Нам все еще не сидится на месте, или Поход по Средиземью - 2
 

//Вторая жизнь треда «Нас опять позвала дорога, или Поход по Средиземью». Нам понравилось, и мы решили повторить. Все, как всегда. Тред в ролевичном режиме, а посты скорее литературные, нежели оффтопные. Мы с радостью ждем всех, кто любит придумывать истории. Итак, место действия – столица Гондора… Какая эпоха - придумайте вы//

Сказать, что Минас Тирит в лучах полуденного солнца ослепителен – значит ничего не сказать. Сахарная белизна его величественных стен резала глаз, а синева безумствующего весеннего неба– душу. И запах черемухи… Воренн тихо шла по городу и обалдело таращилась по сторонам: древние и новые здания, статуи на площадях, чисто выметенные мощеные улицы, роскошные апартаменты аристократов, аккуратные домики простого народа… Все здесь было как-то чинно, степенно, благородно. Даже на базаре не было привычной в больших городах грязи-вони-ругани. Откровенно говоря, Воренн неловко чувствовала себя в своих пестрых тряпках, среди просто и со вкусом одетых горожан. Она с радостью свернула бы в какую-нибудь подворотню и пошла бы дворами, но боялась потеряться в незнакомом месте. Так что приходилось переть напролом по главной улице, беззастенчиво бряцая бубенчиками на ножных браслетах под неодобрительными взглядами людей, любимым цветом которых был серый. А, впрочем, это было вовсе не так уж и страшно, тем более, самой Воренн было на что посмотреть. Хотя бы на всякие разные вывески ремесленных мастерских и торговых лавок, не менее интересные и познавательные, чем рыцарские гербы…
Но чем ближе к цели путешествия, тем больше Воренн волновалась. Ну как, как ее угораздило проболтаться старой развалине, что она не простая попрошайка, а настоящий ловец чудес?! Да ладно бы, карга объяснила бы толком, с кем (а главное – зачем) Воренн надо встретиться в столице Гондора. Нет, сунула клочок бумаги с именем и кое-как нацарапанным маршрутом до гостиницы да и тот…

Трактирщик в этом постоялом дворе был жуликом - это точно. В поднесенной им кружке вина - "самого лучшего, эльфийского, Древом клянусь!" - вина было в лучшем случае на четверть. Бранвен уже пять минут раздумывала, что лучше: выпить и не придираться или вывести-таки трактирщика на чистую воду, чтобы неповадно было? С одной стороны, действительно будет неповадно, да и кто знает, чем он его разбавлял... С другой стороны - столько возни и лишних хлопот, стоит ли оно того? Бранвен была в Минас-Тирите проездом и не собиралась задерживаться - только дождаться бы... того, кого она ждала. Да еще жара. Ей, уроженке Севера, выросшей в землях Арнора, в Южной столице было душно и жарко. Мысли текли медленно и вяло, руки шевелились с трудом - даже когда в них был меч...
С улицы послышался странный, непривычный звук, будто бы перезвон бубенчиков. Бранвен вскинула голову и поймала взглядом в дверном проеме яркое пятно - пестро одетую молодую женщину со звенящими браслетами на тонких руках. Поступь незнакомки была неуверенной, она с любопытством оглядывалась по сторонам, и у Бранвен екнуло сердце. Она нашарила в дорожной сумке клочок бумаги, развернула его, прочитала имя и крикнула в сторону дверного проема:
- Воренн!

Майя приникла к стеклу, разглядывая женщину в пёстром. Её смуглая кожа, широкое лицо и чуть раскосые глаза явно давали знать, что она наполовину южанка, на треть - орочёнок, а на всё остальное напоминала эльфа. Её купил хозяин трактира в каком-то из южных публичных домов. "Дитя публичного дома" - невысокая коренастая девица с бронзовой кожей, лет четырнадцати, работала здесь официанткой и посудомойкой. Задаром. Она, приподняв полы изодранного серого платься, вышла к явно недовольной посетительнице. Майя знала, как любит напаривать посетителей трактирщик. Конечно, Майя и сама была девицей весьма и весьма ушлой, но настолько откровенно мошенничать она не могла. К тому же, эта посетительница имела что-то общее с той, цветастой.
- Извините! - Обратилась она к Бранвен. Извинение, сказанное низким, резким и грубым голосом девицы, показалось грубым окриком - Извините за моего хозяина. Я могу принести вам получше вина. И вам и той... цветастой.

За окном трактира послышался глухой звук. После чего раздалось тихое ворчание, из которого посетителям сего заведения невозможно было что-либо разобрать. Но если бы кто-то проходил совсем рядом, он бы стал свидетелем любопытного происшествия.
Рядом со стенкой трактира шлепнулась на землю лохматая девица в чуть подранном, но весьма изящном наряде. Причем шлепнулась так, что незнающий мог бы решить, что она неудачно спрыгнула с крыши построения. Девушка была немного перемазанна чем-то, напоминающим сажу. Рыжие волосы непослушно рассыпались по лицу хозяйки, мешая ей оглядеться. Упавшая незнакомка недовольно откинула спутанные пряди с лица и поднялась с земли, бормоча себе под нос примерно следующее:
- Ну что, Мир, добилась своего? А ведь тебя никто за язык не тянул! Воли она захотела! Ой-ой! Вот теперь выпутывайся неизвестно из чего.... триста лет немалый срок...
Продолжая бормотать себе под нос, девушка направилась ко входу трактира. "Ну хоть с голода не умру, уже хорошо."
Решительно толкнув дверь, она вошла в душное помещение и огляделась.
- Эй, трактирщик! Чем тут у вас принято кормить уставших путников?

