- Спасибо за то, что вы здесь.
Грэм: О, нет, это хорошо быть здесь в нашей собственной одежде.

- Если бы вы вынуждены были бы прийти в своих костюмах, в какое время вы должны были бы встать?
Эйдан: Я встаю в 8 часов, примерно за 3 часа до них.
Дин: Да, ну…это спорно…
Грэм: Большинство из нас встает между 4 и 4:30 утра. Но Эйдан встает позже.
Эйдан: Я прихожу около 9 утра, мне наклеивают мой нос, и в 9:30 я готов. Супер!
Грэм: Ему наклеивают почтовую марку в качестве грима на лицо.

- Джеймс, чья была идея, чтобы ваши девочки сыграли в фильме?
Джеймс (Несбитт): Кто вам сказал? Теперь люди знают, что мои дочки снимаются в фильме.

- Люк Эванс сказал нам вчера.
Джеймс: Правда? Очень хорошо. У него будут проблемы…

- На самом деле, мы узнали кое-что еще: что ваша жена также есть в фильме.
Джеймс: Да, думаю, она будет в расширенной версии. Когда они приехали сюда, было много дружеских посиделок, организованных, чтобы сблизить всю команду. Это было очень важно, особенно для Питера, Фрэн и Филиппы, но также и для всех, кто работал над «Хоббитом». Все, кто приехали с других концов света, были поддержаны в том, чтобы привести с собой свои семьи, потому что работа долгая, а семья – это часть нас, которая делает нас теми, кто мы есть. Наверное, Питер, Фрэн и Филиппа встретили моих девочек в один из таких вечеров, и начали писать для них роли в двух фильмах (в этот момент предполагалось еще 2 фильма). Они думали, что будет маленькая роль для моей младшей дочки, Пегги, как дочери Барда, сестры Баина. Предполагаю, что это было записано и отослано в США. Не зная, что она моя дочь, они решили включить это, и потом они также выбрали Мэри, и их роли стали более значимыми.
Эйдан: А твоя (роль) сократилась. Их больше в фильме, чем тебя!
Джеймс: Точно. У них самая большая роль из Несбиттов в фильме. Это чудесно, и это было замечательно для них.

- Как вы смотрите на ваших героев, с их детской непосредственностью, но сражающихся и убивающих орков?
Грэм: Детской…Ну, может и размером мы и с ребенка, но не думаю, что мы наивные, несерьезные в остальном, почему Вы подумали это?
Джеймс: Я думаю, история, которую написал Толкин, выявляет ребенка в каждом из нас. Она пробуждает ребенка в каждом, кто читал книги, и в тех, кто идет в кино. У детей очень развито воображение. Третья часть достаточно темная, здесь сочетается с одной стороны мрачность, но также и с другой она фантастическая и детская.
Это был вызов для каждого. Но я думаю, что дети видят гномов как армию воинов, они отождествляют себя с ними, потому что они сильны, сражаются вместе, у них бывают ссоры, но всё же они остаются вместе, они настоящая команда, и дети очень чувствуют это.

- Повлиял ли ваш характер на ваших героев?
Дин: Вы видите, я блондин. Единственный гном-блондин в группе, вот что сделал я (смеется).
Эйдан: Питер Джексон очень хорошо выбирает актеров, думаю, мы во многом похожи на наших героев, во многих отношениях.
Грэм: Даже страшно становится.
Эйдан: Да, много усилий не понадобилось. Что касается Кили, я не знаю. В самом деле, в начале процесса мы поняли некоторые вещи, после обсуждали с Питером, и потом наш герой начал свое развитие. Питер и его команда делают так, чтобы связать актера с героем, который подойдет ему больше всего.
Грэм: И ,возможно, в конце мы стали больше нашими героями, чем наоборот.
Джеймс: Я думаю, они развивались. Все верно, это смесь. Мы проникаем в нашего героя, и наш герой проникает в нас.
Эйдан: Проникает в нас? (смеется).
Дин: Без сомнений (смеется).
Джеймс: Ори очень изменился. Поначалу, он был мягкий и добрый, но как Адам получил большее доверие по отношению к другим актерам и всей команды, то теперь он главная Дива в группе. Ори также стал достаточно сильным героем.

- В третьем фильм будет эпическая битва, нравится ли вам физическая сторона вашей роли? Расскажите о ваших тренировках?
Грэм: Да, мне это очень нравится, это очень весело. Мы усиленно тренировались, и нам нужно держать себя в форме. Я сражался на прошлой неделе для одного из флешбэков во втором фильме, и это напомнило мне, насколько это изнурительно. Сердце бьется с такой скоростью, что твое тело не может охладиться достаточно быстро. Весь вопрос во времени восстановления. Вам нужно подготовить свое тело быть в состоянии быстро восстановиться, и так, чтобы не ранить себя.
Эйдан: Это постоянная трудность.
Адам Браун: Я рад, что все это снималось в хронологическом порядке. Так что великая битва еще впереди. Если бы мы начали с нее, думаю, я бы уже умер.
Джеймс: К ответу на предыдущий вопрос: я думаю, что эта битва - это шанс для каждого гнома показать свой характер, потому что каждый их них сражается по-своему. В отношении игры (в фильме), это часто похоже на поле боя, потому что нас 13. Это немного борьба, потому как ты пытаешься получить время на экране, и иногда это может расстраивать, иногда ты чувствуешь себя немного огорченным. Но, по крайней мере, во время битвы наших герои можно будут хорошо выделяться по тому, как они сражаются.
Дин: И они стремились ставить нас в группы, также в семейные группы. Конечно, Эйдан и я много сражаемся вместе. Иногда Грэм присоединялся к нам или Адам. Мы собираемся, и каскадеры стараются координировать эпизод боя этой группы. В конечном итоге вы будете иметь свой собственный момент в какой-то период битвы.
Эйдан: Это будет эпично!
Грэм: Я знаю, что Питер хотел, чтобы эта была самая поразительная битва, которая когда-либо снятая на экране.
Джеймс: Да, и здесь есть 20 000 людей, которые в то время, как мы говорим это, нажимают на кнопки, чтобы гарантировать, что это случится (Прим.пер. – наверное, имеет в виду программистов).

