Хеннет Аннун

Хеннет Аннун (https://www.henneth-annun-ru.net/forum/index.php)
-   Фан-клубы героев и актеров (https://www.henneth-annun-ru.net/forum/forumdisplay.php?f=6)
-   -   Замок Бессонных Ночей или Чертоги Любви к Сказке (https://www.henneth-annun-ru.net/forum/showthread.php?t=6164)

Revelin 04.04.2015 20:59

Давно обещанный подарок! :)

Jemima 04.04.2015 21:15

Ревелин,
как прикольно! Сдержанно веселый Двалин и Маргошка такая малышка))
 

Маргарита Арми 05.04.2015 01:04

Джим,
А я такой, хорошенькай. Повезло ему короче.
 

Revelin 05.04.2015 01:37

А сижу теперь и ржу, что эта блузочка была розовой, также как когда-то венчальное платье Айрэ... :) Хорошо, что цвет ей сменили, гармоничней смотрится,

А еще у меня на рабочем столе теперь Няшенька с розочками...
 

Маргарита Арми 05.04.2015 01:59

МОЯ ТОЖЕ НА РАБОЧЕМ ТСОИТ БЕБЕБЕБЕ_)))))))))))))
 

Revelin 05.04.2015 14:20

Готические Мемуары - Часть 1 - Эпизод 5 "Низ и верх горы" - продолжение

Предпоследняя глава тут


В руках моего противника была тяжелая секира – по форме очень похожая на те, что используют гномы, только массивнее, соразмерно росту и сложению местных орков. Сам Фоллек продолжал подтрунивать и ехидно улыбался. От этого желание проучить его становилось все явственнее. Оба мы были настроены очень враждебно. Да и сумма на кону – это целое состояние. Не было сомнений, что бой станет очень серьезным. Однако орк вел себя так, словно и не сомневается в своей победе. Поступь его лап была вальяжной, движения чуть развязными. Он – играл! Дразнил ложными выпадами. И этим еще больше разжигал пламя ненависти. Внутри все закипало при виде насмешливого выражения его морды.

Первые реальные удары обрушились не сразу. Сдержать их было не легко. Плохо выкованное оружие бы сломалось или серьезно повредилось. К счастью, верный Кхелед Азгар был не простым клинком… Фоллеку нужно было продемонстрировать свою силу и превосходство. Ему неоткуда знать, что каждый гном обучен истине: брать большого, массивного противника ловкостью и скоростью, поджидая момента, когда он окажется нерасторопным. Или же ослаблять постепенно – легкими ранами. Но только и здоровенные тяжеловесы знают, что активно двигающегося врага можно ослабить и потом победить, просто загоняв. Довольно быстро стало понятно, что ключевая задача – уворачиваться от его ударов. И это отнимает все внимание, время, силы. Действовать самому становилось почти некогда. Да и усталость стала ощущаться всем телом – столь не вовремя. Фоллек же просто смеялся, стращал своими ложными выпадами, теснил к краю арены. Огромный топор легко проворачивался в его руках, словно ничего не весил. Приспособленными для нанесения ударов были и рукояти орочьего оружия – утяжеленные навершия с гранями по бокам, сходившимися кверху конусом. Техника боя такой секирой позволяла не только рубить, но и протыкать, разрывать защиту противника. Меняя руки и точку хвата, Фоллек делал выпады разной дальности. Постоянной дистанции, к которой можно привыкнуть и приспособиться, не существовало. И в одну из таких атак острое навершие задело по мне, повредив нижнюю губу. Столь пустячную рану можно и не заметить, но, похоже, рассечение оказалось глубоким, и вкус крови мгновенно ощутился во рту. Крупные багровые капли упали на одежду, а после и на землю. В толпе наших зрителях послышался ропот.

Нужно было сосредоточиться, не дать никому прав считать такой пустяк основанием усомниться в моих силах и нашем равенстве. Внутренний голос настойчиво твердил, что эти орки – не сильнее гномов. А гномов не устрашишь просто высоким ростом и размерами мускулов… От всего, что произошло дальше, в памяти осталась лишь яркая мысль о том, что лучшая защита – нападение. Решимость действовать самому была столько необоримой! Сверкающий меч бесстрашно вел за собой. И в те мгновения орку точно не поздоровилось. Несколько его попыток силой выбить Кхелед Азгар из моих рук не привели ни к чему. Меч – живое продолжение руки того, кто умеет сражаться. Мы были единым целым. Враг отбросил нас от себя, но не свалил на землю. Одно колено ударилось о камни арены, но мы не были повержены.

Теперь настала очередь орка провести свою серию атакующих ударов. В силе этим ребятам их создатель точно уж не отказал. Отбивать атаки такого противника было безумно тяжело. И, в конечном счете, меч и секира застыли в безмолвном противостоянии, разрешить которое может только превосходство одной силы над другой. Когда испытываешь подобное напряжение, оказываешься как никогда близко к своей сущности и предназначению. Все исчезает вокруг. Есть только смертоносная сталь и мышцы тела, что тоже становятся железными. Фоллек уже не играл. Его серьезный сосредоточенный взгляд сверлил насквозь. Скрещенное оружие медленно двигалось, от одного из нас к другому, а после – назад. Эти орки – не сильнее гномов! Мы можем на равных противостоять друг другу. Теперь уже и он заметно устанет, а тогда…

На лице противника вновь возникла холодная насмешливая улыбка. И внезапно точка опоры пропала. Кхелед Азгару никто более не сопротивлялся. Орк резко отскочил назад, и все тело рванулось за ним. В тот самый миг в глазах потемнело от сильнейшего удара по затылку. Массивное навершие секиры обрушилось на меня с ловкого стремительного проворота над головой Фоллека. Еще через миг туман рассеялся, и зрение вернулось, но различить перед собой удалось лишь серые камни. Тупой удар коленом по спине плотно прижал к земле, массивная ручища обхватила правое плечо. Он почти что сидел сверху, тяжестью своей не давая двигаться, блокировав возможность применить оружие. Попытки вырваться привели лишь к нескольким сильным толчкам, от которых губы ощутили вкус камней, окрашенных кровью. Щеки и подбородок ударялись об эти камни и, наконец, оказались вдавленными в них. Рука из последних сил сжимала меч. И когда голос Арох-Гура объявил об окончании поединка, руки ненавистного верзилы коснулись Кхелед Азгара. Верный друг вспыхнул, отразив багряное вечернее солнце, и все существо пронзила страшная неописуемая боль. Меч – живое продолжение руки, часть тебя, незаменимый товарищ, ставший с тобой единым целым. И, забрав его себе по правилам боев на этой арене, Фоллек не только оторвал мне руку, но и пронзил в сердце, вертя и изучая Кхелед Азгар.

Я не мог глядеть на него, да и на присутствующих. Хотелось провалиться сквозь землю. Все было кончено. И все радости этого дня вмиг стали лишь горьким тягостным воспоминанием. Глаза искали перед собой дорогу – прочь. Патруль, каменистая тропка вниз, к деревне, первая арена, окруженная деревьями: все проносилось мимо очень медленно и словно в тумане. Уйти, исчезнуть, никогда больше не попадаться на глаза тем, кто это видел. Айрэ… Что я скажу ей теперь?.. Ведь она…

Перед глазами все расплывалось. Тропка исчезла. С высоты скального выступа раскрывался вид на море. Я не знал куда идти. Рука коснулась ствола одинокого дерева, и голова упала на плечо. Даже стоять не было сил: колени сгибались, тело тяжело опускалось вниз, на землю. Шум моря смешивался с другим, не похожим на него шумом, а виски сдавила сильная боль. Скоро это пройдет, первое время всегда самое тяжкое.
Что я скажу ей?..

Вид Кхелед Азгара в руках победителя настойчиво никуда не уходил, терзая и раня больнее любого оружия. Мысли стали отрывочными, а потом вовсе унеслись куда-то вдаль. Даже шум моря уходил прочь, заглушенный вторым – темным, гулким и тяжелым шумом. Сквозь этот шум и туман проникали какие-то звуки. Перед глазами что-то двигалось. Но лишь прикосновение чьих-то рук и вкус воды сделали картину четче.

Передо мной стоял на коленке молодой парень. Приподняв мою голову, он настойчиво что-то говорил и пытался напоить водой из своей фляги. Слов его было сперва не разобрать, но голос был участливым и очень встревоженным. Он смывал с меня кровь и вглядывался в глаза. Мы знали друг друга раньше? Не помню. Я ничего сейчас не помню. И это не знакомый мне голос. Между тем, отказаться от сладостных и живительных глотков воды мне тогда все равно бы не удалось. Избавляя от едкого вкуса собственной крови, они были – необходимы. Наконец удалось разобрать и первые слова.

- Вот так! Так то лучше. Слава богам, ты жив. И это главное.
- Кто ты? Откуда, почему?..

Из-за разорванной губы говорить было больно и трудно. Мой собеседник видел это и поспешил успокоить.

- Меня зовут Джастин, я живу тут неподалеку. Я смотрел на твои бои. А этот Фоллек – просто жестокий ублюдок. Пусть подавится деньгами, что достались вот так – бесчестно и подло! Неспроста его отправили служить в нашу глушь.

Бесчестно и подло? Слова парня заставили задуматься. Нарушений правил не было. О чем он говорит? Между тем, мой новый знакомый, кажется, обследовал огромную шишку на затылке и продолжал поддерживать.

- Сильное рассечение, но это заживет. Нужно промыть и перевязать. Ты сможешь идти? Я отведу тебя домой. Или можешь остаться у меня, я живу рядом и один.

Почему он так настойчиво старался помочь мне? На вопрос этот пока не было ответа. Но отказаться от его помощи было бы столь же глупо, как не принять тех первых живительных глотков воды. Стоило подняться на ноги, как голова вновь сильно закружилась, к горлу подкатил ком, а перед глазами все расплылось.

Мы спустились по тропке и вошли в деревню, раскинувшуюся у подножия горы. Вершина же была теперь далеко от нас. Она словно осталась в другой, иллюзорной жизни. Впоследствии даже глядеть на этот форпост будет тяжело и больно. Солнце уже садилось, а, значит, Айрэ уже вернулась или возвратится очень скоро.