Воренн вздрогнула от незнакомого голоса, окликнувшего ее по имени и сразу увидела белокожую воительницу с ленивой грацией в манерах. Та сделала рукой приглашающий жест, но глаза ее, холодные, как у зеленого дракона, отчетливо сказали: «Берегись». «Да уж поберегусь», - подумала Воренн и прошлепала к ее столу, брезгливо подбирая края верхней туники.
- Принеси, принеси вина, милая – мимоходом промурлыкала она, ласково дотрагиваясь до локтя оборванной служанки. – И рыбы жареной тарелку. Если есть свежий сыр, тащи сыр…
Служанка убежала и Воренн присела на краешек скамьи, не отпуская ни на миг взгляда воительницы.
- Уже три недели, как у бедного кровельщика жена в синем пиве чулки отстирывает. Старик горевал, горевал да и повесился на вишневом дереве. – начала она условную присказку и, достав из кармана шаровар кусочек янтаря, трижды постучала им о столешницу. – Сожри лопоухий демон его сердце, а глаза оставь ворону.

Майя жизнерадостно умотала на кухню. Набрав заказанного и таком от хозяина нацедив лучшего вина, что нашла в этом заведении. Девушка чувствовала, что ей за это потом грозит солидная выволочка, но любопытство сжигало её изнутри. Она притащила всё, что заказывалось.
- Вот, прошу. - Майя хмыкнула. Она оставила всё на столе и скрылась за дверью. Но скрылась она настолько удобно и хорошо, чот ей было слышно и видно всё, о чём эти двое заговорят.

Бранвен подождала, пока девушка, откликнувшаяся на имя Воренн, устроится за ее столом, и внимательно посмотрела ей в глаза. Она не была колдуньей, и человек, который, по слухам, обладал магической силой, отказался ее учить, объяснив это так: "Кому суждено - тот и сделает". Но читать в глазах она умела с детства. И с детства же научилась молчать о том, что прочла.
Бранвен была из тех, про кого древние поэты ее народа пели: "Рыжая как медь, бледная как смерть...". Некрасивая - слишком длинный и острый нос, слишком тонкие бледные губы, - с вьющимися, жесткими как проволока волосами, даже не рыжими, а почти красными. Глаза у нее были желтовато-зелеными, тусклыми, неприятно-звериного, кошачьего оттенка. Она редко кому нравилась и знала об этом.
Трудно быть душой общества, если твое ремесло - война.
Выслушав условные фразы от сидящей напротив девушки, она пожала плечами.
- Я должна что-то тебе ответить, наверное, в таком же духе. Только я не знаю что. Человек, который назвал мне твое имя, ничего об этом не говорил. И я не знаю, что происходит. Если ты знаешь - расскажи. Могу сначала я, как тебе удобнее.
Звонкий голос разрезал приглушенный шум трактира: "Эй, трактирщик! Чем тут у вас принято кормить уставших путников?", Бранвен оглянулась на его обладательницу, усмехнулась себе под нос: "Чем-чем, вином разбавленным..." и снова повернулась к Воренн.

Миримэ повертела головой. Несколько посетителей за дальними столиками о чем-то громко смеялись. Мир поморщилась. Нет, туда она не пойдет. В одиночестве сидеть ей тоже не улыбалось, так как надо было все же узнать, где она. Тут она перевела взгляд на двух тихо разговаривающих девушек и еще одну чуть в стороне. Нет, она прекрасно понимала, что нарушать чужое спокойствие нехорошо, но в данной ситуации наглость была вторым счастьем. Поймав короткий взгляд одной из странных девиц, Миримэ решила считать это приглашением.
- День добрый, если он таковой, - Мир придвинула еще один стул к столу и мило, немного нагло улыбнулась. - Не посчитайте мой вопрос слишком странным, но... вы не могли бы мне подсказать, где я нахожусь? Я тут... - Миримэ немного призадумалась о том, чтобы такое сказать этим незнакомкам. Правду говорить нельзя. А если не правду, это будет смахивать на сумасшествие... но лучше уж так. - Я тут немножко упала с крыши... и ничего не помню. Вы бы мне помогли, а?
Она в который раз за день убрала непослушные длинные пряди назад. Потом провела рукой по лицу, видимо стараясь стереть грязь. Получилось правда только ее еще больше размазать. Поняв вдруг, как она нелепо выглядит, Мир издала короткий истеричный смешок.

- Ты, сестричка, находишься в трактире «Серая уточка» в Минас Тирите, столице Гондора, сейчас весна и уже вылупились птенцы калидонов, - дружелюбно откликнулась Воренн, чертя янтарем воображаемые фигуры - а еще тебя зовут Миримэ, ты очень милая и умная девушка и скоро отправишься с нами в далекое путешествие. Меня зовут Воренн, а попросту – Вор, ее – Бранвен, а попросту с ней еще рано… С первого кольца на зеленый квадрат, спи, тролленок до теплых деньков… Яркой бабочкой через плечо перекинулась толстая гусеница…Ахшарвыррр!
В торжественном молчании Воренн дорисовала последнюю спираль, выждала три удара сердца, и продолжила.
- Ничего не надо отвечать, Бранвен. Просто дотронься до камня. Маленький ритуал, после которого я буду еще больше тебе доверять. И особенно я буду тебе доверять, если ты оплатишь мое питание и проживание.

Ее совсем не удивило, что эта девушка знает ее имя. Оно всегда написано в глазах и жестах, чтобы не терять времени на ненужную церимонию знакомства. Точно так же Миримэ уловила и имена окружающих. Ту, что сидела за соседним столиком, звали Лэйн, тоже интересная особа.
Мир призадумалась. С одной стороны, ей вовсе не улыбалось тащиться за этими странными людьми, если их можно было так назвать. С другой стороны, нужно же ей с чего-то начать. Ну если это путешествие не даст нужного результата, у нее еще будет гхыр знает, сколько времени для дальнейших поисков...
- Спасибо большое за такую подробную информацию...однако, с чего вы решили, что я отправлюсь сейчас с вами? И куда?
В этот момент совсем еще молодая девушка лет четырнадцати принесла заказ. Ничего необычного, если бы не взгляд. Что-то в нем было особенное, а не просто будничный взгляд официантки. Когда девушка развернулась, чтобы идти обратно в кухню, Мир взяла ее за руку.
- Послушай девочка, - Произнесла она, почему-то шепотом, - какими судьбами тебя в столь юном возрасте занесло сюда прислугой? Не место здесь тебе, ой не место.