- Эйдан, у вас есть сцены с Тауриэль. Отличалось ли это?
Эйдан: Да, это было прекрасно. Это хорошо, понизить тестостерон, связанный с этим походом и провести время с красивой лесной эльфийкой. Она спасает Кили в Лихолесье, она берет его в плен и отправляет в темницу. Согласитесь, эта не самая романтичная история любви.
Грэм: И все же, это типичные любовные отношения.
Джеймс: Это роман из серии Harlequi! (Прим.-Популярная серия книг любовных романов).
Грэм: Так это нормально, это то, как я женился…(смеется).

- Можем ли мы сравнить это с тем, что происходит между Гимли и Галадриэль?
Эйдан: Я не знаю, я не видел другие фильмы.
Джеймс: Что?
Эйдан: Шучу. Я не знаю. Я еще не видел все полностью, мы снимали некоторые сцены так долго, и трудно понять, что оставят, а что нет. Время покажет, я думаю.
Грэм: Но у Гимли это что-то более одностороннее.
Эйдан: Именно так.
Джеймс: И нет сексуальных сцен между Гимли и Галадриэль.
Эйдан: Нет, их нет, это правда, правда. Мы не видим их голыми.
Дин: Это точно, я бы запомнил эту сцену.

- Адам, Ори, твой герой становится более уверенным в преддверии великой битвы? Он становится немного больше «воином»?
Адам: Да. Сначала, во время тренировок с каскадерами мы как бы «вычислили» три боевые стадии Ори. Вначале он очень робкий, а затем, в конце, он уже настоящий воин.

- Увидим ли мы сцены, где Вы становитесь сумасшедшим и диким?
Адам: Я надеюсь на это, да. Я мог бы..поменять митенки.
Грэм: Ори – модный Берсеркер, я определенно хочу видеть это!
Адам: Даже можно надеть митенки разных цветов, что-нибудь сумасшедшее!
Эйдан: Или другой кардиган!
Грэм: Или ты бы мог застегнуть свой кардиган как-нибудь по-другому!
Адам: Не надевать шарф!

- Двалин - прекрасный воин этой группы (гномов), настоящая скала. В третьем фильме мы видим другую сторону его характера. Будет ли он чувствителен в определенных ситуациях?
Грэм: В третьем фильме отношения между Торином и Двалином, который всегда был безоговорочно предан, ставятся под сомнение. Для Двалина будет ключевой момент, когда он отводит свою преданность в сторону. Он выступает против поведения Торина и подталкивает выйти и помочь другим гномам в битве. Мы еще не видели сценарий, но я надеюсь вы увидите отношения Двалина и Торина, и не только в битве.

- Станет ли Аркенстон проблемой между вами?
Джеймс: Во втором и третьем фильмах гномы разделяются на разные группы, и потом, когда они в конце вновь воссоединяются, между ними возникаем множество, множество расхождений. Потом из этого происходит интересное развитие: возвращение Эребора и все, что происходит там и когда это приводит к битве.
Грэм: Мы все здесь не одной и той же причине. Для некоторых это восстановление их чести, другие здесь по денежным соображениям, остальные – еще по каким-то другим.
Джеймс: Имея все это, вернуться к своего рода боевому братству, будет особенно интересным во втором и третьем фильме.

- Что вы чувствуете от того, что по вам были сделаны фигурки Lego?
Дин: Я не перестаю думать о том, что дети делают с их игрушками. Они должны сжечь их лупами, и выбросить.
Эйдан: Да, это странный опыт.
Джеймс: Я люблю мою шапку. И мне нравится мысль, что эта шапка может застрять в нозрях у мальчишки лет трех.
Эйдан: «Мама…!»

- Какой был самый смешной момент на съемках?
Эйдан: Я думаю, мы уже отвечали на этот вопрос, и не смогли дать подходящий ответ.
Джеймс: Стивен Хантер (Бомбур) часто причина этого.
Дин: Да, вы должны видеть Стивена в его костюме. Оказавшись внутри него, почти все, что он делает становится безумно смешным!
Грэм: Ему достаточно только встать перед вами и посмотреть на вас, и это заставляет вас сразу же смеяться.
Джеймс: После 2,5 лет он все еще продолжает смешить нас каждый день, как только взглянешь на него. И когда он просто надевает свои утолщающие накладки и сильно обтягивающую лайкру под его костюм, это так смешно. Так же у меня есть его фото в таком виде.
Грэм: И если у него нет в этот момент его парика, это действительно сбивает с толку.
Адам: Ребенок-гигант!
Джеймс: Я думаю, когда мы снимали в сценах в Бэг-Энде, Боже мой, это было так давно. Когда мы снимали сцену битвы за еду, и когда мы бросили яйцо ему в рот, он должен был поймать его на лету, и он сумел сделать это, конечно!

- Это не было сделано на компьютере?
Дин: Нет, вовсе нет!
Эйдан: Вы можете видеть, как мы радуемся этому в той сцене!
Грэм: Мы бросили несколько, и в конце концов он поймал одно.
 

- Подшучивали ли вы над кем-то?
Адам: Мартин, Мартин - главный шутник.
Дин: Да, Мартин.
Джеймс: Да, Фримен, действительно.
Эйдан: Он много шутил.
Джеймс: Он забавный!

- Можете ли рассказать про какие-то из этих шуток?
Эйдан: Видите? Мы должны были подготовить ответы!
Дин: Не знаю, будет ли это также хорошо рассказывать, но Мартин строил нам рожи каждый раз, когда мы снимались, а он был за кадром.
Эйдан: На самом деле все время. Как-то мы шли по Лихолесью, он повернулся ко мне и начал корчить рожицы, я не устоял.
Дин: Вчера он снова делал это, он очень хорош в этом: он играет, играет, играет, строит рожи, играет…
Эйдан: Да, это хорошо настроенная машина, на самом деле.
Джеймс: Это удивительно, но самое удивительное то, что, несмотря на ответственность, которую он несет, играя хоббита, он просто счастлив делать это. Это что-то особенное.

- Какая у вас была реакция, когда вы узнали, что будете играть гномов в Хоббите?
Грэм: Адам, расскажи им эту прекрасную историю.
Адам: Это было мое первое прослушивание для фильма, потом да, я получил звонок, сообщивший, что меня взяли. Это было смешно, немыслимо! В это время я делал пантомиму в Англии, это традиция.

