcтя на котенка и обратно Да?.. Правда?.. Поделишься?.. :)

(смеется) Сходство ищешь?.. ;) Поделюсь, конечно:

http://nameless.fromru.com/cat.jpg

Не-а! :) Просто думаю... :)

Ой! Правда-правда похож! Нэл берет на руки котенка Смотри! И впрямь ты, только расцветки другой... :)
Дымка равнодушно смотрит на фотографию, спрыгивает с рук Нэл, подходит к камину и, повернувшись к нему спиной, усаживается на шкуре. Кажется, свет запутывается в шерстинках, и его окутывает легкое облачко... Нэл чуть качает головой и, улыбнувшись, поворачивается к гостю Спасибо... :)

И правильно, Дыма, ты ведь лучше всякой фотографии, да? :p
Любуется котенком, словно окруженным пушистым ореолом. Потом улыбается присутствующим.
Доброго вечера всем :)

Добрый вечер, Ро... :)

(берет Дымку на руки) Не дуйся, тезка, ты действительно лучше, чем все те, с кадров... ;)
Хозяйка, а ведь мне уже совестно... :) Каждый раз врываюсь к вам, устраиваю маленький переполох... (длинная пауза) спаиваю присутствующих... :rolleyes: Но, надеюсь, присутствующие не против?.. ;)

Переполох- это не страшно. :) Они даже нужны порой, особенно приятные... :)
...А что, мы сегодня снова пьем-с? ;)

Ух-ты! Какая прелесть!

Всем привет!!! :D Как у вас дела? А мне нальют?

Мэл, привет!
Й-эх, все собрались, а мне бежать надо... :( Дымка, прости, правда надо... Нэл целует котенка и исчезает, только уже издалека доносится Вернусь чуть после восьми...

привет....