- Я полагаю, это заметно. - Майя подозрительно посмотрела на собеседницу. Что ж, это действительно было заметно. Смуглая, чёрноволосая и черноглазая. Глаза.... таких глаз ни у кого на Севере не было. На Востоке.... встречались у степных жителей. Плоское лицо, раскосые глаза. К тому же на коже её кое где проявлялся странный узор.
- Меня купили в публичном доме. За гроши. Моя мать - южанка, родившаяся там же от связи орка и южанина. Отца я не знаю. Говорят, что это был эльф. Не место. Мне нигде нет места.

После слов Воренн - или Вор - о питании и проживании Бранвен хмыкнула, но промолчала. Вытянув ладонь, она дотронулась до камня и с трудом удержалась от того, чтобы отдернуть руку. Не то чтобы неприятное... скорее, необычное ощущение. Так бывает, когда ночью, блуждая по незнакомым горам, куда случайно занесло, забираешься в первую попавшуюся пещеру, прислоняешься к стене... а стена теплая и дышит, и что будет дальше - зависит от везения и хорошо подвешенного языка.
Она хотела спросить, что за камешек, но опять промолчала. Еще будет время. Хотя в крови опять разливался хорошо знакомый ледяной яд ярости. Она ненавидела не понимать, что происходит.
Бранвен посмотрела на Майю и Мир, шепчущихся рядом, потом перевела взгляд на Вор и усмехнулась:
- Питание и проживание - это прекрасно... Но я не собиралась задерживаться. И не рассчитывала, что соберется такая... теплая компания. Поэтому денег у меня нет. То есть есть, но только на себя. И не больше, чем на один обед. Предлагаю уходить, пока никто еще ничего не съел и не выпил, а за тебя я заплачу.
Она повернулась к Майе и проговорила с неожиданной теплотой в голосе:
- Случайностей не бывает... Думай быстрее, девочка, ты с нами?

Майя резко повернулась к говорившей.
- А то! - Отозвалась она, чувствуя, что выволочки ей удасться избежать.

- Вот и прекрасно. - Бранвен встала из-за стола и махнула трактирщику. Тот подбежал, смешно переваливаясь, как утка, утирая пот с пылающего круглого лица, и в подобострастно протянутую ладонь ссыпалась горсть тяжелых темных монет. Лицо толстяка вытянулось, и он взглянул на рыжую.
- Я выкупаю у вас эту девушку, - и Бранвен кивнула на Майю. - Того, что я дала, достаточно?
Похоже, было более чем достаточно. Провожаемые поклонами и приглашениями "непременно остановиться здесь же на обратном пути", девушки вышли из трактира и остановились во внутреннем дворике.

- Ага.... Три раза, старый пень. - Процедила Майя
Она вдохнула вольный воздух и слезящимися от солнца глазами уставилась в небо.
- Спасибо. ТОлько вот куда я дальше? ТО есть да, с вами... но.. куда вы?

Мир покачала головой. Она, конечно, собиралась выкупить эту девочку, но ей все меньше нравились спутницы. Слишком они какие-то... неживые. Немногословная Бранвен и говорящая несвязанные фразы Воренн. Другое дело Майя. Милая девчушка, не потерявшая себя и своей веры. Нет, Мир не пошла бы в компании этих двоих, с которыми и поговорить-то не о чем. И девочку бы не оставила. Хотя, не ей решать судьбу Майи, да и свою теперь тоже... Конечно, они не поверили ее рассказам про потерянную память, особенно эта... немногословная. Если идти с ними, придется рассказывать хоть какую-то "правду".
В другом случае Миримэ распрощалась бы со случайными знакомыми. Но ее почему-то очень тревожила судьба Майи. Ей она показалась какой-то знакомой, родной что ли... В любом случае, оставлять ее не хотелось.
- Хмм... я пойду с вами, хоть и не знаю, куда мы идем. Да вы, я гляжу, не особо-то следуете какой-то цели.
Еще раз внимательнее разглядев новых знакомых, Мир попыталась весело улыбнуться.

Бранвен внутренне сжалась, почуяв, как зверь чует запахи, неприязнь и растерянность Миримэ. Старая история! Но в этот раз ей не хотелось никого... отталкивать. Ей не хотелось быть неприятным спутником, и это было странно - ее всегда волновала лишь цель и не было никакого дела до средств, а целью сейчас было разговорить будто воды в рот набравшую Воренн и узнать, о чем вся эта катавасия с назначенной в Минас-Тирите встречей... И плевать, кто там навязался им в компанию! Но ей было грустно. Ей не хотелось чувствовать неприязнь Мир. Как, впрочем, и Майи.
- Значит, так, - глубоко вдохнув и выдохнув, начала она. - Пока Вор молчит, я расскажу, что знаю. И предупреждаю... Нет. Ладно. С доверием будет худо, знаю по опыту, но я ничего не могу поделать. Мир, Майя, я... не слишком приятный собеседник и попутчик. Прошу меня за это простить. Так получилось. - Казалось, она хотела что-то к этому добавить, но вместо этого поморщилась, провела рукой по волосам и заговорила совсем о другом:
- Где-то год назад, в Пригорье, мне повстречался старый знакомый. Он - колдун и когда-то жил в нашей деревне. Отказался меня учить, ха... - Она улыбнулась своим мыслям, без зеркала зная, какой холодной получилась улыбка. - Он сказал, что для меня настало время "принять свою судьбу и помочь в этом другим". И передал мне бумажку с именем девушки, с которой я год спустя должна буду встретиться в Минас-Тирите. Он не называл места, лишь сказал, что мы найдем друг друга, и добавил, что кто бы не присоединился к нам, мы должны взять их с собой. Вышло так, что это, видимо, вы. Потому я все это и рассказываю. У меня нет ни малейшего представления, зачем все это понадобилось и что мы должны сделать. Искренне надеюсь, что Вор, - взгляд в сторону неподвижно застывшей рядом девушки, - знает больше. Если знаете вы - расскажите.