-Это было раньше.
Джеймс: Да, это скоро повторится.
Адам: Я уже подписал контракт. Так что я был на пути домой после того, как провел весь день в костюме лягушки, короля-лягушки для пресс-мерояприятия.

- Вы были одеты в тот момент в лягушку?
Адам: Нет, не в лягушку. Я оставил костюм.
Грэм: Вы должны написать, что он все еще был лягушкой, история была бы лучше.
Адам: Нет, я не люблю пантомимы до такой степени. Мой телефон зазвонил, это был мой агент:
- Ты помнишь, ты прослушивался на роль Бильбо 8 недель назад?
- Да.
- Ну, они не хотят, чтобы ты играл Бильбо.
- (Я подумал, что очевидно).
- Но они хотят, чтобы ты играл одного из гномов.
- Что? Что? …Погоди! Я снялся в несколько роликов, по которым я должен был встретиться с режиссером, как минимум, 3 или 4 раза до того, как получить роль, а это было мое первое настоящее прослушивание. Я сказал: «Питер Джексон действительно хочет видеть меня?»
- Нет, он будет счастлив встретиться с тобой, когда ты приедешь туда.
Первый раз, когда я встретил всех, был в доме Питера Джексона в день барбекю. Я был там, и я был буквально вне себя (смеется).
Джеймс: Я был с моей женой и детьми в Сингапуре, я думаю, что до того, как взять второй рейс, я знал, что Мартин Фримен присоединится к нам. Я также знал, что этот парень, Адам Браун, будет с нами. Он был такой смешной, Мартин вошел в VIP-зал в аэропорту, и Адам последовал за ним, но это было так, словно он отправлялся на луну!
Адам: Я подумал: «Я лечу первым классом. О, Боже мой, здесь бесплатное шампанское и Джеймс Несбитт!»
Грэм: Было ли время, когда ты боялся, что кто-нибудь подойдет к тебе и скажет, что эта была ошибка кастинга?
Адам: «Нам не нужен Адам Браун».
Грэм: «Нам нужен АЛАН Браун!»
Адам: Я ожидал чего-нибудь такого, да.

- Какие у вас отношения с книгой, прочитали ли вы ее на то момент?
Эйдан: Я не читал книгу. Когда было прослушивание, я встретил Питера и подумал, что я сделал все, чтобы упустить шанс, потому что я сразу же сказал ему, что не читал книгу. Это не очень большая книга, читается за два дня, так что я подумал, что все пропало. На самом деле я прочитал книгу, когда приехал сюда.
Джеймс: Я читал книгу в самолете. Это не совсем то, что я читал, когда был моложе. Ребенком я был ненасытным читателем, но эти книги меня не интересовали. А ты читал ее или нет, Грэм?
Грэм: На самом деле, я прочитал «ВК», когда я был подростком, но я никогда не читал «Хоббит» до того, как получил роль.
Эйдан: Правда? Ты скрывал это от нас!
Адам: Я читал ее в начальной школе, и очень хорошо запомнил сцену загадок в темноте, и потом я прочитал ее, после того, как получил роль.

- И после этого читали ли вы другие книги Толкина?
Эйдан: Я большой поклонник этого жанра, «Сильмариллион», «Книга утраченных сказаний» потрясающие. Мой следующий фильм будет также в этом жанре. Так что вы не можете избежать этого, фильмы-фэнтези повсюду. Думаю, для актера, чем раньше ты начнешь сниматься в таких фильмах, тем лучше. В наши дни каждый фильм с продолжением – фильм такого типа.

- Было ли трудно вернуться (на досъемки)?
Эйдан: Совсем нет.
Грэм: На удивление нет, мы сражу же приняли наш грим. Она из вещей, которая пугала меня – это снова надевать все это снаряжение, но на самом деле это было так, словно я не прерывался.
Джеймс: Это было не так трудно, но я тоже боялся. Я думал: «Боже мой, я не хочу надевать этот костюм».
Эйдан: Тоже самое…
Джеймс: Эй, у тебя занимало 5 минут, чтобы надеть его.
Грэм: Даже нет. Фактически, он уже был на нем.
 

AS: How awesome this I’ve looked. That’s amazing. Ok, we’ve got our two guests so bring them all now. First the elven king, Thranduil. Let’s welcome Lee Pace. And our other guest, the King Under the Mountain, Thorin Oakarshield’s here, Richard Armitage!

AS: So, something I’ve always wanted to ask actors that appear in these movies, these massive, epic, Peter Jackson when you get a role like this, like what’s the first you do? Do you flip out? Do you, do you read did, you read The Hobbit? Did you, have you already read The Hobbit?
LP: ...

AS: And the idea of him making the second trilogy with this Hobbit trilogy, it must have been some pressure to make it as good as the first one, is that going through your head?

RA: Yeah, I mean, I remember when the first trilogy was being made I’d gone to my agent and said, please, can I, please, can I audition for this, and he said what would you audition for, and I was really interested in playing Legolas (laughter) and, yeah, that was his response. He laughed me out of the room, so I was really disappointed, you know,I was very late to the table so to get the chance to come and be in this, revisit to Middle Earth was a bit of a legacy. A bit of a dream come true for me.

AS: Sure. Um... both of your characters in this final installment, they undergo some pretty profound emotional changes. They almost like you steal the story away a little bit from Bilbo, and I wanted to talk to you, to you both about that. Why don’t we start, why don’t we start with you Richard, with Thorin — again, not to spoil anything for anyone, but Thorin becomes obsessed a little with greed. How did, how did, how does Peter help you with the emotional arc like something like that?
RA: I mean, it was, it’s sort of built into their screenplay and it's, it’s there from the very first prologue of the first movie that there is this susceptibility to dragon sickness that he witnessed his grandfather going through, so as he's approaching the mountain on this very linear quest it's always looming in the distance so you can feel the black clouds of that kind of insanity gathering and then you see him descend into his own mind and into the mountain in the third film so, you know, the guidance came from Peter and Fran and Phillppa and just gauging, you know, how mad we make him how quickly was something that changed throughout the course of filming.