Что я скажу ей? Как взгляну ей в глаза? Что она скажет мне?

- Вот тут я живу! Я говорил тебе, что совсем рядом.
- Прошу, отведи меня домой.

Вечерние улицы медленно сменяли друг друга, и с каждым шагом становилось все более холодно при мысли о содеянном. Но какой бы ни была горькая правда, ее не скроешь. И сегодня придется выдержать еще один тяжелый удар. Вот поэтому Айрэ и не говорила об арене. Она не скрывала. Она лишь заботилась обо мне, предпочитая работать, не покладая рук. Те три тысячи, что были при мне с утра, ей нужно отдать за свое оружие всего лишь через несколько дней. Что она скажет? Мы вновь остались нищими голодранцами без оружия и без денег. Выходит, все то время, что мы прожили здесь, прошло зря. И я тому виной. Недолго же в моих руках продержалось богатство! Глаза закрывались, но там их вновь ждала картина – расставания с Кхелед Азгаром. Вырвать это чудовищное видение из себя было невозможно. Мой верный друг теперь был во власти врага, потому что я предал его, не смог уберечь, оказался не достойным оказанного мне доверия.

Когда в конце улочки показался дом, где мы жили, по телу пробежала дрожь. Если она уже там, то нужно говорить сразу. А все слова исчезли, мысли окончательно спутались. К тому же, не хотелось, чтобы свидетелем этой сцены стал Джастин. Лучше бы отблагодарить его за помощь и, сидя в тишине, попытаться подобрать хоть какие-то слова.

Лучше?.. Да если сейчас в этом окошке не окажется света, если ее там нет… Мне тогда стало страшно при мысли, что ее там сейчас нет. Потому что нужнее всего было – оказаться рядом с ней. И будь что будет!

- Мы пришли. Это ведь твой дом?

В нашем окошке горел свет. Ведь солнце уже почти закатилось. А она стояла на улице и вглядывалась в сумрак. Она ждала. Конечно же, потеряла меня и не знала, где искать. И сердце, и глаза ее были чуткими и зоркими. И прежде чем мы достигли калитки, ведущей во двор, любимая оказалась рядом. Из-за темноты и сильного головокружения я не видел выражения ее глаз. Я даже не знал, гляжу ли я на нее прямо. Но я слышал, как участились удары ее сердца. Я должен был ей сказать, но сперва вместо слов изнутри вырвался лишь тяжелый вздох. А дальше тишина сменилась бойкими словами Джастина.

- Прошу, не ругай его за эти деньги! Он храбро и красиво дрался. Кап-Дун давно уже не видал таких воинов. А тот орк – он…

Айрэ прервала речь парнишки одною лишь фразой, сказанной даже не родным ее голосом, а глухим полушепотом:

- Да причем тут эти чертовы деньги? А того орка я…

Скорее она сама не завершила фразу. Но и я не слышал уже ничего, едва ее руки коснулись меня, окутав плечи столь долгожданным теплом. Нос уткнулся ей в шею, различив родной любимый запах ее кожи. А потом уже мы были дома – одни в комнатке, озаренной светом горящей печки. И ласковые руки нежно смывали с меня грязь и кровь – осторожно и трепетно, стараясь не причинять боли. К пораненному рту Айрэ приложила какое-то снадобье из трав, и говорить я теперь вообще не мог. Лишь смотрел на нее до тех пор, пока глаза не сомкнулись, оставив тот день навсегда в прошлом.

Время сбилось в череду отрывочных воспоминаний. И, возможно, прошел лишь день, а может быть двое суток. Но все это время Айрэ не отходила от меня. Лежа у нее на плече, было слышно каждый удар ее сердца. Равномерные успокаивающие толчки - они ощущались и слухом, и кожей, а собственное сердцебиение отвечало вернее любых слов. От ее рук шло тепло, а боль притуплялась и уходила прочь, изгнанная нежными прикосновениями. Однажды мне показалось, что руки Айрэ светятся едва заметным голубым сиянием. Но почти сразу видение исчезло, ибо глаза сомкнулись в глубоком сне. А когда ясность сознания вернулась, и мы смогли наконец говорить друг с другом, она, безусловно, уже обо всем знала. Ведь Кап-Дун – маленький городишка, живущий сплетнями.

- Ты простишь меня?
- За что? Знаешь, я не прощу себя, что оставляла тебя одного, даже не предупредив, что здесь такое бывает. Подумала, нельзя рассказывать тебе об этих аренах.
- Ты поступала правильно. Но что нам теперь делать? Тебе нужны те деньги. Ты достойна своего любимого оружия, и ты не поступишь с ним столь чудовищно, как я.
- Милый, забудь про эти деньги. Золото лишь самая малость из тех вещей, что можно потерять на арене. Обоз товаров, которого я жду, еще не пришел. Есть несколько идей, и мы обязательно что-нибудь придумаем.

Золото – лишь самая малость. И это действительно так! Наверное, в моих последних словах отразилось все горькое отчаяние и боль, что царили в душе. Картина окончания боя ничуть не померкла и стояла перед глазами. И вдруг стало понятно, что по обеим щекам катятся две огромные слезы. Они появились сами собой и теперь предательски ползли вниз, выдавая слабости, что никому не должно видеть. Такое редко бывает в жизни. Айрэ заметила эти слезы, и сами чувства. Объятия стали крепче и теплее, а глаза зажглись огнем, что яснее ясного говорил о твердости намерений, уверенности и силе.

- Мы вернем твой Кхелед Азгар. Клянусь тебе, он не будет принадлежать больше никому в этом мире!

 

Маргарита Арми 05.04.2015 16:59

Ревелин,

Мине нрабица)))
 

Held 05.04.2015 22:51

Хельд сидела рядом с Марго и читала мемуары Его Величества. Надо признать, рассказчиком Торин оказался прекрасным, так что пятая глава из-под его пера была прочитана очень быстро, а зачем перечитана ещё раз. Гномка никак не комментировала прочитанное, в отличие от жизнерадостной Марго, у который сейчас было очень хорошее настроение. Хельд предпочитала переживать прочитанное внутри своих мыслей. Ей определённо нужно продолжение. А описание боя и оружия? Это же великолепно! Надо будет потом выразить Торину своё восхищение.
Насколько же любящей женой была Айрэ! Ни словом не обмолвилась о пропавшем добре, волнуясь лишь за супруга и махнув рукой на потерянное... Хельд не знала, была бы она сама на месте Айрэ настолько лояльной, но восхищалась подругой.
Рядом объявилась пушистая тёзка Айрэ, и Хельд отвлеклась. В последние несколько дней ей не хотелось разговаривать. Причина такого поведения была, по её мнению, донельзя банальной и в то же время выбивающей из колеи. Но жаловаться гномка не была привычна, равно как и бездумно сидеть у окна с платочком. Что бы ни происходило на душе, нужно держать спокойное лицо.
Прослушав пятиминутную кошачью серенаду в исполнении питомицы, Хельд спустила кошку на пол, положила мемуары на столик и встала, выпрямив спину. Последний луч солнца за окном сверкнул на её чёрных волосах и погас. Она собиралась выйти, чтобы занять себя или готовкой ужина, или своей ювелирной поделкой, которую начала осваивать совсем недавно. На такое не отваживалась ещё ни одна гномка.
- Марго, у тебя к ужину есть вкусные просьбы?
Хельд слегка улыбнулась. В этот момент двери в зал открылись, и появился Бофур.
- Кили здесь нет? - деловито поинтересовался он. Окинув зал быстрым взглядом и не дождавшись ответа, он тут же выскочил в коридор.
Ни он, ни Хельд не взглянули друг на друга.
- Картошка, жаркое, мясные дудли*) в хлебцах, пирог по старому рецепту, яичный десерт - что мне приготовить? - продолжила Хельд как ни в чём ни бывало. Она поймала на себе взгляд Марго - наверное, та поняла, что что-то было не так.


----------
*) - Котлеты по-гномьи.

Revelin 05.04.2015 23:18

Милая Хельд! Большое спасибо за высокую оценку писательским трудам Его Пушистейшества! Он всякий раз даже теряется, когда друзья его хвалят, что аж щеки становятся румяными и горячими... :)

Кили мы сами не видели со вчерашнего вечера. А вот неразлучные приятели Торин и Двалин настойчиво потребовали не только разъяснения рецепта дудлей, но главное - самих дудлей в количестве "А, побольше!"

В общем, наши мужчины предположили, что котлета по-гномьи отличается от котлеты "Еще там по-каковски" тем, что не содержит ничего кроме мяса, мяса и еще раз мяса. Пришлось пояснить обоим, что в данном случае котлета получится "деревянная", то есть грубая, не вкусная. Сочности ей в любом случае придает лук, а мягкости и воздушности - булка, размоченная в молоке или картошка.

От себя предполагаю, что имеется в виду котлета из рубленной мясной массы, а не нежного фарша. Но это, опять-таки, лишь мои предположения.

Held 06.04.2015 00:10

Хельд выставила блюдо на стол. Сейчас собралась исключительно мужская компания. Айрэ была права насчёт рубленого мяса. Дудли никогда не делались идеальной формы, но зато всегда были толстыми, плотными и содержали в себе лук, немного размоченной картошки и специи. А сверху приправлялись разнообразной зеленью. Благодаря такому миксу каждый дудль получал аппетитную выпуклость и воздушность, скрывая в своей простоте чудесный вкус жареного мяса с пикантными и немного острыми нотками.
Бофур почему-то не смотрел на Хельд, но дудли привлекли его живейшее внимание. При этом было видно, что ему как-то неловко. У самой гномки, казалось, сейчас была в голове одна только кулинарная тема.
- Не стесняемся, пробуем смело! - энергично заявила она, поставив тарелку на стол.
Как же она всё-таки любила кулинарию! И куда это мог запропаститься королевский племянник? И Фили почему нет? Ей хотелось поделиться своим позитивом со всеми обитателями Замка. Правда, один пушистый обитатель уже получил свою порцию сырого мяса гораздо раньше.