Миримэ рассмеялась. Неприязнь - это слишком сильно сказано. Нет, она, конечно, подозрительна, но после Нисхаэля ничто. Ну чтож, раз она сама начала разговор...
- Нет, я не испытываю к тебе неприязни. Думаю, что во время нашего путешествия мы успеем привыкнуть друг у другу.Просто....хм, думаю, врать про потерю памяти не имеет смысла. Но и с правдой я, пожалуй, подожду. Не то, чтобы я не доверяла, просто это не лучший рассказ в незнакомой компании, да еще поздним вечером.
Мир невольно поежилась, вспомнив темницу и эти горящие глаза... Если бы только она знала, чем ей обернется ее беспечность! Руки Миримэ сами потянулись к плащу, чтобы укутать хозяйку. Чтобы спутницы не подумали, что Миримэ чего-то испугалась, она поспешила объяснить.
- Холодно тут... Придет время и я может поведаю вам веселенькую историю моей жизни. Скажу только, что у меня уйма времени и одна неясная цель. Где ее искать, я не знаю. Но вдруг мне повезет, и я найду ее во время нашего путешествия...

- Неприятна в общении? - Майя хмыкнула. - Я думала, что неприятней меня в общении никого не существует.....

- Из глазницы черепа выглянул зеленый росток, яркий цветок, вот он тянется к солнцу, растет… – Воренн сказала это тихо, совсем тихо, но, конечно, ее все услышали. – Хватит самоуничижаться, не то я и впрямь решу, что старая стерва отправила меня на съедение чудовищам. Кстати, а не подняться ли нам на крепостную стену? Вид должен быть потрясающий!
И, не дожидаясь ответа, Воренн уверенно забрякала туда, где она полагала, пускают на крепостную стену. Полагала, она, как всегда, неверно, но надеялась разобраться на месте. Дорогой она продолжила свой монолог, стараясь не смотреть в сторону двух рыжих бестий и орчонка-лягушонка, от которых начинало попахивать легким раздражением:
- На самом деле, я знаю даже меньше вас. Если хотите, я расскажу, как я вообще здесь оказалась. Значит, на жизнь я зарабатываю балаганными фокусами и гаданием на рунах. Руки у меня ловкие, да и врать не стыжусь, так что голодать не случалось, но вот чего мне всегда не хватало в жизни, так это яблок. Ну и на этой почве залезла я однажды в огород к старой хоббитской ведьме, помешанной на справедливости. То есть, я тогда не знала, что это помешанная ведьма… Удар лопаты по голове был немагическим, но сильным, так что очухалась я уже в постели с холодной тряпкой на макушке и беззубой улыбкой перед глазами. Карга объяснила мне, что нехорошо брать без спроса чужое, потому что можно легко превратиться в червяка… Работала я на нее где-то с неделю, и вдруг, проболталась однажды за чашкой отвара вербены, что… Короче, я ловец чудес. Вот. Что это такое – не спрашивайте, все равно я вам не скажу. Но бабка, видимо, и сама знала, потому что жутко обрадовалась, нацарапала, куда и кого мне нужно встретить… - Воренн как будто хотела еще что-то добавить, но в последний момент передумала. - В путь отправилась я на следующий день, и через полгода – ура – добралась до места. Ну а дальше вы все знаете. То есть, вы тоже ничего не знаете.

Бранвен соображала быстро и поэтому мгновенно сообразила, что следует делать дальше.
- Вот, значит, как. Ну что ж. Я полагаю, каждая из нас преследует некую цель, и встретились мы не зря. Видимо, нам предстоит помочь друг другу в выполнении этих целей. Кому, зачем это понадобилось?.. Умру, а узнаю, - задумчиво сказала она, нахмурив брови. - Сейчас мы поднимемся на крепостную стену, посмотрим на "потрясающий вид"... хотя я бы тут осталась - не стоит куда-то идти, если можно не идти. И каждая из нас расскажет, что ей нужно. И тогда решим, куда идем и что там делаем.
Остановившись около каменной лестницы, ведущей на крепостную стену, Бранвен опять нахмурилась и сказала:
- Только пожалуйста, не врите и не скрывайте. Иначе все будет бесполезно, это правило такое. Я читала о похожем в книгах... - Невольно вспомнился тяжелый мешок, в который она побросала старинные, обросшие вековой пылью фолианты, украденные у учителя. Учитель, ха! Он ее никогда ничему не учил, все знания ей приходилось воровать, как эти книги... Где-то они сейчас? Погибли, наверное - в городке, где ей, удирая, пришлось бросить этот мешок, часто случались пожары.
Бранвен тряхнула рыжей гривой, избавляясь от воспоминаний.
- Если кто-то стесняется... или думает, что очень хитрый... могу начать с себя. Но учтите: соврете - вам же хуже будет. Зуб даю.
И она полезла вслед за Вор на стену.

Лэйн прислушивалась к разговорам. Она умела молчать тогда, когда надо было и даже иногда это было лишним...
как только девушки направились к выходу, она жестом подозвала к себе хозяина таверны, всунула ему в руку увесистый мешок. Тот рассеяно улыбался еще с полчаса, а Лэйн уже тихо кралась по Минас-Тириту. Длинные волосы развевались в легком беге. Прыжок.. Пробежка.. Ещё прыжок и она возле крепостной стены...
Дождавшись того момента как все девушки забрались на стену, Она полезла последней, и поднявшись сказала:
- Кволэйн, к Вашим услугам. Подозреваю, что меня тут никто не ожидал здесь увидеть, но все же. надеюсь, вы не будете против того, чтобы такой неудачник как я составил вам компанию?..

- А я почём знаю, что мне надо? - Майя ловко влезла на стену. - Хочу сбежать из этого проклятого города, который меня мечтает убить чёрт знает за что. Эх, кто бы оружие дал.....