AS: Thorin’s really strong but I feel like in this film, especially, we get to see the vulnerable side of the character. It’s something that, I mean, are there other things about Thorin that we don’t really know?
RA: Yeah, I mean, one of the things that we kinda looked at together as actor and filmmaker, is making the character as inconsistent as possible. Normally you look for consistency in character so we tried to make him, surprising and unexpected and part of that was giving him a vulnerability; but of course, you know, as he approaches the end of his story, let’s call it, where he, the only thing he can do is speak the truth, you know, that’s the ultimate, ultimate opening up, isn’t it?

AS: Absolutely. I feel like we should play a clip. Do we have a nice clip on that?
RA: It‘s not that scene is it?
AS: Ah, I don’t, I don’t think so. No, no, no.
RA: Please tell me it‘s not that scene.
AS: But there is a nice clip.
RA: (To Lee Pace) Is that a wig you’re wearing there? No.
LP: No
AS: No, that‘s your real hair, right?
LP: Yeah

LP...
AS: When you’re working on a project like this, or any of these three Hobbit movies, I imagine a lot of the acting is to special effects that haven’t been created yet, but one of the great things about this trilogy is just how there‘s such a wonderful emotional through-line through all of them, and I think that really does come from the acting and the actors. I’m wondering, just, if you could give us some insight onset how Peter foregrounds the emotion and the acting, like your through-lines.
RA: You know, it’s one of the things that I’ve loved about working with Peter is that he’s as interested in actors as he is with technology, and he says himself that he never, he doesn’t lie in bed dreaming up new ways to kind of create visual effects, it’s always driven by the action and the actors, and people always ask you, is it really difficult acting on a green screen— the reality is that you’re the only living, breathing thing in that green box so you get all of his attention, and for the time that you work with him, which is actually relatively short compared to the post production period, you get so much of Pete. You get his heart and his soul in the writing and, you know, face-to-face, and he’s a great actor so he, you see little bits of your character reflected back at you, which I really enjoyed.

AS: Richard, I’ve heard you describe yourself as... an actor that really immerses yourself in to the role, and even close to method acting, and I wonder how that applies in something like this.
RA: I’ve never described myself like that. I immerse myself in to a bath at the end of the day but that's about it. I think everybody does in different ways. I just, um ... with this particular role, playing one character over three movies, it was two at the time but, whatever, it’s a long period of time in a very kind of heavy, hot, imcomfortable costume. I... for me it was about concentration and just not letting that be a crippling factor. So, when you see me between takes facing the wall in a corner because I don’t want to be disturbed, it’s just about, you know, getting your, keeping your head in the right place, that’s all. There’s no kind of weird trickery to it.
LP: ...
AS: Do we have another clip? I know we have one more.
 

AS: I imagine that when you play these parts so much of it starts with the voice. I mean, you guys, you’re doing it and in your case (Lee) maybe even learning a new language or lines in a different language; how much of your acting background applies when you take on a fantasy role like this? I mean, does it start there?
RA: I remember being ridiculed about my obsession with the voice - Lee Pace.
AS: Like how? Please, come on, let’s have some details.
RA: I kinda do. I do take that side of it quite seriously ‘cuz, there was a long period of time, again,
to kind of be consistent with the voice and it started for me because I was trying to age the character a bit I felt like I was too young to play the character so I dropped his voice by about two semitones and I had to do a fair amount of work to make that happen and your voice finds its way back to where, where it wants to be. It’s quite, it was quite tricky in ADR post-production coming back and not being able to do the voice again so l had to do lots of screaming and shouting to sort of break my voice a bit; but, I just wanted him to sound like the kind of character that could command an army over a battlefield. It's a, it’s a specific sound that I was looking for, that’s all.
AS: Like a ravaged, ruined kind of voice, I gather.
LP (to Richard): I wasn’t really (cuing?) you. That’s what elves and dwarves do.

AS: They fight. I imagine that this, taking roles like this isn’t like taking a role in any movie. These movies are huge events and it must have changed your lives in some way. I mean, how is being in The Hobbit made things different for you guys?
LP: ...
AS: It sounds very intimate
LP: ...

AS: Are, are you sad that it’s over?
RA: It’s not quite over until the extended edition DVD release.
AS: That’s right! Yes!
RA: And, boy, that is gonna be a long movie. Ya know, one of the things that I, in answer to your question, that has changed for me is just an understanding of the global reach of this story and it's not just the film, it's the fact that this book has been translated into so many languages because it translates culturally and that, to me, is really exciting because even if you don’t really see it in its original format, language-wise, you can still get something from it, and I think war and the understanding of it and the sense of leaving home and going home translates in to any culture, and that, to me, is really exciting.

AS: It does feel universal and it has that appeal. I know that we have some time for a few questions from the audience. I’ve also got some questions from Twitter that are coming in. Let’s keep the questions just to this film, please, or the trilogy.
Question: Of all three movies, which scene was the most emotional scene for you to film and why, if you can tell us all.
RA: I can definitely answer that one. It’s the, the one, the one scene we probably can‘t talk about because it’s, it will spoil the story but ... it was the one, it’s the scene that you know is coming the minute you are offered the job. And it’s the scene that you read in the book. It was, the words were very, very close to Tolkien and when playing it, it was, there was no acting, it was, it just felt like speaking the truth and two actors connecting. So, yeah, I was, I was definitely in.
AS: Here’s, here’s another question.
LP: The last scene with Legolas. You'll see

AS: An amazing scene! This is one from Twitteruser, cloudjetlope. He asks, did you guys take a prop home with you as a souvenir?
LP: ...
AS: ...
LP: ...
RA: I was offered the hands and flatly refused. They’re the most ugly thing I’ve ever seen and they were the bane of my life. Try going to the bathroom with a pair of big, prosthetic hands on. It‘s the most disappointing thing in life.

AS: Nice! Let’s have a, let’s have a third question.
Question: Hi. I’m excited for this movie, actually. Really, really, really excited. Big Hobbit fan. How did the filmmakers go about animating Smaug, the dragon?
LP: ...
RA: If l say the words, Benedict Cumberbatch - (cheers) Yeah, I got, I was really lucky because there was a moment in the third film where they wanted me to sort of replicate Smaug a little bit in one scene, so Benedict was down in New Zealand voicing him and so I went in to watch and to do some dialog opposite him and there was, they were filming him because he was physicalizing on all fours. He was kind of creating this, this body to go with the voice and it was, it was so fascinating ‘cuz I don’t even know if it’s made it into the animation, but all the animators were there and they watched him so, I think that’s one of the reasons why the, the dragon’s also successful.