Jemima 06.04.2015 00:48

Ну, что, пока мои голубки на своем затянувшемся свидании в одном из миров Астерии :D, выскажу наше общее мнение: несмотря на то, что Торин один из величайших воинов и не только мастер своего дела, но и слова, в этой ситуации слова восторга для Айре, самой гномской жене гнома. У тебя стальные нервы и золотое сердце! Помог бы еще крепкий кулак, но ты еще и мудрая жена :clap:

P.S. Хельд,
рецепт котлет взят на вооружение
 
;)

Held 06.04.2015 01:04

Jemima,
всегда пожалуйста) У нашего горного племени были лучшие кухарки в округе.
 

Revelin 06.04.2015 01:18

Откушав дудлей и вникнув в суть рецепта, мальчики поняли, что у выражения "Порубать котлеты" теперь появляется вторая суть. И "порубать в котлету" - тут не причем. Это очень близко и понятно, но это другое.

- Вот смотри. Мы сейчас съели это дивное блюдо. Говоря по-простому, по-гномьи, мы порубали эти котлеты, потому что больше их нет. Правильно?
- Ну да. Что же тут не правильно?
- Но завтра мы захотим еще. Верно?
- Что же тут не верно? Питаться такой едой - это вам не траву на костре жарить.
- Значит когда завтра я или ты подойдешь к жене и попросишь еще дудлей, она, как истинная гномка, укажет тебе на твой топор и попросит приготовить мясную массу для дудлей. И это будет правильно, потому что топором мы владеем лучше них.
- Да ты просто кладезь мудрости. Ведь и это будет правильно.
- Ну и получится, что сегодня мы порубали уже готовые дудли, а завтра мы порубаем их еще, чтобы еще раз срубить.
- А вот "мастером слова" наши леди тебя точно назвали по душевной доброте, за красивые глаза и твою ужасную шевелюру!

Маргарита Арми 06.04.2015 17:00

ДЛЯ РЕВЕЛИН,

Свет солнца ласкает святую постель,
И соком наполниться вновь колыбель,
Тепла и любви и мгновения без бури,
А в книге герои почти что уснули.

Их сон не тревожит реальности жатва,
Там солнце разбудит их в сонной золе,
Там кони бредут их не тянет обратно,
Пусть даже же их ждет утонуть в полынье.

Но как же прелестно лежать в колыбели,
И рыцарь не твой на страницах падет,
Прочтешь, посмеешься, что вороги съели?
Щека твоя лихо к груди припадет.

Отложит он книгу, ученья сознанья,
Застынет в мгновение руки прижав,
Ему уже хватит войны и скитанья
И ему так приятно с тобой засыпать!


https://pp.vk.me/c623823/v623823013/...P2ttlovJsc.jpg

Revelin 06.04.2015 17:52

Маргаритка, это прекрасно! И стихи, и арт! :kiss:


Маргарита Арми 06.04.2015 17:53

Ревелин,
УУУУУУУУУУУ, кого-то унесло. Ага спасибоя старался.
 

Маргарита Арми 06.04.2015 22:55

Милый на сельхоз работах, когда фермеры достали. Дубина лучший друг.

http://montirong.do.am/my_statyi/201...bit/50-15-.jpg

Revelin 06.04.2015 23:55

Гном - самое совершенное на свете существо. Он и дубиной... Вот это мужик! Чет меня сегдня покорежило, что у эльфов даже бороды не росли. Кирдана я всегда любила. Нерданель тоже. У ее отца в порядке все. Феанорычей я тоже всегда, ну даже так, что не говорите об этом при некоторых особо наряженных в меха...

Маргарита Арми 06.04.2015 23:59

Самое главное достоинство гнома, что он харизматичен, предан и рукаст. А еще абсолютно мягок когда влюблен. Хоть и угрюм.

Revelin 07.04.2015 00:22

Главное достоинство гнома нельзя описать никакими словами. В итоге у вас получится что-то типа "А потому что он - гном!" Все они рукастые, преданные, верные, простые, настоящие, любящие мясо и пиво, горячие, отважные, способные убить за вас хоть кого... И такие няши рядом - в простом общении даже с тем человеком, что сам почти что гном... Они железные в борьбе за вас, но безумно чувственные и трогательные к любой ласке, что дарит им любимая женщина. Они этого достойны! Я про ласку...

Маргарита Арми 07.04.2015 00:37

Мой еще и призвизданутый конкретно))

Маргарита Арми 07.04.2015 02:39

Ветер братик темных бурь,
Сеет в замке он лазурь,
Воздух в окна пробивает,
Листья петь он заставляет.

После дня рождения Марго отсыпался даже Вася, причем спали вахтовым методом два часа через два часа, потому что за ребенком кто-то должен был смотреть. Слава Богу, что малышка спала ночью и три трупа вырубались во дворе на свежем воздухе. Похмелье страшное дело, тебе несколько дней душно везде. Вася так налакался наливки на брусники, что на утро вчерашнего дня пил из озера минут сорок. Марго ржала над этим как роханский конь, ее голос был хриплым глаза выжигал свет, но такое зрелище пропустить было невмоготу.

- Пьяный, дракон, о Господи святые золотые руды. Васенька ты жив там? - гномка восклицала и еще сдерживала хохот усиливающий боль.
- Уймись женщина, сама орала, еще чарочку за меня, у тебя откажешься, сама вольешь.
- бурчал гневно Васька.
- Я ж тя дурья башка предупреждала, я пьяная становлюсь совсем дурная, лучше вали полетай.
- Ага, свалишь тут у тебя, ту же стрельнуть могла..- говорил сквозь бульк Васька.
- Ну что ты преувеличиваешь то?
- Ага, а кто за лук двадцать раз хватался и орал идем бить эльфов, при эльфах?
- Я шутила.
- А кто носился по столу и орал слава гномьей империи? И что Двалин засранец, тебя не подпускает и он изверг, ты его хочешь, а он ломается цитирую: "Как юная эльфийка на первом свидании!"
- Это была не я. - гномка этого не помнила, поэтому тогда она просто оставила дракона в покое от стыда.

Сейчас когда бред немного ушел из ума она вспомнила, что она еще к тому же носилась по всей хижине за Двалином с непристойными помыслами, хорошо, что Сиапилл на время дня рождения кто-то брал. " Черт, а кто у меня ребенка то забирал? Блин, неужели Пак, он точно проносился где-то. Блин, я ему ребенка доверила. ДА, нет не может быть. У кого же была мелкая, ни черта не помню. Хреновый я маман, какой-то совсем. Но это был кто-то и своих а значит все хорошо" - думала гномка пытаясь восстановить всю картину произошедшего. Двалин, конечно, помогал ей последние сутки с ребенком, но он был какой-то шуганный и стыдливый.

Сейчас же гномка слонялась в окрестностях ища любимого, но видимо он замыкался увидев что ей лучше и она справиться сама. А может за дровишками пошел, а может перед эльфами извиняться, а может перед всеми. А может... А что может. Я совершенно не понимаю, куда он делся, может быть ушел в замок жить.

Перед глазами гномки проплыли выражения лиц гостей, после очередного пируэта.

http://demiart.ru/forum/uploads11/po...1355657228.jpg

Блин это же надо было так перед всей семьей, стыдоба. А я же еум говорила, что кроме наливок еще и сок надо и что лучше бы мне не пить. Жара, на улице я увлекся как обычно. Еще и танго пыталась с ним танцевать напевая : Такие как мы танцуют танго, а хрена ли там танцевать, вот эту руку сюда, эту сюда, хорошо. Ногу вот так двигайся в такт. - Гномка заулыбалась, песня была шутошной и одной из ее любимых, но милому тогда не до смеха было совсем. После пары завалов Двалина который, тогда еле удерживался, потому что даже пьяный понимал, что гномка его не удержит. Она на несколько секунду поймала выражение лица ихнего короля.

http://ic.pics.livejournal.com/saxia.../13018_900.jpg

Который собственно больше всех не понимал, что здесь происходит. Айрэ то давно знала Марго, поэтому ничему не удивлялась. Остальные же видели такое состояние вышеуказанной впервые. Марго, конечно было очень стыдно, но от воспоминаний у нее полз румянец по щекам, маня за собой улыбку. Она бродила в пролеске, что-то ей подсказывало, что гора мышц прячется там. ЕЙ стало скучно и она начала напевать:

Чайку ветер подгоняет,
Чарку выпить не мешает,
Опохмел святое дело,
Если жить вам надоело.

Если множатся убытки,
Если нежность после пытки,
А прощенье после драки,
Рвут за кости всех собаки!

Ночь темна и воют волки,
Я иду совсем одна,
Насуплю счас на иголки,
И зарежусь, вот беда!

Сумерки отяжеляли поиски, но что-то подсказывало Марго, что Двалин ее слышит.

Вдруг меня болото стырит,
Вдруг меня комар сожрет,
Где же ты мой верный Двалин,
Я боюсь, засада ждет.

Марго зашла за дерево что бы немного отдышаться, сумерки перекатились в ночь. Гномка пуще ада боялась темноты, точнее темноты в одиночестве. Ведь Вася пока что опять няня и его брать с собой нельзя было категорически. Ее сапог торчащий из-за ствола дерева лизнул свет от фонаря.

http://3.bp.blogspot.com/-MeUapNOYSV...th+Lantern.png


Физиономия Двалина задавала один единственный вопрос, читающийся отчетливо в глазах: - Куда ты поперлась?
Несмотря на тишину гномка ответила:
- Как куда, тебя искала? Вдруг ты ушел совсем.
- Господи, да куда я от тебя.

Неужель одна оплошность,
НУ положим не одна,
Может все обрушить сразу,
Ты же там была пьяна.

На себя слегка похожа,
Больше же на мужика,
Разве можно бабе делать,
Из солдата дурака.

Ну чего теперь о грустном,
Я ходил дрова искать,
Потом спрятался искусно,
Завалившись тут же спать.