Воренн стояла, рассеянно теребя подвески-амулеты на поясе, и, казалось, не заметила появления незнакомки. Она туманно взглянула на Майю.
- А я вот думаю… Хм… Все думаю, зачем Бранвен тебя купила… Ведь мне тоже приходила мысль забрать тебя из таверны, как Миримэ. Зачем? Ты владеешь оружием… Ты в борделе этому научилась, лягушонок? Я думала, там другому учат…

Бранвен кивнула незнакомке и постаралась улыбнуться.
- Меня зовут Бранвен, остальные пусть сами представляются.
Взглянув вниз на залитые солнцем зеленые луга с чуть неправильным крестом пересекающихся трактов, простирающиеся далеко внизу, она прислушалась к себе, пытаясь найти причину своего странного состояния. Ярость - это было еще мягко сказано. Бранвен словно бы кипела от бешенства, да не такого, когда красная пелена застилает глаза и руки трясутся от неистовой злобы, а такого, что хоть тащи из ножен меч да иди сражаться с сотней наемников. Что такое?.. Она уже давно не испытывала таких сильных эмоций. Вернее, не так. Она уже давно вообще не испытывала эмоций. С тех пор как убили Арта.
- Рассказывай, Майя, - снова растянув губы в улыбке, кивнула она девушке.

- Когда живёшь в настолько враждебном городе поневоле учишься защищаться. Булава или топор... это моё... а в принципе - что угодно.
Майя внимательно всматривалась в даль. Новая жизнь... как бы сказать. Нет, совершенно не пугала. Как будто просто сменилась декорация. ВОзможно, 14летнему ребёнку трудно было понять, что она приобрела. А может, просто её было всё равно.
- Чем тяжелее, тем лучше. Но ты... - Майя прищурилась. - Ты в порядке?...

Мир только усмехнулась, ничего не ответив Бранвен. Слишком рано для откровений. Вместо того, чтобы продолжить разговор о цели путешествия, девушка обратила внимание на новую прибывшую.
- Меня зовут Миримэ, но можно Мир. Ты-то тут откуда? И с чего вдруг решила составить нам компанию?
Кинув быстрый, но внимательный взгляд на Лэйн, Мир отвернулась. Не потому, что ей был неинтересен ответ собеседницы. Что-то извне заставило ее обернуться. Какое-то предчувствие, неприятно сжимающее сердце, как в детстве во время грозы. Будто чей-то далекий шепот на древнем языке предупреждал о грядущей опасности.
- Кто знает, может мы и не дойдем до своей цели...

Воренн молчала. Сапожная иголка тихо мучила дырявый башмак в неумелых руках, а красные лебеди ныряли на дно, выискивая речной жемчуг. Она тоже уже потихоньку начинала закипать. Да, Воренн была лгуньей. Да, половина всех слов, сказанных за ее недолгую, правда, жизнь, была самым наглым враньем. Вполне справедливо, что ей не верили даже тогда, когда она говорила святую правду. Но Воренн ужасно злилась на судьбу за это наказание, как сердится на мать отшлепанный ребенок. Но иногда она могла быть очень терпеливым и терпимым ребенком. Еще одна попытка. Воренн сделала несколько шагов в сторону Бранвен:
- Послушай, в самом деле я здесь, чтобы помо… Ай! – В своем человеколюбивом порыве Воренн сбила палец босой ноги о какой-то каменный выступ и другой ногой наступила на подол…
Воренн едва успела выставить вперед руки, чтобы не расквасить нос о камни. И тут же в то место, где она стояла четверть секунды назад, врезалась стрела, сверкнувшая в лучах заходящего солнца, как огненная пчелка. Первая еще дрожала, застряв в щели бойницы, а воздух уже вспарывали вторая, третья и четвертая…

Бранвен мгновенно сорвалась с места, одним движением поднимая с камней Воренн и отталкивая ее назад, под защиту каменной будки, в которой сидели стражники, а другой рукой выхватывая из ножен меч.
- Майя, Лэйн, быстро - туда!
Следующая стрела свистнула совсем рядом и воткнулась в землю рядом с ногой Миримэ. Кем бы ни были стрелки, они были не слишком метки. Или - не хотели убить, а только... напугать?
На свист стрел выбежали стражники, и вот уже несколько темных фигур перемахнули стену с другой стороны, и дробный топот разнесся по мостовой. Бранвен раздумывала, не последовать ли за ними, потом подумала, что не может бросить девушек одних, и махнула рукой влево. Там была другая лестница, да и стрелы летели с другой стороны.
Гуськом, пригибаясь, они добежали до лестницы. Бранвен начала спускаться, напряженно вглядываясь в полумрак переулка впереди - стражники будто в воду канули. Следом кралась Воренн, встряхивая ободранными о камни руками. Бран оглянулась на мгновение через плечо и улыбнулась ей - не было времени мириться на словах. И, уже отвернувшись, сообразила, что Вор не могла видеть ее улыбку. "А мы в чем-то похожи. Обеим не позволено делать похожие вещи..."

Бранвен обернулась очень вовремя. Как раз когда одна из стрел чисто срезала с затылка Миримэ прядь волос. Бран удивилась мимоходом: "Острая... Люди таких не делают!" А потом осознала, что стрела летела совсем не с той стороны, откуда их обстреливали. Да и была это другая стрела - тонкая, черная, с узким плоским наконечником из белого металла и черным оперением, а те - обычные, гондорские стрелы, которых у каждого стражника полон колчан. Кстати, это тоже хороший вопрос, сами стражники по ним стреляли, что ли? Додумывала эту мысль она уже в прыжке, вытягивая руку, чтобы схватить Миримэ за плечо.
- Куда тебя несет. Смерти хочешь. Быстро за нами, под стену, переулок, спрячемся...
Она говорила быстро, ровно, коротко, как всегда в минуты опасности, краем сознания чувствуя вернувшуюся свинцовую усталость, которая - еще чуть-чуть! - и скует ноги-руки. "Надоело быть героиней, - вдруг подумала она зло. - Я что, нанималась кого-то спасать?" Она уже хотела обернуться, чтобы посмотреть, не побежали ли под стрелы уже Майя и остальные, как вдруг резкая боль пронзила ногу. В прямом смысле пронзила - в левой голени торчала стрела. Такая же, что минуту назад едва не убила Мир. Бран охнула, разжала ее плечо и упала на колени. Нога сразу отнялась. "Ядовитые". Как обидно-то. Холод подползает к сердцу, колет иголками. Вот одна уколола в груди, вторая... Третью Бранвен уже не почувствовала - мысли затопила вязкая чернота.