AS: It’s really based on his physicality. This is a, actually, this is a really neat question ... from a Twitter feed, actually. This is from a Twitter user named Matias@Matias. Outside of the filming itself, what was the most memorable thing that you guys did in New Zealand or took away from New Zealand?
LP: ...
RA: Um I set myself a challenge to try and ski down every slope that New Zealand had to offer, and l think I managed it, actually. I remember going back early after, before the second block, two weeks early, to ski on my birthday, so I did. That was my thing.

AS: It’s such a beautiful place. It’s hard to believe it’s not a fantasy itself. Let’s, let’s have another question from the crowd.
Question: Hi Lee, hi Richard! I was wondering, was there something about both of your characters that made you really want the role, to like have it? Like, to play it?
LP: ...
RA: Um, yeah, I mean, the scene, actually, that they gave me to read for the audition — sometimes they create scenes just for audition purposes, which I thought this scene was, and it’s the scene in the first movie where Balin and Thorin talk in the corridor about, you know, the quest, and I assumed it wouldn’t be in the film but they liked it so much that they, you know, kept it in. But that scene, for me, really encompassed everything about the character and it’s, it's unusual to find all the seeds of the character in one scene, so that was, the audition scene was the reason I wanted to play him.

AS: Here’s another question from Twitter. Emily Louther asks: Actually, this is a two part question. First, what was your last day on set like? I can imagine, especially after four years, just the emotion of being in Middle Earth, maybe, for that last moment, how was that feeling and also, have you guys seen the movie yet?
LP: ...
RA: Okay, what was part one? Oh, I think it, it feels like it’s the bane of my life that l always am the last man standing on every job I’ve ever done. There’s always water, and I’m always— everyone’s gone home; they all kind of get wrapped out and l was still fighting the final fight with Thorin and Azog, and my last scene was a scene in the story where Thorin has to make a decision about how his story will end. And it, l knew that it was my last shot ‘cuz people gathered and Fran came to set and Phillipa came to set and it was a very emotional moment. I’ll never forget it.

Question: Hi, my name is Shay. My question is for both Lee and Richard. Can you describe your choice in how difficult it was to take either your own take, as actors, on these characters or did you pull it from the novel and try to stay true to Tolkien’s image?
LP: ...
RA: Yeah, I feel like I was, I feel like my imagination has perhaps been created by a writer like Tolkien ‘cuz I read him so avidly as a kid - I was seven when I first read the book - and, actually, when I was cast l really, it’s one of the first roles where l felt like I'm not right for this part and I went to New Zealand really thinking I’ve gotta shift so far to get to the character, but the one thing that I did have was the book and my first impressions of the character, so l would always try and go back to the book despite how wrong I felt that I was, I’d always think well, you know, Pete’s entrusted me with the role, I’ve got my interpretation of the character, and they’ve gotta meet somewhere in the middle and, and that’s the experiment that we go on, you know.

AS: Is there ever any room for improvisation with it?
RA: Oh, yeah, the whole thing. I mean, there’s so much, there’s so much experimentation. I mean, the scene in the third, in the final film where Thorin‘s kind of going through this change with the gold, that whole scene was just one stage direction that said, Thorin sees his reflection and realizes what he’s become, and Pete said I don’t know what to do with this. So it was, that whole thing was a very abstract experiment.
AS: Definitely works. Definitely makes us do that. Let’s, let’s thank our, both our guests, for coming tonight. The Hobbit: The Battle of the Five Armies opens on Wednesday, the 17. Go check it out.
 

…я просто хотел спросить: вы ожидали такую реакцию от части зрителей?

О, да. Но смотрите. Давайте забудем о хардкорных фанатах Толкина. По-моему, совершенно невозможно снять фильм, который бы хвалили все. Знаете фильм Гражданин Кейн? Уверен, что и тут найдутся зрители, которые скажут «Что за скучное дерьмо.» Вы поняли, о чем я? Так что — просто не волнуйтесь на этот счет и делайте свое дело. Не существует комитета, который бы решал такие вопросы.

У нас была очень тонкая книга, а нам нужно было создать несколько персонажей определенной сложности. И их есть не так уж и много. Гномы постоянно передвигаются с места на место. Так что эльфы Лесного Королевства были очевидным выбором. В Хоббите у Трандуила даже нет имени. Его просто называют «король эльфов″. И других эльфийских персонажей нет — только этот парень. И мы знаем, что у него есть сын, так как во Властелине Колец Толкин упоминает Трандуила по имени и упоминает, что его сын — Леголас. Это дало нам подсказку. Все думают, что Орландо Блум участвует в этих фильмах, так как он сексуальный магнит для кинокасс. А дело в том, что нам не хватало персонажей, а он был настолько очевидным — было бы глупо, если бы мы его не использовали. Теперь у тебя есть король и его сын, но самые лучшие истории — о трех людях, а не о двух: ведь тогда можно создавать конфликты и треугольники. Поэтому нам нужен был третий эльфийский персонаж. Это ли не шанс включить женского персонажа в сюжет? У нас так мало женских ролей. И кроме того, эти фильмы смотрят очень мноие юные девушки, им нужен персонаж, которому можно бы было сочувствовать. Это решение было очень хладнокровным. Да, окей, женщина-эльф. Вот так это и получилось…

Нужно знать своих зрителей, иначе ты неправильно делаешь свою работу. Я просто думаю об этих восьми-, девяти-, десятилетних девочках, которые ходят на эти фильмы. С кем они будут себя идентифицировать? Теперь у них хотя бы есть Тауриэль. Теперь они хотя бы знают, как убивать орков. Это может пригодиться в жизни. Мы учим девочек полезным навыкам!
 

 

– Последний раз, когда мы говорили, «Хоббит» был на завершении съемок. Потом по съемочной площадке стали ходить слухи, что они решили разделить его на 3 фильма.
– Да, да. И слухи стали правдой!