-Ясно тебе дурья башка? - Двалин осторожно постучал по косам гномки.
- Ясно мне, я то думала, а он спать. Мне может холодно и я вообще замерз.......
Гном не стал ждать окончания фразы, а просто поцеловал любимую убрав все распри и недомолвки.

http://cs322430.vk.me/v322430176/890f/8t7x1Xtm8b0.jpg

http://fc08.deviantart.net/fs71/f/20...go-d68z75k.jpg

Revelin 07.04.2015 03:00

Марго, ты возможно еще не знаешь, что танго - это как раз тот самый танец, которому тут все обучены, и самый популярный :)
В общем - возможная интерпретация...

[ame="http://www.youtube.com/watch?v=A8NRjD52AgE"]http://www.youtube.com/watch?v=A8NRjD52AgE[/ame]

Маргарита Арми 07.04.2015 12:13

Ничего уж не осталось,
А просто роза растрепалась,
ГУбительной тоски цветок,
Для милой срезанный росток.

Он глаз не радует на клумбе,
Ведь даме радостней цветы,
Когда он мрет, ей станет грусно
И оборвет она листы.

Он тонко пламенного чувства,
Увядшей чьей-то красоты.
Так будь же жива старть искуства,
Ненарушая пустоты.

http://img1.liveinternet.ru/images/a...y_RoseKate.jpg

Jemima 07.04.2015 18:39

http://s7.hostingkartinok.com/upload...baf121711d.jpg

Маргарита Арми 07.04.2015 19:55

Эти сапожищи сведут меня с ума.
 

Revelin 07.04.2015 21:20

- Ну все, пришла плохая жена, плохая подруга... Да, вот так сейчас получается. Но ни единой секунды не было, чтобы я не думала о тебе! Уж это точно!


Я реально готова принять на себя еще неведомый поток кхуздула. Умнее стану, язык то красивый! Я даже понимаю, что щас меня сдавят ручищами до боли... Я не напишу сейчас никаких стихов. Но ведь мы поужинаем вместе? Правда?

Held 08.04.2015 14:21

Только теперь Хельд поверила, что над Замком наступила самая настоящая весна.
Наконец - яркое солнце, не затуманенное облаками или моросящим дождём. Никакого сильного ветра. Никаких туч - насыщенно-голубое небо было идеально чистым. По-настоящему яркие солнечные лучи заливали чистым весенне-летним светом всё, до чего только могли дотянуться. Архитектура и башенки замка, на которые Хельд сейчас смотрела с соседнего холма, создавали готовую картинку нежданной рукотворной жемчужины, скрытой в гордых горах. Солнце высветляло крупные ветви пока ещё голых деревьев, играло бликами на окнах и шпилях замка, приятно грело спину. А ведь ранним утром здесь плыли волны густого тумана, оставив только поднявшемуся солнцу одну вершину Замка. Подумав, что даже прохлада, оставшийся от марта-месяца подарок, не повредит крепкому организму, гномка сбросила с себя накидку, подставляя себя солнечным ваннам. А ведь гномы редко смотрят на солнце как просто на явление природы, которое можно опоэтизировать или в лучах которого можно погреться. Это, скорее, удел эльфов - они говорят со звёздами, составляют карты, изучают астрономию, лечат заболевшие растения. Гномы же более практичны. Живущие в горах на открытом воздухе, извлекают любую пользу из родной земли и солнечного света, засевая любой пригодный к всходу грунт. Как бы ни ворчали Торин с Двалином, но гномам тоже нужна зелень - она разбавляет привычный к мясному и кашам организм и приносит ему пользу. А уж рагу или другие блюда из тушёных овощей - частый летний гость в меню гномов. Надо будет как-нибудь приготовить, кстати.
Хельд помнила, как старый шаман её племени рассчитывал дни, пригодные к посеву. И всегда днём посева у него получался именно такой первый солнечный день. Пока шёл март, гномы обычно шутили, мол, солнце вступает в схватку с зимой на топорах колючего ветра. И всегда эта дуэль заканчивалась победой солнца. Кроме того, девушка ещё вспоминала старую легенду о Солнечном Карбункуле: полгода он сиял над входом в горные чертоги короля, впитывая в себя солнечные лучи и отражая их гранями, а зимой вращался в прозрачной кварцевой сфере, подвешенной на длинной цепи под сводом высокого потолка, и разбрызгивал солнечный свет, как напоминание о лете в долгие зимние ночи. И этого света хватало ровно на полгода - как раз до первого дня яркого солнца новой весной. Хельд этот Карбункул очень напоминал Аркенстон, но, с другой стороны, Аркенстон был найден задолго после возникновения этой легенды и светился своим собственным светом. Да и в существовании Карбункула сомневались многие гномы. Кто же из горного народа станет так возиться с привычным светилом?!
В этом все гномы. Всегда вспомнят о солнце, только когда выйдут на весенний воздух или же сделают героем своих каменных легенд. Почему бы не воспринять солнце просто как солнце?
Гномка дотронулась до ближайшего куста, на котором из набухших почек уже выглядывали маленькие, светло-зелёные листья, а в других почках готовились распуститься мелкие белые цветы. Даже гномы знают, что весна - символ нового рождения. Ей, путешественнице, нравилось просто так стоять, греясь, и рассматривать природы. Её пальцы погладили веточку с наибольшим количеством почек. Этот философским момент наедине с природой никто не был вправе прервать. Да, Хельд любила природу. Этого не изменит даже недавняя ссора...



Jemima 08.04.2015 14:53

Хельд,
это волшебно! Особенно про "схватку солнца и зимы на топорах колючего ветра":clap::clap::clap:
Помиритесь поскорей с Бофуром :blush:
 

 

Held 08.04.2015 15:58

Хельд растерянно взглянула на Джеми. Ей было очень приятно, как подруга отреагировала на её рассказ о весенних впечатлениях, но её последние слова...
- Как... как ты узнала?
Ведь того их разговора никто не слышал!

Jemima 08.04.2015 16:07

Это видно по тебе, по твоему взгляду. Вы с Бофуром избегаете встреч друг с другом, что просто нонсенс, учитывая, то, как он обычно млеет рядом с тобой, как кот в лучиках весеннего солнышка. И твоя небольшая растерянность, будто ты на мгновения уходишь в свои мысли.

Held 08.04.2015 16:35

На секунду Хельд овладело желание попросту сбежать от этого разговора. Потом она подумала, что если Астерия это заметила - значит, в какой-то момент это бросилось в глаза. Проблема была в том, что оба периодически посматривали друг на друга, но никто из двоих не хотел идти разговаривать первым, продолжая игру в гляделки.
- А ты его видела? - осторожно поинтересовалась Хельд. Внутри спорили друг с другом растерянность и чисто гномье упрямство. Собственно, именно последнее заставляло обоих ограничиваться мимолётными взглядами.

Jemima 08.04.2015 16:58

Нет, я его не видела. Вижу его в Замке мельком, и по нему заметно, что он-то знает, что всем видно, что он "не в своей тарелке". Ты если желаешь, расскажи, что случилось? Я никому не скажу, даже Кили.

Rosie Gamgee 08.04.2015 19:33

Приветствую!
Я вот готовлюсь к первомайской вечеринке))) Есть ли желающие потанцевать?
Несколько простеньких танцев))

Revelin 08.04.2015 22:44

Дорогая Хельд, нас с Торином тоже сразу задел намек на то, что вы с Бофуром поссорились. Мы не те гномы, что лезут не в свое дело. Но искренне верим в то, что "Милые бранятся - только тешатся!". Без разногласий нет Любви, они - естественны. И делают Любовь только ярче и сильнее. Без ссор и любовь - фиктивная, игра в нее, а не любовь. Скорее миритесь, и обязательно радуйте нас новыми весенними блюдами! Рассказ - трогателен, нежен, перечитан был несколько раз, дабы полностью насладиться и красотой слога, и красотой картины, что встает перед глазами! :kiss:

Ну а в честь весны нашего Торина не покидает вдохновение. Оно понятно, раз супруга вечно сейчас отсутствует по причинам, не зависящим от нее. Он вспоминает, и пишет дальше. А вы - читайте!

Revelin 08.04.2015 22:45

Готические Мемуары - Эпизод 6. Путь воина
Нужно было отблагодарить парня, что единственный из всей толпы не остался безучастным ко мне. Его дом был где-то рядом с подъемом на гору. В маленьких поселениях не сложно найти нужного человека. Но Айрэ твердо заявила, что никуда не отпустит меня сейчас.

- Почему? Ты прекрасно знаешь, что на мне все заживает как на собаке.
- А ты пока не знаешь, что весь Кап-Дун обсуждает сейчас исключительно твои подвиги. И если ты выйдешь за ворота, то очень быстро опять попадешь в какую-нибудь историю. В какую именно – не знаю. Знать не хочу, признаться.

Вот так новости! Весь Кап-Дун обсуждает? О, боги! Они все обсуждают – этот мой позор?.. Нужно убираться из города, и теперь уже навсегда забыть о Кхелед Азгаре.

- По правилам арены все было честно. Но толпа настойчиво требует наказать орка Фоллека и официально запретить такие поединки. Ты теперь чемпион двух этих арен, а значит местная знаменитость и всеобщий любимец. Тебе всюду открыт вход, и даже глава этого города, по слухам, хочет на тебя поглядеть.

Уши отказывались слышать все это. Так не бывает. Нельзя принять поражение за геройство, Айрэ что-то путает. Как можно называть чемпионом – за столь чудовищный проигрыш?

- За эти дни о тебе справлялись уже несколько человек. Тот парнишка, что привел тебя, приходил каждый день. Наверное, и сегодня явится. Вот и отблагодаришь – не покидая дома. А я подумаю, как сделать так, чтобы нас пореже видели на улицах города. А то уж слишком много желающих поговорить с тобой о драках за бочкой эля, еще раз поглядеть на все твои боевые приемы, нанять тебя тренировать их непутевых деток, поручить тебе не умных дел, где нужен авторитет да мускулы. Став чемпионом арены, надо убираться из города. Иначе этот титул ко многому тебя обяжет.

Странные все-таки существа – эти люди! Разве могло так сложиться в гномьем поселении? Прокляни меня Махал, если да! И какой к балрогам авторитет? Я заслужил их презрение, не оправдал надежды. Так не бывает! Я никогда не привыкну к людям.

Джастин правда пришел к нам в тот день и искренне улыбался при встрече.