Мир бежала, необращая внимания на стрелы, которые так и норовили сделать ей новую стрижку. Если бы не Бранвен, которая вечно интересовалась большим, чем ей полагается, Миримэ не потеряла бы из виду стражника. Резкий рывок заставил ее остановиться. Девушка хотела отмахнуться от назойливой спутницы и побежать дальше, пока стражник далеко не ушел, но тут Бранвен рухнула, пронзенная стрелой. Еще раз с сожалением обернувшись туда, где скрылся стражник, Мир все же нагнулась к пострадавшей. Предпринимать что-то здесь, под стрелами, было неразумным даже по мнению рыжей эльфийки. Тяжело вздохнув, девушка взяла раненую под руки и потащила следом за остальными путницами. Наконец, дотащив Бранвен до какого-то переулка, куда не долетали стрелы, девушка положила свою ношу на грязный асфальт и подняла глаза на своих спутниц.
- Нож у кого-нибудь есть? Такие стрелы просто так не летают, она скорее всего отравлена. - Миримэ говорила уверенным голосом знатока, при этом судорожно припоминая что же там еще писалось в тех книгах по видам оружия. Девушка не любила скучные науки, где нужно только читать и запоминать. Зато лечение - пожалуй, единственное, что ей хоть как-то удавалось из всех учений. Но одно дело лечить несчастную птичку со сломанным крылом или помагать в госпитале врачам обрабатывать и перевязывать раны. И совсем другое дело лечить самой, а не стоять за спиной искусного доктора и наблюдать за его аккуратной работой. - Надо стрелу вытащить и не дать распространиться яду.

Майя заученным движением вытащила короткий нож, разрезала плоть и вытащила стрелу. Понюхав её, Майя угрюмо кивнула и швырнула стрелу в сторону. Девочка сделала несколько надрезов и начала отсасывать яд. После нескольких таких "сеансов" она так же отработанно и заученно оторвала от плаща девушки лентк и плотно перемотала ленту.
- Яда меньше, но часть успела распространиться. Однако, она сильная и справится с ним сама при спокойной обстановке.

Воренн не торопясь завязывала сбившийся во время падения головной платок. В нескольких шагах ее спутницы возились с отравленной стрелой. Это не дело ловца чудес. Дело ловца чудес - отвести на себя первый удар, чтоб остальные успели защититься. Дело ловца чудес – выполнять обряды. И дело ловца чудес… Воренн бросила концы платка и раздраженно прозвякала к Майе, выпрямившейся над Бранвен. Орчонок-лягушонок отшатнулся от нее, но Воренн нужна была только секунда. Ну, так и есть. Два дупла. И ранка в десне – лезет новый зуб. А яд уже поплыл… Воренн вздохнула.
- Я, конечно, не лекарь, но морковкой тебя, по-моему, не баловали… [color=darkred]Один красный лебедь запутался в густых водорослях на дне, но тут снова накаркала ворона и маленькая водяница разрезала склизкие путы солнечным клинком. Прячься, нежное сердце, скоро хлынет песочный дождь[color] – Воренн кинула бегнлый взгляд на двух других девушек и подхватила соскользнувший с плеча платок, торопливо накрывая им волосы (слава богу, почти полная темнота). - Я думаю, совершенно случайно у кого-нибудь окажется при себе сыворотка от яда мордорских полосатых ящериц…

Майя только усмехнулась. Её довольно грубая натура уже привыкла к различным ядам. ТО есть она сама по себе была ходячее противоядие. ТО ли от орков ей это передалось, то ли ещё от кого. Хотя от такого сильного могли пойти осложнения и она могла не в шутку слечь, но умереть она не умрёт.
- Если она и есть, то была только у трактирщика. Он меня этими сыворотками обколол по самые уши. А учитывая количество яда на кровь и сколько могло проникнуть не волнуйся, я не сдохну.