– Мне всегда было непонятно, что это решение повлекло для Вас и других актеров. Я знаю, что изначальный монтаж первого фильма, когда было еще только 2 фильма, был очень длинный, так что думаю, что я хотел бы знать: дальнейшее разделение фильмов обозначало существенно больше работы для Вас, или они просто закончили его, уже имея достаточно отснятого материала для трех фильмов?
– Для меня это значило еще несколько недель съемок. Досъемки всегда собирались делать. Всегда значился дополнительный съемочный блок в 2013 г., но дополнительный фильм означал, что будет больше добавленного материала. Для меня это было только еще несколько недель. Это не было очень длительным временем, но было достаточно долго до слов: «Хорошо, у нас будет третий фильм».

– Дало ли им это шанс, чтобы у Бильбо появилось что-то дополнительное в «БПВ», что изначально не планировалось?
– Нууууу…..Вы видели фильм. Нет, очевидно, нет. Не значительно. Нет, не думаю. Может, был план или надежда, или может это будет в расширенной версии, но нет, мне, на самом-то деле, не было еще чего-то сильно большего делать в фильме. Нет.

– Хотя в предыдущих фильмах у вас были очень яркие сцены, здесь вы сделали прекрасную работу. Прощания, в особенности, и продолжительные, и временные. Мне нравится, что Вы сыграли эти моменты более смягченно (сдержанно). Так как Бильбо - герой с причудами, думаю, имело сильное эмоциональное воздействие, что Вы решили показать его более спокойным (сдержанным) в этих моментах. Небольшая камера делает крупный план, и Вы плачете от страдания.
– Я старался. Я пытался сделать это настолько невзрачным, насколько можно. Бильбо, думаю, как и вся хорошая часть людей, не слишком бросающийся в глаза. Он не играет на публику. Я думаю, когда он прощается с его новыми появившимися друзьями, которые теперь для него уже старые друзья, это совершенно искренне и чистосердечно. Он знает, что, возможно, никогда не встретится с ними снова, но они затронули его жизнь, и они действительно кое-что значат для него. Так что это чувствовалось важным…ну, конечно, каждый момент важен, чтобы правильно его передать, но чувствовалось важным найти это правильное настроение. С моей точки зрения, я хотел, чтобы его прощание с гномами было достойное.
Мне нравятся те последние секунды, когда Бильбо вернулся в Бэг-Энд. Не то, что я там делаю, а то, как здорово показывает это сам фильм. Когда он переходит к Йену Холму - это приятный сюрприз.

– Когда Вы прочитали сценарий в самом начале, Вы поняли, что она (история) станет историей Торина в некотором отношении, так Вы сразу сообразили, как играть вашего героя, чтобы он просто не потерялся на заднем плане?
– Вообще говоря, я никогда не стремлюсь узнать, как я буду делать что-нибудь до момента, пока я не делаю это. Знаете, я всегда оставляю место для Бога. Я всегда хочу, чтобы было место для неизвестного, неизвестного даже для меня. Бильбо очень хара'ктерный, и я актер, реагирующий на ответную реакцию. Думаю, что получаются интересные вещи, когда ты искренне слушаешь, ты действительно там, и ты открыт для происходящего.
Да, она (история) становится историей Торина, так что да, Бильбо и я реагировали соответственно.

– Бильбо - консерватор, но здесь он берет на себя ответственность. Он совесть этой компании. Он единственный готов встать против Торина для его же блага. Если бы Торин (..не пойму), то Бильбо бы выступил. Вы были бы Джимини Крикетом (Прим. - Возможно, имеется в виду говорящий сверчок из сказки "Пиноккио". Благодаря ему Пиноккио учится различать добро и зло).
- Точно, маленькая милая вещица…Ты пытаешься вовремя остановиться, чтобы не быть надоедливым, понимаете, что я имею в виду? Это правда. Ты не хочешь быть надоедливым маленьким милым хоббитом. Я не хотел быть таким. Иногда есть пространные герои, чье назначение может приближаться к этому. Он маленький, он милый…что хорошо. Мне нравятся маленькие, милые вещи, но нужно пробовать остановиться, чтоб не надоесть.

- Это был прекрасный опыт побыть с вами на всем этом производстве. Вы знаете, они все время снимают фильмы не по порядку, но ты не понимаешь, как трудно понять его целостность, пока не увидишь его своими глазами. Вы упомянули ваш финальный момент в Бэг-Энде…Я был в Матамате с вами, и видел когда снималось, как Вы убегаете «навстречу приключениям», а на следующий день - возвращение домой (в Бэг-Энд), и у Вас была эта большая, последняя, эмоциональная речь (/часть).

- Знаю! Все в целом, съемки не по порядку, это часть работы, но в какие-то дни это проще, чем в другие. Были моменты, когда ты должен полагаться на технологии, профессионализм и воображение – все это. Бывают дни, когда ты правда не понимаешь, что происходит. Как вы знаете, у Пита и Джэбеза (Олссена, монтажер) огромная способность, чтобы запоминать всю эту информацию, буквально на кончиках пальцев, потому что они могут просто просмотреть предыдущий кадры, но Пит имеет потрясающую память. Он действительно очень хорошо запоминает информацию, что ты можешь спросить: «Так, что произошло в сцене 185?», и он скажет: «Помнишь, там было…» И ты думаешь, Господи…как он помнит все это? Я имею в виду, я знаю, что он ответственен за все…но все же. У него прекрасная память.

– Он, возможно, мог и напутать это. Я имею в виду, что ты, наверное, не шел и не перепроверял номер этой сцены, после того, как он говорил все это..
– (Смеется) Это правда. Я не делал этого. Я просто доверял ему. Я нахожу, что это было правильно.

– Говоря о монтажной (комнате), я был там, когда Питер и Джэбез вместе монтировали сцену в Бэг-Энде, когда Вы читаете контракт. Я был удивлен тем, как много вариантов Вы дали им на выбор. Это возвращает нас обратно к тому, что вы сказали раньше о нахождении нужного поведения в определенный момент, но я нашел очень интересным, какой диапазон, от серьезного до глупого, вы даете им. И потому что у Питера сумасшедшее чувство юмора, он почти всегда смеялся.
– Тут два момента: я хочу иметь выбор, и также я не хочу надоесть сам себе. В сущности, в душе я театральный актер, и хотя мы не делаем этот фильм для осветителей и реквизиторов, во мне хватает безумства, чтобы хотеть поразвлекать их. Не каждый дубль делается ради дубля, но я думаю, это поддерживает меня бодрым, не дает угаснуть энергии. Вот почему я делаю это.
 