- Я рад, я очень рад за тебя! Хорошо, что твоя подруга – волшебница.
- Не подруга, а жена. Ее любовь всегда была волшебством для меня. И она правда очень искусна. Причем, не только в целительстве.

Этот парень был не только добрым и отзывчивым, но и умным. Огонек в глазах, выражение лица – мы тогда обменялись теми улыбками, что могут возникнуть лишь в мужской беседе. Любимая не мешала нам, просто поставив на столик во дворе простые угощения. У нее, как всегда, было много дел. Теперь этих дел лишь умножилось. А, положа руку на сердце, я был благодарен судьбе за то, что Айрэ никогда не вмешивалась в мужские разговоры. Она знала, когда нужно уйти и дать возможность быть наедине со своим собеседником.
Из головы не уходил главный вопрос – почему этот парнишка помог мне, пошел за мной тогда, и столь искренне переживал за последствия моего последнего боя на арене?

- Я не буду лгать. Есть две причины.
- Какие же?
- Ну… Во-первых, ты такой, каким хотел бы видеть меня мой отец. Ты сильный. Ты настоящий воин, в твоих руках оружие оживает. Отец мечтал, чтобы выкованное им оружие оживало в моих руках. Но я не уродился тем, кем должен был стать для своего отца. Поэтому я торчу на арене все свободное время, я просто гляжу на воинов и завидую им. Может быть, я вижу в них братьев, представляю, как отец был бы счастлив иметь такого сына.
- Ты сказал, что твой отец ковал оружие. Он был кузнецом?
- Да. Когда Кап-Дун не был орочьим, мой отец был лучшим кузнецом в городе. Он учил меня, все без толку. Других сыновей у него не было. А теперь уже никогда орки не отдадут людям эту работу. Кузнечное дело – лучшее дело, уважаемое, почетное. Да и кузнецы они – много искуснее нас.
- Что стало с твоим отцом?
- Он погиб в последней битве, когда орки воцарились в Миртане. А я не сумел продолжить его дело. Кузница заброшена, инструменты отца пылятся на полках… Его меч, что остался как память о нем, поврежден и сломан. Мне передали этот меч его товарищи, кто его хоронил. А я гляжу на него, и вижу, что собой таким сломал жизнь отца – как меч его сломала орочья секира.

Кузница?.. У Джастина есть кузница, где сам он не может ничего делать? Это разрешило бы очень многие вопросы, и избавило бы хоть от части проблем. Если его отец был лучшим кузнецом этого города, то там верно должна быть – кузница, а не просто наковальня.

- Знаешь, я кое-что смыслю в кузнечном деле. И если ты окажешь мне честь, то, может быть, я сумею исправить меч твоего отца. Тогда ты не будешь больше видеть его сломанным, ощущать этой сыновней боли. Я не напрашиваюсь, пойми. Но если бы у меня была кузница, я – теперь уже делом, а не бравадами – смог бы поправить наше положение, помочь Айрэ. Я виноват перед ней.
- Перестань. Ты ни в чем не виноват. И твоя леди – видел бы ты ее лицо тогда! Странно, что Фоллек еще жив. Она любит тебя, и ни в чем не корит, поверь.
- Знаю. Знаю, что любит.

Сердце сжалось от мысли о том, как же она меня любит! Раз уж чужой, малознакомый человек говорит такие слова. А ведь Джастин тогда видел ее не расплывшимся образом, он знает то, чего не знаю я. А после они общались, когда он приходил справляться обо мне…

- Так ты пустишь меня в свою кузницу?
- Конечно! И буду счастлив, если руки мастера зажгут в ней огонь – впервые за много лет! Отец не нарадуется, увидев с небес такое! Приходи когда хочешь, и считай – кузница твоя. Раз ты умеешь там работать.
- А чем же ты живешь?
- Ставками на бойцов арены. Я не умею драться сам, но уже довольно изучил все приемы. Я вижу толковых воинов. Мне везет. На тебе я заработал кучу денег. Я поделился бы, но и в последнем бое я ставил на тебя – почти все, что есть.
- Нет, нет! Забудь думать о том, чтобы давать мне деньги. Я честно заработаю эти деньги, если только ты доверишь мне наследство отца, его инструменты, все, что было для него свято. Кузнечное дело – родное мне, если б я сразу мог работать кузнецом, все вышло бы не так. Последний бой – это позор мой перед всем городом. Я теперь на улицу боюсь выходить. И глядеть в глаза людям, что это видели. Мои предки прокляли бы меня…
- Вовсе не так. Думаешь, много было людей, кто вообще отваживался выходить на арену против орка? Даже слабый тщедушный орк сильнее рослого искусного мужчины. Поэтому я и бросился тогда за тобой.

Джастин умолк ненадолго. Судя по выражению лица, его терзало что-то.

- Ты сам сказал, что есть две причины. Одну ты открыл. А вторая?
- Эх, Торин! Ты правда новичок в этом городе. Ты не знаешь.
- Так расскажи!
- Были уже воины-люди, что бросали вызов оркам. Из далеких земель приходят сказания о героях, кому это удалось – полудемонах, ставших чемпионами орочьих арен. Но откуда таким героям взяться тут, у нас? В нашей глуши никогда не увидишь мира. Героям не интересна наша деревня с ее сбродом и свиньями, гуляющими по улицам.
- Перестань преувеличивать. Орки сильны, но их можно победить. Поэтому я никогда не прощу себе своего проигрыша.
- Это не проигрыш. Это подвиг. Я действительно счастлив видеть тебя живым и почти здоровым сейчас. Да пребудет сила и благодать в руках твоей леди!

Парень правда скрывал что-то. Но хотел рассказать. Что-то мешало ему, и далеко не сразу он поведал мне историю прошлого боя орка с человеком.

- У нас был – настоящий чемпион. Красавец-парень, девушки сходили по нем с ума. Везде и всюду он был любим. Орочья знать принимала его в своем кругу, торговцы везли ему хорошее оружие, и даже из других городов привозили мальчишек, чтобы он учил их драться. Не жизнь, а счастье. Но однажды ему мало стало той славы, что всегда при нем. И он попросил Арох-Гура выставить против него орка. Не думай, Арох-Гур умен и справедлив. Когда-нибудь он станет орочьим генералом. Арох-Гур был против. Но на верхней арене нет распорядителей.

- Дальше. Прошу, не умолкай.
- За Фоллеком я тоже смотрел давно. Орки дерутся не так, как люди. Они массивны, но очень сильны. У них другое оружие. Бой на арене для них – игра. Добивать поверженного запрещено везде. Но тогда, во время того боя с человеком, Фоллек использовал тот же прием, что и с тобой. Он отскочил назад и огрел противника навершием своей секиры. На это глядела вся наша деревня. Парень упал. Бой был закончен. Он сумел встать, как ты. И прошел несколько шагов. А после упал замертво. Мы подбежали к нему, и увидели, что голова его была проломлена. У него не было семьи, и мы сами похоронили его. Тогда даже не пришел никто, люди быстро забыли своего чемпиона.
- И ты подумал, что со мною все также?
- Да, я видел во второй раз – то же, что уже видел раньше. И я боялся, что ты умрешь. Поэтому увязался за тобой, ну а дальше ты все знаешь. Теперь на уме у всех обе эти истории, и люди требуют запретить поединки между орками и морра.
- А еще люди требуют своего нового чемпиона, верно? – Айрэ появилась рядом как никогда кстати. Ведь возможность работать в кузнице – это шанс для нас. Мне безумно хотелось оказаться там как можно скорее. В таком деле она не могла мне отказать.
- Конечно, миледи! Но сперва он должен полностью выздороветь. Толпа подождет.
- Он здоров, а толпа ничего не получит. Мне нужно будет исчезнуть на пару дней, и я хочу попросить тебя.
- Для меня будет счастьем исполнить любую вашу просьбу!
- Тогда ты отвечаешь головой за то, что во время моего отсутствия Торина не будут терзать поклонники боев на арене.

Айрэ намерена была уйти прямо сейчас, под вечер.

- Куда ты? Зачем? Когда ты вернешься?
- Не переживай за меня, любовь моя! Я обещала найти выход, и я найду его. Но ты должен от себя обещать мне, что не покинешь дома Джастина и не станешь дальше веселить местную толпу.
- Я сделал то, чему нет прощения. И исполню любую твою просьбу. У Джастина есть кузница. А значит никто и ничто не увлечет меня прочь оттуда. Я так давно не держал в руках кузнечного молота!
- Вот и славно. Займись любимым делом, покажи этому миру свои навыки. Ты лучший во Вселенной, и я верю в тебя!

Губы ее были как спелые вишни на вид и на вкус, но горячими, как огонь. Хотелось раствориться в том поцелуе, спуститься к шее, а дальше руками и губами ласкать эту грудь. Но нужно было дождаться уединения. И теперь это будет не скоро, лишь когда она вернется. Нужно было ждать - столько сколько потребуется - в расплату за свою же глупость.

- Скажи лишь одно – твой поход не опасен?
- Нет. Я просто разведаю окрестности, и найду способ вооружить нас.
- Почему я не могу пойти с тобой?
- Потому что так будет лучше. Прошу, поверь мне сейчас.

До дома Джастина мы шли очень быстро. Нужно было вообще не поднимать глаз, постараться не попасться никому на глаза. В паре мест нас окликнули, но мы не отозвались. В Кап-Дуне не много улиц, и миновать одну – людную – все же не удалось. И там, на площади, ко мне подбежала девочка – еще маленькая, ниже почти на голову. Она не то улыбалась, не то почти плакала. А потом прижалась к моей груди, вручила букет целебных трав и лесных ягод и убежала.

Джастин увлек меня за руку, и лишь когда закрылась калитка во двор его дома, возможно стало с облегчением вздохнуть и раскурить трубку.

Мне безумно хотелось увидеть кузницу, но хозяин настоял на том, что сперва мы сготовим отменный мужской ужин – на костре. Уже очень скоро аппетитные свиные отбивные подрумянивались на углях, в кружках таял слой пены, обволакивающий густой вкусный эль. Не знаю – почему? Но Джастин проникся мной. Он правда мечтал подружиться и готов был на все ради этого.