Бранвен открыла глаза и резко села - слишком странной оказалась обстановка. Серебристый блескучий песок. Тяжелое небо - куполом, каменистая дорога от края до края мира... Где Минас-Тирит? Где Воренн и остальные?! Впрочем, через мгновение она забыла о них. На сером камне рядом с ней сидел Арт. И улыбался.
"Я умерла - наконец-то!" - подумала она и тоже улыбнулась ему, и протянула руку, чтобы помог встать. Но тот не шевельнулся. Улыбка исчезла.
- Нет, ты не умерла.
Не удивившись, что он ответил на ее мысли, - так бывало и раньше, пока они оба были живы, - Бранвен спросила только:
- А что со мной в таком случае?
- Ты никак не можешь решить, умирать тебе или нет, - прозвучал ответ. - Я пришел, чтобы помочь тебе с выбором.
- Ты знаешь, каким он будет. Знаешь, раз пришел.
- Я пришел, потому что не мог по-другому. На этом Пороге ты услышала бы только меня, и, кстати, совершенно зря, я тебе это всегда говорил...
- Арт, - разозлилась Бранвен, - что за чепуху ты несешь? Ты правда думаешь, что мне еще есть дело до жизни, когда тут сидишь ты и достаточно одного слова, чтобы больше никогда тебя не потерять?!
- Кто тебе такое сказал?
- Как это?!
- Так! У каждого свой путь, и любой путь мы проходим в одиночестве. В этом смысл того странного существования, которое мы, Младшие Дети, познаем после смерти... Впрочем, я еще не разобрался окончательно. В общем, не думай, что мы поженимся тут, раз уж при жизни это нам не удалось, - Бранвен рассмеялась против воли, - и я не знаю, что тебя ждет, но знаю, что будь такой выбор у меня, я бы отказался умирать.
Голос его дрогнул, и он протянул ей руку. Они встали - он с камня, она с земли - и посмотрели друг другу в глаза.
Бранвен не догадывалась, что увидел единственный человек, который знал о ней все, но то, что она смогла увидеть в его глазах...
Вместо глаз была пустота. Черная, вязкая, холодная пустота. Арт улыбнулся опять, и эта улыбка не была искусственной. Живой, настоящий, но откуда эта непонятная чернота? Что, действительно, ждет после смерти всех Младших Детей?!
- В общем, уходи. Ты сильно запуталась и понаделала очень много ошибок. У тебя есть драгоценный шанс - исправить их. И измениться. Я не знаю, как ты жила с тех пор, когда меня убили, но догадываюсь, что не слишком весело. Исправь это прискорбное обстоятельство, а то превратишься раньше времени в старуху и я на тебе не женюсь...
С последними его словами пришел сильный ветер; сердитый, живой и очень холодный, он ударил Бранвен в лицо и сбил ее с ног. Она стала падать и зажмурилась в ожидании удара о землю; но удара не последовало, только невероятная легкость волной разлилась по телу...
Она открыла глаза. "Кажется, я действительно жива... И вполне здорова", - подумала она и улыбнулась, впервые за тринадцать лет, светлой, расслабленной, искренней улыбкой.

- Да умереть-то понятно, никто не умрет… (Я же не хочу стать амфибией). Ах, да вот же она! И когда я научусь угадывать знаки! – Радостно прочирикала Воренн, глядя поверх головы Майи. Судя по этой вывеске, едва различимой в темноте, здесь жил и работал лекарь. Причем лекарь, говоривший на синдарине… Воренн задумчиво потерла подбородок. – Вообще-то уже поздно, но, думаю, господин эльф согласится нас принять.
Воренн открыла потемневшую от времени дверь и, движением головы пригласила спутниц войти. Будто это был ее собственный дом. Она и в самом деле привыкла считать родным домом любую крышу, под которую входила. Наверное, уверенность Воренн передалась остальным, потому что все безропотно подчинились. Только уже слегка побледневшая сквозь загар Майя, кинула на подсвеченный красным проем подозрительный взгляд и собралась уже что-то возразить, но тут из соседнего переулка послышался топот множества бегущих ног... Выхода не было. Воренн помогла орчонку подхватить с земли бесчувственную Бранвен и тоже шмыгнула внутрь, за тяжелый бархатный полог, пахнущий терпко и тяжело. Она не сомневалась – никто не обратит внимания на неприметную лекарскую вывеску и неплотно прикрытую дверь. Воренн сама была уверена, что до того, как им понадобилась помощь, никакой двери здесь и в помине не было.

Аптека, вопреки всем ожиданиям, не оказалась маленькой, пыльной и резко пахнущей пучками сушеных трав. Не было и чучела крокодила под потолком. Просторная светлая комната была убрана изящно и лаконично, в духе эльфов. В воздухе витал аромат розового масла и королевского листа, распространявшийся от небольшой серебряной курильницы, украшающей стойку. За стойкой имелась еще одна дверь, тоже задрапированная темным покрывалом. Почти сразу занавесь отдернулась и к поздним посетителям вышел хозяин аптеки, облаченный в серебристую лекарскую накидку, вышитую чашами, черепами и почему-то гномьими рунами.
Судя по дивным светлым волосам и темным глазам лани, эльф был из ваньяр. Сколько ему было лет, конечно же, определить было невозможно, но судя по всему, лотлориэнская ведьма была немногим его старше. Ходячая история. У Воренн дух перехватило от этого пристального взгляда, несущего в себе безбрежную мудрость древнего народа. И, что удивительно, ни капли злобы.
- Э… Мир дому сему… Да процветает твое дело во веки веков, благородный господин. – Неуверенно начала она, путаясь в ритуалах приветствия. Вообще-то, таким как Воренн перед эльфами следует вообще помалкивать, но спутницы ее упорно не хотели устанавливать контакт – В общем, у нас проблема…
Эльф спокойно кивнул, и Воренн почувствовала на своем сознании деликатное прикосновение осанвэ. К ее изумлению это не было ни больно, ни даже просто неприятно. Занятая этим открытием Воренн проворонила момент, когда аптекарь перестал читать ее мысли и элегантным жестом пригласил всех в комнатку за стойкой. Очнулась она уже тогда, когда кто-то нетерпеливо ее подтолкнул.

Майя с хитрым прищёром наблюдала за эльфом. Её раздражало то, что он влез в её мысли. Всё что она думает совершенно его не касается.
"Ишь ты, скоро песок посыплется" - Раздражённо подумала девочка. Она огляделась и бесцеремонно уселась посреди комнаты прямо на мягкий и явно недешёвый ковёр.