"Пинта пива в "Гарцующем пони": интервью с Далласом Барнеттом".

Если вы смотрели «Хоббит: Пустошь Смауга», вы, должно быть, помните неких темных личностей, которые были готовы наброситься на Торина Дубощита до того, как в трактире «Гарцующий пони» к нему присоединился Гендальф. Если вы смотрели дополнительные сцены из расширенной версии, то вы знаете этих двух персонажей под именами Билл Ферни – старший и Косой.
Билла Ферни ст. (старшего) сыграл Даллас Барнетт - американский актер, живущий в Новой Зеландии, и через месяц мне выпала счастливая возможность познакомиться с ним. Даллас отвечал на мои вопросы – о своем герое, о съемках «Хоббита», актерской карьере (настоящей, будущей и прошлой) и своих увлечения, включая фэнтези и Средиземье!

«Новости Средиземья»: Давайте с самого начала для тех, кто не знает: как проходил ваш кастинг и когда вы узнали, что утверждены на роль Билла Ферни - ст. в «Хоббите». Вы помните, где находились в тот момент?

Даллас Барнетт: Изначально я пробовался на роль Азога, Белого Орка, перед началом отбора актеров для фильма «Хоббит: Нежданное путешествие». Являясь всю жизнь фанатом фэнтези и поклонником Питера Джексона и Толкина, я действительно хотел принять участие в съемках, в любом качестве, сделать, что смогу; но когда не получил ответа, решил, что упустил свой шанс, потому что всю трилогию снимали сразу,в один подход.
Я был удручен, но такова киноиндустрия: где – то теряешь, где – то находишь. Двумя годами позже мой агент Гейл позвонила мне и спросила, сижу ли я или стою на ногах – она сообщила, что с ней связалась студия «Вингнат»; они просмотрели мои записи с прослушиваний и предлагают сыграть Билла Ферни для расширенной киноверсии – и свободен ли я на следующей неделе?
Здоровенный мужик весом 350 фунтов (около 140 кг) в футболке «Iron Maiden» и дюжиной колец на черепе, рыдающий от счастья в мексиканском ресторане….Да уж..но так было…(кстати, с тех пор я сбросил больше 100 фунтов…Я все еще ем бурритос (мексиканские лепешки).

«Новости Средиземья»: Известно, что режиссер Питер Джексон любит делать множество дублей. Расскажите, сколько дублей приходилось делать вам?

Даллас Барнетт: Снова, и снова, и снова. Сцена, которую в итоге вырезали – ее съемки заняли целый день,но, по моим ощущениям, период, когда я наблюдал за работой Питера Джексона, Йена Маккеллена и Ричарда Армитеджа – не показался мне долгим. Я был бы счастлив делать одну сцену в неделю, только чтобы поучиться у этих мастеров. Находиться в одном помещении с моим любимым режиссером и актером, наблюдать за развитием сцены – это незабываемое впечатление. Та сцена, что не вошла в фильм, включала преследование на улицах Бри. В то время я мучился с разбитой ногой.
Я провел почти год в «лунном» ботинке (вот что это такое - http://www.tecnicausa.com/files/ecommerce/29483/580_0..) и испытывал ощутимую боль. Бег по грязным, скользким улица Бри под проливным дождем, в паре с Косым, преследование
«ростового» дублера Торина (Марк Эткин) весь день было изматывающим. В тот день я вернулся в свою комнату поздно вечером, долго принимал горячую ванну, потом выпил обезболивающие и просто отключился.

«Новости Средиземья»: Был ли у вас в голове образ вашего героя – то, чего не было в сценарии или заметках Питера Джексона?

Даллас Барнетт: Никаких заметок мне не давали, но я знаком с произведениями Толкина и жителями той земли, о которой идет речь. Питер кратко описал моего героя,и я сам знал Билла по книгам.
Билл Ферни – старший – бандит, наемник, продажный, порочный персонаж с очень малой толикой морали и совести. Настоящий подонок. Намного хуже, чем его идиот – сынок. Я решил покопаться в мозгах Билла и немного повеселиться. Иногда очень полезно быть честным.

«Новости Средиземья»: Самая любимая деталь вашего костюма?

Даллас Барнетт: Персонаж попал в фильм в последнюю минуту, поэтому готового костюма, как такового, не было. Его сделали очень простым: пара грязных шерстяных брюк, большие кожаные ботинки, кожаный плащ с капюшоном. Я думаю, что любимая деталь моего костюма находилась в костюмерной, когда Питер, Фрэн Уэлш и Филиппа Бойенс наблюдали и подсказывали, пока костюмеры одевали меня для двухдневной съемки. Самый нелюбимый момент – после дня съемок под дождем и в грязи чувствовать, как 45 фунтов кожи превращаются в 85 фунтов МОКРОЙ кожи…

«Новости Средиземья»: Надеялись ли вы втайне получить легендарную бороду или еще что – нибудь из необычного грима?

Даллас Барнетт: Вовсе нет. В оригинальном варианте у Билла должны были быть бакенбарды, но когда я появился в Веллингтоне с двухнедельной щетиной, весь обросший, Фрэн Уэлш произнесла: "Боже мой, он выглядит как дикий кабан!Отлично!"
Хотя мне сбрили брови… Это было странно…Зато мой гример Джорджия была изумительна! Также гримеры подчеркнули небольшие шрамы, которые были с правой стороны на моем лице. Я рад, что при использовании грима обошлись без искусственных средств. Несколько человек сказали мне, что Билл очень напоминает орка.

«Новости Средиземья»: Вы знали, что попадете в сцены в расширенной версии фильма «Хоббит: Пустошь Смауга», или это стало для вас приятным сюрпризом?

Даллас Барнетт: В Новой Зеландии даты выпуска фильмов на DVD обычно немного отстают,поэтому я ничего об этом не знал, пока моя фанатка Грейс не позвонила мне и не рассказала. Честно говоря, я был очень удивлен…приятно узнать о таком.