- Покажи меч отца. Я понять хочу – сумею ли я его исправить.
- Конечно, сейчас.

Через четверть часа он вернулся и вручил мне свою реликвию, бережно обернутую в старую бархатную ткань. Внутри свертка хранился клинок – очень хорошей работы, простой, но прочный и удобный. В двух местах он был серьезно поврежден ударами. Возможно, один из этих ударов стал причиной гибели отца Джастина. Этот меч не сложно было исправить: выровнять лезвие к рукояти, убрать многочисленные зазубрины. Тогда, может быть, и я сделаю для этого человека дело, которое достойно отблагодарит его участие и добро?
Джастин старался как мог – мы от души ели, пили, пели песни, и спать легли в мягкие уютные постели. Но сон не шел. Потому что она ушла сейчас – в неизвестность, даже не раскрыв своих планов. Она сейчас спала в холодной пещере, или в лесу, кишащем хищниками. Но было ли у меня право требовать от нее даже разъяснений после всего, что я сделал своими руками?

- Не переживай за нее. Такие люди всегда знают, что нужно. Она исцелила тебя, и позаботилась о том, чтобы ты хорошо отдохнул после ранения. Я дал ей слово, и никто теперь не потревожит тебя.
- Я не знаю, где она сейчас, и когда придет. Поэтому в этом отдыхе нет покоя.
- Вы любите друг друга, а это большая редкость. Цени это и охраняй превыше собственной шкуры. А чтобы и шкура твоя была цела, возьми меч отца. Ты исправишь его, а дальше просто подаришь ему еще немного жизни. Он не столь дорог и хорош, как твой – утраченный. Но отец бился им. А значит, и ты сможешь. Положа руку на сердце, я хочу подарить тебе его. Но такой воин, как ты достоин большего. Если сейчас этот меч тебя выручит – он твой. Подари ему жизнь, сделай так, чтобы мой отец на небесах - искренне порадовался!

В такие минуты даже гному трудно сдержать слезы. Парнишка доверял мне самое ценное из того, что у него есть. А значит, поверил в меня. Значит, тот позор правда не всем показался позором. Люди не такие, как гномы. Но в них есть то, чего гном никогда не найдет среди своих.

Дни пролетели незаметно – за любимой работой в кузнице, что верно оказалась устроенной настоящим мастером и знатоком своего дела. Меч отца Джастина был почти доработан, ибо кузнечное искусство не всегда быстрое. Сталь должна закалиться и напитаться нужных свойств перед тем, как принять очередные удары молота. Этим мечом можно будет драться, такое оружие не стыдно носить и использовать. Это не дорогой, но достойный меч! А значит больше Айрэ не уйдет, не взяв меня с собой. Я буду рядом с ней, и я сумею защитить нас всегда – когда это будет нужно. Только вот кто и как защищает ее – сейчас?..
Гора упала с плеч лишь тогда, когда любимая появилась на пороге дома. Она была прекрасна, как всегда, но не сумела скрыть усталости. Руки сжимали ее со всею силой, как всегда забыв о том, что это может причинить ей боль. А она – своей особенной манерой – вдыхала воздух, уткнувшись в мою голову, ласкала носом уши, щеки, лоб. Она устала, а значит этой ночью все будет так, как можно только мечтать – дарить наслаждение ей лишь своею не растраченной силой… А она будет лишь млеть в объятиях… Даже не шевельнется…

- Сегодня отдыхаем. А завтра рано утром нам с тобой предстоит совместный поход.

 

Jemima 08.04.2015 23:16

Срабатывает принцип "ах, если бы, да ка-бы...." Если бы Джастин повстречался Торину раньше, до встречи с Фоллеком...больше бы нервных клеток Айре сбереглось. Но, зато у Главкузнеца теперь есть кузня и любимое дело)
 

Revelin 08.04.2015 23:29

Джеми,
Главная суть в том, что теперь Айрэ будет вынуждена действовать по-свойски, и в итоге раскроет любимому свою готическую суть. Весь роман на этом строится. Сюжет предстоит довольно длинный и сложный, но с красивым итогом.
 

Held 08.04.2015 23:47

Услышав неожиданный вопрос Торина, Бофур снял свою ушанку и со вздохом положил на колени. Сказать было нечего. Он никогда раньше не испытывал подобных ссор, да и чувств - тоже, а потому не слишком понимал, что следует делать. Конечно, было одно решение - подойти и поговорить с Хельд, но он говорил себе, что впечатление ещё не прошло, а в психологии гномок он, мол, не сильно разбирается. Пусть пройдёт время. На самом деле под этими успокаивающими мыслями скрывался банальный страх и скрытое нежелание уступить первым. Он чувствовал, что это идиотское состояние уже затянулось, но предпочитал сбивать его либо усиленной работой с новыми камнями и бесконечными походами из подвальных ходов Замка в старые шахты, либо вечерними мужскими посиделками с шуточками. Именно поэтому он чувствовал себя не в своей тарелке в тот вечер, когда Хельд подала мужчинам дудли. Это блюдо было приготовлено её руками и она не отказывала ему в еде, несмотря на ссору.
- Время, проведённое с Айрэ, научило меня кое-что замечать, - изрёк Торин, попыхивая трубкой. - Ты долго собираешься ждать, пока какой-нибудь пришлый маг не совершит примирение за тебя? - король был, как всегда, прямолинеен и говорил то, что думал.
- А что я должен сказать? Она тогда повернулась и ушла! Я ни балрога не понимаю в гномках...
- Не будь дураком! Я не выгораживаю никого из вас. Ты боишься разобраться в женщине, которую любишь сердцем и желаешь плотью? Это не моё дело, но что вы наговорили друг другу?
- Боюсь? - фыркнул Бофур. - Бояться надо было тогда, когда разрушали Морию...
Да, тогда он не боялся. Чувствовал гнев, боль, желание спасти и вывести тех, кто ещё был жив, жажду борьбы - но не страх. Синие глаза Торина весело прищурились - Мория была всего лишь попыткой упомянуть что-то, не имеющее к проблеме отношения. Насколько он успел заметить, оба считали себя правыми - и были неправы, но если Хельд предпочла уходить в сторону, замыкаясь в упрямой гордости и лёгкой грусти, то Бофур занимался пустым самокопанием, тратя время на страхи и ненужные обиды. Следствием этих обид было всё то же упрямство, разводившие обоих в разные стороны последние несколько дней. Неужто морийцы в упёртости превосходят эреборцев? Неслыханно!
Торин, не желая больше вмешиваться, взглянул на лежавший перед ним пергамент, исписанный новой главой их с Айрэ приключений. Он никогда не умел быть психотерапевтом, да это и не было ему нужно. Достаточно с него внезапно открывшегося умения летописца! На душе мгновенно стало теплей при мысли о супруге, но тут его вновь прервал Бофур.
- Всего лишь какой-то идиотский щавель! - вдруг прорвало его. - Я что, ревновал? Ей нужны приключения? Значит, камни ей не нравятся?! А почему я?!
Торин почти ничего не понял из этих обрывочных фраз, но нутром почуял, что это имеет отношение к их соре. Он протянул другу мемуары.
- Кажется, ты пришёл за чтением?
- А, да... - рассеянно ответил Бофур. - Спасибо...
Сперва ему было сложно проникнуть в первые строчки. Потом он сосредоточился. Глава была в два раза меньше предыдущей, но Бофура вдруг захватила одна мысль. С каждой строчкой его брало осознание, насколько же сильна любовь Айрэ и Торина. Он вдруг ощутил кошек на душе за то, что на его собственном счету была эта дурацкая ссора.
Торин исподтишка наблюдал за другом, замечая смену эмоций в глазах. Он хотел, чтобы его труд был оценён по достоинству, а Бофур был первым читателем.
Дочитав, мориец некоторое время тупо пялился в конец пергамента. Любовь! Вот оно!
- Торин, ты гений!
Сунув слегка обалдевшему королю в руки главу, гном вскочил, едва не выронив с колен свою ушанку, и, чуть не поскользнувшись на разлитом мелкой и очень подвижной Айрэ пиве, скрылся за дверью.
Торин покачал головой.
- Мало мне было племянников... - проворчал он беззлобно. Его взгляд упал на задетую сапогом Бофура пивную лужицу. - Ну вот, добро разлили! - посетовал он.
Впрочем, Хельд всегда становилась одной из первых в ряду читателей его творчества. Надо потом будет дать мемуары ей. А пока пусть не возвращаются без примирения. И что только в его мемуарах было такого?..

Revelin 09.04.2015 00:18

Айрэ с детства любила запах табака и никогда не считала это зазорным. Потому не было ничего не обычного в том, чтобы сесть в соседнее кресло - рядом с любимым, и тоже раскурить свою длинную трубку. Дымок уносился вверх витиеватыми округлыми путями. А глаза пристально изучали сквозь него каждую мысль и каждое движение мышц на лице любимого.

Каким бы замкнутым и сдержанным он не казался многим, Торин был очень чувственным. И всегда очень болезненно переживал разлады меж друзьями. Те не многие, что пошли за ним - они были теперь родными братьями независимо от крови и родословных. Ибо все они вместе проливали свою кровь на свою родную землю ради возрождения величайшего царства гномов. И теперь все они равно достойны своего счастья.

- О чем ты думаешь? Что опять во мне осуждаешь?
- Настанет ли когда-нибудь время, что ты поймешь одну всего лишь вещь: мне нечего в тебе осуждать. Я приняла что есть, люблю это, и буду любить всегда, до последнего вздоха.
- Я не хочу сейчас о нас. Скажи, как помочь им.

Как же хотелось в тот миг влить в него все тепло, все добро и знание! Как же едины мы тогда были!

- Давай думать. Там прозвучало слово "щавель"
- Что с того?
- Надеюсь, ты не рассказывал Бофуру о царском щавеле, что растет в готических лесах?
- Не помню о таком.
- Так вспомни. Я о том редком растении, что ты скушал с корнями, не дождавшись, когда я сделаю из него зелье. Тебе довольно было лишь намека на то, что соки той травы повышают силу.

Он, конечно же, помнил тот забавный инцидент.