- Насколько я мог понять, вы не догадываетесь, кто вас преследовал. – Лекарь задумчиво положил подбородок на сплетенные пальцы.
- Понятия не имею, - честно призналась Воренн, когда все они, накормленные, напоенные и частично перевязанные, расположились в уютной комнатке, расположенной за лабораторией – И по-моему, никто не имеет. Я вообще не представляю, какой с нас можно настричь барыш.
- Возможно, им нужно было нечто другое. Какая-нибудь информация, особые знания?
- Да ну, ерунда какая. – скептически хмыкнула Воренн, уже совершенно освоившись и вновь чувствуя себя сердцем разговора. - Какую информацию можно получить из покойников, нашпигованных отравленным железом?
Она беззаботно поднесла к губам маленькую фарфоровую чашечку с каким-то ароматным напитком и поперхнулась – такая тишина вдруг накрыла комнату. Двухвостые белки рыжей лавиной неслись через зачарованный лес, прыгая с ветки на ветку. Одна из мохнатых гусениц неожиданно оказалась раздавленной. Воренн вопросительно подняла бровь:
- Я что-то не то сказала?
- Видишь ли, Воренн… - Химмир немного помолчал, что-то обдумывая- Иногда вещи являются вовсе не тем, чем являются на самом деле.
Обескураженная Воренн готова была поклясться, что эльф сказал это не ей. Отвечал кому-то другому…

Майя несколько недоверчиво трогала зубы. Как смешно, она сидит у эльфа... но похоже, этот эльф даже можно сказать приличный эльф. Нормальный. Может даже хороший. Но Майя была довольно подозрительна. И даже не "довольно". Её мнительности мог позавидовать сам Денетор.... Хотя эльф и располагал к себе, но всё равно. Майя достаточно в детстве наслушалась и натерпелась от них, и теперь не собиралась менять своё мнение об расе в целом.
Все эти философские разговоры её не занимали. Можно сказать, она их не совсем понимала. Была ли ещё мала, или просто приземлена и груба для этого... но она с самого начала поставила себе задачу: выжить! И уж как получается... Топор, молот, булава - без разницы..... лишь бы тяжёлое. Майя не любила эфемерные эльфячьи клинки, которые казались хрупкими, или же людское оружие, которое не всегда наверняка убивало. Майя не стремилась мучать, если ей надо - она убивает одним ударом. Поэтому она предпочитает то, что убъёт наверняка....
Скучно, как скучно. Твоя задача выжить, орочёнок. Выжить и доказать миру что ты достойна нормальной жизни. Стать сильной. Показать эльфам, что раса, родословная и внешность ничего не меняет.....
Майя с интересом смотрела на эльфа и недоверчиво ощупывала клык.

Миримэ не вслушивалась в разговр. Не став садиться на предложенный табурет, она медленно ходила по комнате, рассматривая причудливые узоры на старых стенах и пробегая глазами названия книг, стоящих на длинной широкой полке. Заметив, что на нее никто не обращает внимания, девушка взяла с полки одну из книг, обернутую в потрепанную обложку. Она была настолько затертой, что невозможно было разобрать название. Не решившись снять хрупкую бумагу, Миримэ аккуратно раскрыла книгу. Старой оказалась не только обложка, но и вся книга. Более того, было ощущение, что она была вытащена из огня. Края страниц были обуглены, а сами страницы покрывал неровный грязно-желтый налет. Кое-где невозможно было разобрать ни слова, а некоторых страниц просто не хватало. Миримэ не могла объяснить, почему ее так привлекла эта книга. На секунду ей показалось, что она что-то вспомнила, но воспоминание тут же ускользнуло, словно его и не было. Девушка повертела книгу в руках.
- Мне не изветсен ее автор, - услышала Мир голос хозяина помещения. - Когда-то я гостил у одного эльфа. В одну из ночей внезапно вспыхнул пожар не так далеко от места моего ночлега, - эльф помолчал, о чем-то задумавшись. - Эту книгу я нашел рядом со сгоревшим жилищем. Будто ее выкинули из окна во время пожара...
Эльф больше ничего не сказал. Миримэ взглянула на книгу. О чем она? Почему-то ей казалось, что лекарь все равно ей об этом не скажет. Опустившись на пол, девушка перевернула страницу и всмотрелась в строчки.

Бранвен покосилась на Мир, глаза которой уже горели нехорошим огоньком одержимости, и хотела было предостеречь ее от чужих книжек с человечьей судьбой... но прикусила язык. В ее советах тут никто не нуждался. "Да и есть ли мне до этого дело? Голова на месте, опыт вроде тоже - додумается. Вот не додумается, тогда, может, и надо будет спасать..."
Отворачиваясь от Миримэ, она взглядом поймала улыбку Химмира и готова была поклясться, что проклятый эльф подслушал ее мысли. "Взрослеешь, сестра." "Скорее, не по дням, а по часам молодею... братишка."
- Ладно, хватит, - махнула она рукой. - Поясни, господин целитель, что ты имел в виду, когда сказал, что вещи бывают не тем, чем кажутся. Ты считаешь, на нас напали... не люди? или люди, но не на нас? или не нападали?..
- Придержи коней! - воскликнул ваниар слегка испуганно и сам рассмеялся этой интонации. - Ты слишком много говоришь, собеседник может и захлебнуться в твоих словах. Нет, напали именно на вас, но люди или нет - то мне неведомо. Это ваша судьба, вам с ней и бороться. Я вижу, вы недаром очутились одновременно на перекрестье четырех судеб: ловец чудес, читающий знаки, ороченок, пытающийся выжить, воительница с омертвелой душой и обманутая в любви девушка... Полагаю, у каждого из вас - ну, по крайней мере у тебя и Воренн точно - были покровители-колдуны: слишком отчетливы на вашей дубленой шкуре следы волшебства. Вы должны идти дальше. Идти - и искать тех, кто напал на вас. Это нападение - перст судьбы, ваш неведомый враг лишь указал вам путь.
В комнате повисло молчание. Нутром почуяв, что все главное уже сказано, Бранвен судорожно искала другую тему для разговора. Да, учитель Арта отказался стать ее учителем... но самые важные правила она успела усвоить. Украла мудрость, пока никто не заметил.
- Скажи, брат, - произнесла она поспешно, - как вышло, что ты не уплыл из Средиземья на Последнем Корабле? Я слышала, что после его отплытия Старших Детей здесь вовсе не осталось.
В глазах Химмира появилось изумление.
- Ты где училась? Знаешь такие вещи!.. - он грустно улыбнулся и покачал головой. - Это долгая история. И печальная. Когда вы вернетесь сюда - во второй и предпоследний раз - я непременно расскажу вам ее. А сейчас вам пора идти.
Он поднялся.