«Новости Средиземья»: Что бы вы чувствовали, если бы была выпущена игрушка в виде вашего персонажа?

Даллас Барнетт: "Хм…Я доступен?" Это было бы весело, если бы Билл появился в виде пластмассовой куклы или Минифигурки Лего. А вообще, моя очень хорошая знакомая из Испании пообещала связать для меня крючком куклу Билла. Если честно, мне больше нравится фан – арт, в нем больше души, чем в массово растиражированных товарах.

«Новости Средиземья»: Классический вопрос, но тем не менее:если бы вы жили в Средиземье, то где именно?

Даллас Барннет: Конечно, в Бри – из-за «Гарцующего Пони», но я бы не отказался иметь домик для отдыха в Мордоре. В действительности, я живу в Окленде, Новая Зеландия, - это всего пару часов от съемочных мест, где находятся декорации для Хоббитона, Мордора и других, в сутках езды от Ривенделла в поселке Верхний, Веллингтон. Небольшой перелет – и вы на живописном Южном острове, в Южных Альпах – действительно…Я и правда живу в Средиземье.

«Новости Средиземья»: С кем из героев Средиземья вы себя больше всего отождествляете?

Даллас Барнетт: С несколькими… Больше всего с Боромиром. У него есть честь, помимо чувства долга. Я смог бы стать достойным Всадником Рохана в реальной жизни. Гендальф – он мудр и ему всегда присуще чувство юмора, даже перед лицом опасности. И, конечно, Билл – но это не канонический герой.

«Новости Средиземья»: Вы часто изображаете «крутых парней» на экране.Есть ли роль, не подходящая под это описание, которую бы вы хотели сыграть? Как вы относитесь к однотипным ролям?

Даллас Барнетт: Я сыграл несколько комических ролей за последние годы, и мне это нравится. Хотя я люблю изображать и «крутых парней». Когда я попал в актерскую профессию, я осознавал, что я не Брэд Питт и , возможно, никогда не буду актером первого плана, но я определенно не возражаю против того, чтобы немного «потеснить» главного героя. Меня самого всегда вело по тропе классического антигероя. Джон Маклейн из «Крепкого орешка», Сэмюэл Джексон, Джейсон Стэтхем и Дэнни Трэхо всегда были моими героями. Я не имею ничего против типовых ролей. По крайней мере, я играю.

«Новости Средиземья». Вы помните тот момент, когда решили, что станете актером?

Даллас Барнетт: Если говорить честно, то я всегда к этому стремился. Я был активным участником Теспийского общества (благотворительная организация) в своей школе, играл во многих постановках, был ди – джеем на радио, многие годы был актером дубляжа, пытаясь пробиться на большой экран. Моя первая серьезная актерская работа была связана с синхронным озвучиванием чудесной душещипательной короткометражки под названием «Что - то особенное» замечательного режиссера Кристи Симкинс. Это было частью конкурса, проводимого в Новой Зеландии. Судьей был Питер Джексон. Три актера по озвучиванию находились в большой студии на Парк Роуд в Веллинтоне. Между ними происходил диалог, который постепенно приближался к кульминации, когда каждый из участников пытался вывести соперников из игры. Мое сердце бешено колотилось, я вспотел и задыхался от волнения. Там я точно понял, как мне жить дальше, и с тех пор не оглядывался назад. Сейчас я вхожу в число немногих новозеландских актеров, которые плотно заняты, как на экране, так и студии по озвучиванию.

«Новости Средиземья»: Многие фанатеют от Толкина и Средиземья»! Что привлекает вас особенно сильно?

Даллас Барнетт: Я помешан на всем!Я провел молодость, окруженный книгами о подземельях и драконах.Я прочел всего Толкена, Терри Брукса, Дэвида Эддингса, ныне покойного Терри Пратчетта, Асминова, Вайса и Хикмана. Еще я фанат астрономии,музыки, автомобилей,компьютеров и старых дешевых фантастических фильмов.

«Новости Средиземья»: В каких проектах вы принимаете участие сейчас и что мы сможем увидеть на экране уже скоро?

Даллас Барнетт: На данный момент я работаю над веб - сериалом AFK («Меня нет возле клавиатуры»), где также задействованы актеры из «Хоббита», «Спартака», «Зены – королевы воинов» и других сериалов новозеландского телевидения. Речь идет о группе игроков массовых многопользовательских ролевых онлайн – игр, которые обнаруживают, что попали в мир игры, без реальных навыков и в телах своих аватаров. Мой герой – здоровенный орк с разумом шаловливого и напуганного восьмилетнего мальчишки. Мы продали серии новозеландскому телевидению и сейчас ведем переговоры уже на международном уровне. Ищи нас на Фейсбуке! Я также надеюсь поучаствовать в телевизионных сериях «Шанарры» Терри Брукса, новых сериях «Зловещих мертвецов» с Брюсом Кэмпбеллом, сиквелах «Аватара», «Бегущем по лезвию бритвы» - 2, экранизациях комиксов издательства и Вселенной Марвел (Стрела, Молния, Готэм, Сорвиголова, агенты Щ.И.Т.,и так далее). Вам нужен по – настоящему плохой парень? Я хотел бы сыграть Крейвена Охотника в «Зловещей шестерке». Моя команда агентов сейчас ведет переговоры с несколькими компаниями, и я надеюсь посетить как можно больше мероприятий и встретиться с как можно большим количеством людей, чтобы использовать все возможности.

«Новости Средиземья»: Фан – клубы звезд обычно имеют свои названия, например, Армия Ричарда Армитеджа или Поклонники Адама Брауна. Какое название для вашего клуба вы бы выбрали?

Даллас Барнетт: Я надеюсь, что никогда не стану настолько надменным, чтобы выбирать название для своего фан–клуба, если он когда – нибудь у меня будет. Давайте дадим читателям возможность делать предположения и дадим специальный приз за лучший вариант? Фанаты – это те, благодаря кому я и люди подобные мне можем жить своей неповторимой жизнью. Я всегда стараюсь помнить об этом.Я живу своей мечтой благодаря таким, как вы…и за это я благодарен.