- Я не говорил ему. Дело не в чудесах твоей алхимии.
- Значит, дело в другом. Даже простой, обыкновенный щавель, и простые камни могут служить причиной ссоры. Но если причина столь ничтожна, а любовь - велика, то скоро настанет день, когда сами они начнут смеяться надо всем этим.
- Я хочу помочь.
- Поверь, я тоже хочу помочь. Но иногда самая ценная помощь заключается в том, чтобы не встревать в конфликт, и дать двоим любящим возможность понять - насколько сильно они любят друг друга.
- Я не смогу больше писать сейчас.
- И не нужно. Все, что ты делаешь, нужно делать под вдохновение. Тогда и выйдет хорошо.
- Значит, сейчас у меня вдохновение - зажать тебя в руках и отнести в нашу спальню.
- Раз так, то ты сделаешь это настолько хорошо, как никто в целой Вселенной Миров! Ведь ты для меня - самый лучший из всех, кто эти миры населяет.

Трубка догорела, колечки дыма унеслись в небытие.

- Я хочу сжать тебя так, что могу причинить боль.
- Значит, в итоге - доставишь Радость!

Jemima 09.04.2015 01:20

Тем временем продолжалось затянувшееся свидание Кили и Астерии в ее "холодном мире"...
Принц потянул девушку за руку к себе, и вместо возможного поцелуя, клацнул у нее перед носом зубами. "Скормлю крысам!" - отпрянув назад, ухмыльнулась Астерия. Кили спрыгнул с парапета и предложил ей продолжить их прогулку по городу. Как все-таки странно было для нее спокойно идти по этим улицам, не оглядываясь, и не обнажая клинок...Они просто шли рядом, болтали о какой-то ерунде, вспоминали поход к Горе, их новую встречу здесь, до Замка....Как часто мы думаем, что всего лишь друзья, когда уже "навеки приручили друг друга"?...Королевский племянник смотрел на Астерию и любовался ей - длинная часть волос, перекинутая на левую сторону, озорная улыбка и ее глаза...здесь, как только попадался источник света, они поблескивали, словно кошачьи, поднятый воротник камзола - она напоминала ему ведьму, сам не знал почему. Просто это слово пришло молодому гному на ум первым.
Теперь их путь лежал мимо "Золотой кошки", пристанища "жриц любви". Они остановились у высоких витьеватых ворот, украшенных изящным кошачьим силуэтом. Молодой гном нагло заулыбался, кивая в сторону здания:"Помнишь?" "Как такое забыть, думала, сама укокошу тебя раньше стражи, если бы девчонки тебя заметили" - язвительно ответила Астерия. И тут посмотрев в сторону здания, она обратила внимание на очередную странность - в окнах не горел свет, такого не могло быть никогда. Одно из самых больших зданий города словно погрузилось в литаргический сон, и снова никаких признаков жизни. "Видать, совсем тут дела плохо, раз такое место пустует..." - задумчиво заметила девушка, пройдясь пальцами по решетке ворот. "Я слово умное вспомнил, - принц решил разрядить обстановку, - де-ра-ти-за-ци-я, во! Может, они закрыты на это дело?" "Отродясь тут такого не было" - отозвалась девушка.
- Кили, полное отсутствие людей начинает меня напрягать.
- Все ушли на фронт, - отшутился принц и потащил ее за руку в сторону двери в высокой металлической стене, отделявшей одну часть города от другой. Перейдя на ту сторону, Астерия почувствовала внезапную головную боль, настолько резкую, что даже прикоснулась пальцами к виску. "Ты в порядке?" - забеспокоился гном. "Да, нормально...такое чувство, что мы полгорода прошли, всего лишь переступив через порог. Словно что-то или кто-то вырезало кусок пространства и времени". После ее слов, Кили почему-то резко сменил тему, будто был причастен к этим странностям. Пойдем туда, - он показал в сторону разрядных столбов на другом конце улицы, перекрывающих вход и выход за границы города. Карантинные меры и способ борьбы с больными и недовольными - одно из величайших открытий того времени.

Held 09.04.2015 11:14

Утро наступило свежее, ясное.
Хельд спустилась на кухню, чтобы приготовить что-то к завтраку. Чтобы разнообразить меню, она решила заменить печёное жидким и сварить борщ. Самый что ни на есть обычный борщ, за исключением того, что он был... зелёным. Туда требовалась картошка, куриное мясо, яйцо, сельдерей, петрушка, морковь, сметана и специи, а главное - щавель. Тот самый щавель, из-за которого поссорились они с Бофуром, хотя он был не единственным поводом. Он придавал этому блюду характерный зелёный цвет и вкус.
Внезапно дверь открылась, и появился Бофур. Хельд вздрогнула, но сдержала себя. Вчера бы она не реагировала так спокойно. Казалось, за ночь выветрилось всё неприятное, оставив только лёгкую неловкость и удивление.
Увидев Хельд, Бофур едва не споткнулся на пороге, тут же начав оглядывать кухню в поисках кружечки. На самом деле он просто пытался потянуть время и не смотреть в глаза возлюбленной как можно дольше, хотя сердце ёкало. Вчера она уже успела уйти в комнату, так что беспокоить её он не решился, опасаясь быть выставленным на ночь глядя за дверь.
- Пива нет? - он очень надеялся, что голос прозвучал нормально. Его взгляд невольно упал на зелёный пучок в руках Хельд. Щавель.
- Не знаю... Сейчас проверю, - отвернувшись быстрее, чем надо, и не выпуская из рук этот дурацкий пучок, Хельд подошла к бочонку и, подставив кружку, открутила кран. В кружку попало несколько капель - и всё. Да когда только успели всё выпить? Позавчера была полная бочка!
- Придётся в подвалы идти. А ещё нужно зелёный суп сделать... Махал, и что только с кухней сегодня?! - разговаривая, Хельд прошла мимо него и вышла из кухни. - И сметану кто-то стянул! - продолжала она уже в коридоре.
Этот монолог преследовал одну цель - не допустить откровенного разговора и сделать вид, будто страшно занята.
- Постой, - пошёл вслед за ней Бофур, не желая упускать момент, - я пойду с тобой. Ты же не собираешься катить тяжёлый бочонок до кухни? Это мужская работа!
- Ты попросил пива, нужно проверить бочки! Вдруг рядом в запасах найдётся ещё и сельдерей? - вновь начала Хельд, умолчав о том, что сельдерей-то как раз был в прекрасном наличии на кухне, откуда они только что вышли. Проверка бочек явно была надуманным поводом, но Бофур вместо предполагаемого недовольства вдруг почувствовал удовлетворение - она боялась не меньше его самого. - Ведь сказано же - не трогайте сметану, потом на вкусные блюда не останется! Так нет же, уже съели или скормили кошке! Ничего, что у неё мясно-рыбный рацион и немного зелени? А пиво кто выпил? Только не говорите мне, что вчера опять были посиделки! У нас есть и маленькие бочонки, если кто беспокоится о тяжести, но на всех не хватит! И что мне делать? - возмущение Хельд было напускным, поскольку она явно чувствовала сзади шаги и дыхание Бофура на своей шее. Она шла быстрым шагом, но отвязаться от не желающего сдаваться мужчины было непросто. Носок обуви задел камушек, попавшийся по дороге. - Ещё и эти камни тут!
Она тут же замолчала, поскольку камни стали ещё одним поводом для ссоры - правда, драгоценные. Он подумал, что она не ценит его трудов? А как насчёт того, что он сам ей нужнее, а тех нескольких малахитов достаточно?
"Сам виноват, нечего было ревновать попусту!" - тут же появилась мысль. Ей было бы легче думать об этом, если бы он сейчас не шёл практически рядом. Кажется, в этот раз ей от него не уйти. Он догонит её, как бы она не убегала.
Они наконец достигли подвала, и Хельд тут же углубилась в ряды бочек и вин, изучая нужный сорт. Её пальцы крепко сжали кружку. Спохватившись, она положила туда щавель, а через секунду подумала, что ей в эту же кружку наливать пиво. И, конечно, она не сможет катить бочонок до кухни. Может, лучше действительно взять маленький?
- Хельд... - подошёл к ней Бофур.
Договорить он не успел. Замок вдруг вздрогнул от основания до самых высоких шпилей. Над головой послышался глухой рокот. Пол мелко задрожал под ногами, а с потолка посыпалась пыль. Оба красноречиво взглянули друг на друга. Ими сейчас овладела совсем другая мысль. Рокот усилился. Казалось, над головой бурлила река, но звук был потяжелее реки. Пол и стены затряслись, и пыль посыпалась сильнее. Густой, низкий, рычащий звук стал громче. Нормально стоять уже было невозможно, и Хельд упала бы, если бы не рука Бофура, который сам уже не мог сладить с равновесием. Они оба знали, что это.
- Сход весенней лавины, - взглянула ему в глаза Хельд.
- И землетрясение, - понял её он. - Должно быть, оно её и вызвало! Скорее наружу!
Последние слова он уже выкрикнул, стараясь перебить усиливающийся шум. Казалось, весь Замок пришёл в движение. Пол качался, как днище лодки Эсгарота в ураганную погоду. Сгорбившись и крепко держась за руки, оба побежали прочь из подвала, едва не спотыкаясь на шатающемся полу. На стенах коридора появились трещины. Сверху непрестанно сыпалась пыль, частицы которой стали крупнее. Нельзя было не отдать дань древним строителям - этот старый коридор мог попросту обвалиться, но отшлифованный камень держался крепко. Кругом стоял страшный грохот. Когда они промчались мимо кухни, оттуда послышался дружный звон мисок и кастрюль, который дополнило гулкое падение пустого бочонка с подставки. У Хельд фоном промелькнула мысль, что борщ, кажется, на сегодня отменяется. Каменный пол шатался теперь таки сильно, что бежать стало почти невозможно. Бофур споткнулся и упал, но Хельд не выпустила его руку и упорно тянула возлюбленного на себя, не желая сдаваться.
- Ещё одно усилие! - закричала она.
Мимо, громко воя от ужаса, прошмыгнула мелкая Айрэ, на всех парах скрывшись за углом. Хельд вдруг вспомнила, как кошка ночью мяукала и пыталась сбежать из Замка. Так вот что значило её поведение!
С трудом поднявшись на ноги, гном вдруг совершил невероятное. Крепко обхватив Хельд за талию, он вдруг просто поднял гномку на руки и упрямо двинулся вперёд, хотя кругом всё тряслось, качалось и грохотало. От этого звука закладывало уши.
- Ты с ума сошёл! - заорала девушка, не пытаясь, впрочем, спрыгнуть на пол - это было чревато.
- Я сошёл с ума, едва увидев тебя! - проорал Бофур в ответ, поворачивая в боковой проход, откуда быстрее всего можно было выйти наружу через чёрную дверь.
- Отпусти, нашёл время для дурацких признаний! Свои кости на гномью крепость проверить захотел?!
- Я свой Аркенстон отпускать не намерен! - он упрямо шёл к своей цели, хотя едва не споткнулся уже три раза.
- Какой, к орку, Аркенстон?!
- Если тебе не нравятся камни - значит, останусь я!
- Камни?! До двери наружу - пара несчастных метров, а ты треплешься о каких-то камнях?! Немедленно опусти меня на пол, иначе от тебя ничего не останется!!!
- Да, я, балрог подери, ревную! - продолжал перекрикивать шум землетрясения он. - Почему вы, женщины, такие... такие...
- Какие?! - не выдержала Хельд, на секунду забыв об опасности. Ей овладело желание прояснить этот вопрос. Нечего сказать, он не мог выбрать для этого более подходящее место и время!
В эту секунду они дошли до двери, и тут Бофур от самого сильного толчка начал падать. Успев распахнуть дверь сапогом, он в последнюю секунду успел как-то повернуться, чтобы Хельд упала на него. В трясущийся коридор ворвался поток свежего воздуха, и солнце ударило в глаза. Оба покатились по земле, цепляясь друг за друга. На соседней горе бурлил и кипел снег с вершины, стремительно мчась вниз. Ещё один толчок, и тряска превратилась в дрожь. Гномы в обнимку затормозили только у лежащей неподалёку коряги. На несколько секунд возникло ощущение потери ориентации, будто весь ландшафт вместе с Замком куда-то поехал. Подземный грохот начал сходить нет, остался только грохот лавины. Шатание прекратилось. А затем, через минуту, утихла и дрожь.
Лёжа друг на друге, Хельд и Бофур синхронно повернули головы, наблюдая за лавиной. Вскоре основная масса снега зрительно скрылась за густым высоким лесом, из которого послышался треск обломавшейся из-за землетрясения особо тяжёлой ветки.
Хельд встала, пошатнувшись, и отряхнула платье. Хорошо, что повседневные юбки у гномок - укороченные!
- Хорошая пляска... - пробормотал Бофур, поднимаясь на ноги.
Хельд обернулась на испуганное мяуканье - неподалёку стояла Айрэ: шерсть дыбом, уши прижаты... Девушка попробовала подозвать её, но кошка только испуганно попятилась, скрывшись за кустарником.
- Что с ней? Землетрясение вроде закончилось, - тихо сказала Хельд, думая о словах Бофура, сказанных ещё во время квеста в коридоре.
- Это значит, что оно ещё повторится. Формирование этих гор ещё не завершилось, - Бофур оглядывал окружающую действительность.
Теперь с их ракурса им были немного видны откосы справа, хотя раньше их можно было увидеть, только подойдя к опушке леса. И, кроме того, вершина соседней горы, сбросившая лавину, теперь казалась несколько ниже, чем была раньше.
- Получается, наша гора немного развернулась, и вместе с ней Замок? - нахмурилась Хельд.
- Получается, да.
Повисло молчание. Девушка вдруг осознала, что всё ещё сжимает в руке эту чёртову кружку. А в ней весёлым зелёным напоминаем лежал пучок щавеля.
- Надо найти остальных. Я не вижу их снаружи, - Хельд заторопилась обратно ко входу в Замок, но тут её остановил Бофур, развернув лицом к себе.
Он взял кружку с другого боку, так что теперь деревянная посуда оказалась в двух руках - его и её. Хельд подняла на него глаза. В глазах Бофура вдруг появились всегдашние искорки - то, чего не было в его взгляде последние несколько дней.
- Я ведь не договорил, любимая, - улыбнулся он. - Ты - мой Аркенстон.
Хельд приготовилась было возразить, но не успела. Правду сказать, ей уже не требовалась возражать. Всё, что ей было нужно - это его горячие губы, увлёкшие её собственные в страстный поцелуй.
Не осмеливаясь со своей стороны выпустить кружку, она другой рукой дотронулась до шеи Бофура, отдавая ему ласку. Если бы они сейчас находились в комнате, а не на открытом воздухе, один Махал знает, чем закончился бы этот поцелуй.
Хельд прервала его первой, не отстраняясь.
- Придётся немного потерпеть, - мило улыбнулась она.
Он вздохнул.
- Готов ждать до скончания веков, хотя не хотелось бы, - он взглянул на кружку в её руке. - Похоже, мы остались без завтрака и без обеда.
- Это ещё ничего - в крайнем случае, можно поджарить дичь на открытом костре. Кстати, вот и повод поесть на воздухе. Апрель, как ни крути.
- Ага, - он продолжал смотреть в кружку. - Щавель.
- Ну да. А ты чего ждал? Эльфийской травы?
Между ними промелькнула невысказанная мысль - тот самый щавель теперь стал символом примирения. Правда, мириться одним поцелуем Бофур не собирался.
- Идём за остальными, - наконец решительно прервал момент он.
Оба направились обратно в Замок.

 

Маргарита Арми 09.04.2015 18:23

Блин по написали то, понаписали. Куда теперь вставляться фиг его знает))))))
 

Held 09.04.2015 18:46

Маргарита,
кто понаписал?
 

Маргарита Арми 09.04.2015 19:46

все))))))))))))))))))) день небыло и опавчки.)))))))))
 

Revelin 09.04.2015 21:51

Сегодня у Величества вышла из под пера глава спорного местаназначения в плане запостить. Поэтому на всякий выкладываю ее на грядках, а не тут. Ну а сюда вам ссылочка.

Готическая - продолжение

Jemima 10.04.2015 00:47

- Ты хочешь на ту сторону, к причалу? - уточнила Астерия, щурясь от остатков внезапной головной боли.
- Да, и туда тоже.
- Ну, тогда старым добрым путем? По балконам и на стену?
- Нее, у меня идея получше,-принц подмигнул ей, - пошли к воротам.
Конечно у девушки даже мыслей не было отказать молодому гному, тем более, она знала, как отключить электричество и обеспечить им безопасный проход к пристани. Уже у самых ворот, она отпустила руку принца и шагнула в сторону источника питания. Разрядные столбы на воротах - зрелище устрашающее и прекрасное одновременно. От сильных разрядов тока, даже искры разлетались в стороны. Кили тут же взял девушку за руку, и остановил.
- Ты чего? Систему вырубить не хочешь? - Астерия в недоумении уставилась на принца.
- Нет!-по-простецки улыбнулся парень, - идем!
- Убить нас обоих решил? Один шаг - и только угольки останутся! Ты знаешь, как это работает? Знаешь ведь?! - негодуя, она продолжала таращиться на молодого гнома.
-Я все знаю и помню, - он взял ее за руку, - повторяю, пошли. Это очень важно и не надо бояться, - Кили смотрел на Астерию взглядом, полным уверенности и нежности.
- Кили, ты может, про действие тока не знаешь, а я вот прекрасно знаю! И жить хочу долго и счастливо!
- И будешь. Просто доверься мне.
- Кили, ты "поехал"...умом тронулся...
- Конечно, "поехал", и причем давно, - отозвался гном, крепче сжимая руку девушки, которая уже не знала, что делать: то ли "вырубить" принца на время, то ли поддаться на его авантюру? В самом деле, не удумал же принц такой странный ритуал самоубийства?...Он чертовски любит жизнь, а та отвечает ему взаимностью. Перестав сопротивляться, она покорно пошла за ним, предварительно покрутив пальцем у виска и присвистнув. Подойдя к воротам как можно ближе, Кили остановился и приподнял вверх полувытянутую руку:"Положи свою руку на мою".
-Зачем?
-Надо.
- Не буду. Не буду этой фигней маяться. Давай, просто ты возьмешь меня за руку и мы быстренько пройдем.
- Так, повторяю последний раз, - принц сделал серьезный вид, - положи свою ладонь на мою.
- А то чего?!
- Лучше тебе не знать - сделав страшный взгляд, он зыркнул на девушку.
Невозможно было больше ему сопротивляться - да, он чего-то удумал, но тот запал уже перешел самой Астерии. Она положила правую ладонь на его руку и они сделали шаг в поле действия столба, Кили при этом "приосанился", а девушка, наоборот, зажмурилась и чуть втянула голову в плечи. Еще шаг, и яркий свет ослепил их, треск разряда и ощущение, будто все тело покрылось мурашками, но больше ничего! Это немыслимо, они просто стоят по ту сторону ворот, за спиной продолжает "стрекотать" разрядный столб!...Целы и невридимы. Кили с триумфальным видом улыбнулся, и прижав руку Астерии к своей груди, сказал:"Я же говорил, что все будет хорошо? Ты не верила..."

Revelin 10.04.2015 01:53

Джеми,
а пояснить?... Это чего это они такое знают, что электричество на них не действует?..

Особенно понравилось про то, что они любят жизнь, и жизнь отвечает им взаимностью! Это первоистина на все времена! Никто ничего с этим не сделает, ибо логика превыше эгоизма!
 

Jemima 10.04.2015 08:11

Ревелин,
Спасибо ;) а вот почему они в шашлык по-Эреборски не превратились, откроется чуть позже :D
 

Held 10.04.2015 15:41

Jemima, прекрасно)
Но почему-таки не настоять на быстреньком прохождении? =_= Или, например, "пока не объяснишь - не пойду?"
 


Текущее время: 21:39. Часовой пояс GMT +4.

Powered by vBulletin® Version 3.6.4
Copyright ©2000 - 2026, vBulletin Solutions, Inc. Перевод: zCarot