Глава 5.3: The Muster of Rohan ("Войсковой сбор")
 

Эта глава, и Тропы Мертвых до этого, помню, шли у меня очень туго, а понеслось все уже когда Фарамир вернулся в Минас Тирит.

Здесь и правда не много чего происходит, и очень много описаний гор, в географии которых я опять ничего не понимаю, но вот красотой и величием горных пейзажей проникаюсь - вспоминается Кавказ, куда я ездила в детстве и юности.

И Мерри, одновременно восхищенного и подавленного этим величием, тоже прекрасно понимаю. Он остался совсем один в огромном и незнакомом мире. Король Теоден - его единственный друг, считай. И каждый раз стукает, когда он перечисляет оставивших его друзей, и вдруг вспоминает Сэма с Фродо.

Эовин, несмотря на раздрай в чувствах, очень уверенно и компетентно справилась с делом сбора и размещения войск. Упоминается (впервые, но закономерно), что многие роптали, когда их выдергивали из их жилищ и призывали на войну - но до беспорядков дело не дошло.

Вообще с точки зрения роханцев это был конечно кошмар. Одна война за другой - на Изенских Бродах, потом в Хельмовой Пади, теперь полный сбор и в Гондор, и все берут и берут новых людей, уже забрили всех подчистую. А когда Теоден уезжал в Гондор, пришли вести о нападении орков с берегов Андуина...

Насчет Эовин - отметила, что она Арагорна перед уходом на Тропы Мертвых называет тем же словом fey - отчаянный, лезущий на рожон. И говорит, что Арагорн выглядел так, будто шел на зов Мертвых, т.е. будто он искал смерти.

А потом мы видим, что это была проекция... И так можно описать саму Эовин. И именно это - вызов, отчаяние и поиск смерти, Мерри заметил в Дернхельме.

Кстати, а кто сразу понял, что Дернхельм это Эовин? Я поняла только когда она сорвала шлем перед Ангмарцем. :blush:

И в конце главы - та же тьма из Мордора, что уже накрыла Фродо с Сэмом, Минас Тирит и Серую Дружину. И пути всех героев ведут туда, во тьму.

У Теодена здесь опять прекрасные цитаты. Да, и он уже отпустил Мерри со своей службы...

http://img-fan.theonering.net/~roloz.../lee/lee38.jpg

"Пока они ехали, до них доходили слухи о войне на севере. Одинокие и испуганные беженцы, приносили вести о врагах нападающих на восточные границы Рохана, и о полчище орков, марширующих по Волду.
– Вперед! Вперед! – кричал Эомер. – Сворачивать уже поздно! Болота Энтавы защитят наш фланг. Теперь главное поспешить. Вперед!
Так выступил король Теоден из своих владений, и миля за милей вилась длинная дорога вперёд в даль, минуя сигнальные холмы: Каленхад, Мин–Риммон, Эрелас и Нардол. Но огни их гасили. Местность там была серой и безмолвной; Тьма сгущалась, отчего надежда в сердцах постепенно стала убавляться."

Про войну на севере https://vk.com/note20746184_11858971 не помню, скидывал ли уже.

Теоден не ждал, пока Гондор позовёт на помощь. Уже после посещения Изенгарда он представлял, что предстоит его народу. К моменту, когда зажглись маяки (в ночь с 7 на 8 марта), он уже объявил роханский сбор и готовился к тому, что придётся выступить на восток. Ждал он и красную стрелу, которую Хиргон приносит королю в Дунхарроу 9 марта. Не готов он был только к тому, что помощь Минас-Тириту понадобится столь скоро.

https://pp.vk.me/c317731/v317731851/...tVboSxeDvg.jpg

тоже не поняла. Мне вообще очень нравятся такие загадки в книге: Дернхельм оказывается Эовин, Арагорн оказывается любит Арвен и тп Первый раз читаешь, очень интересно))

Отличная подборка, спасибо! Я совсем забыла про роль энтов, и нечаянно проспойлерила себе будущую радость. Потому что было бы ужасно несправедливо, если б Рохан разорили, покуда они помогали Гондору.

Мне кажется, когда Теоден подсчитывает численность войска, готового выступить на помощь Гондору, говорит, что какая-то часть всё равно останется в Рохане. Что он не может оставить свою землю совсем без защиты.
По поводу Дернхельма-Эовин подозрения зашевелились в тот момент, когда Мерри сказал: "Я не знаю, как тебя зовут", а всадник (Эовин) спросил "Разве?"

Мне сразу было ясно, что Дернхельм — это Эовин. Слишком явственно Толкин описывал её намерения незадолго до появления среди солдат:

«— Боюсь золоченой клетки, – сказала она. — Боюсь привыкнуть к домашнему заточенью, состариться и расстаться с мечтами о великих подвигах.»

Это всё не просто так.

И опять же:
«Дернхельм был легкий седок, хотя сложен крепко и ловок на диво.» — ясно, что был Дернхельм не намного тяжелее хоббита, раз конь легко нес их двоих. Как-то сразу становится ясно, что Дернхельм тонкий-звонкий — или пацан, или … :)

А вообще от главы возникает ощущение стронувшейся лавины: вот еще вчера мудрые решали, куда и как поведём отряды, да что это даст, да ещё вот не забыть тут стратегию подработать — и вдруг уже всё пришло в окончательное движение (не остановить!), перерешать поздно, все перешло в те движения масс, которые и решают сражения.

Да, он говорит, что мог бы послать 10 тысяч, но из-за угрозы с севера посылает только 6. Т.е. 4 тысячи остались для защиты. Но судя по тому, какие тучи орков там на всех шли, этого было бы мало. И помощь энтов оказалась критической.

---------- Сообщение добавлено в 09:47 ---------- Предыдущее сообщение было в 09:46 ----------

Да, и при перечитке так и думаешь - как же можно было это не понять? Я просто когда читала в первый раз, глотала страницы там, где действие шло медленно, и на чем-то внимание не заостряла.

А кстати, в этой главе опять толстый намек на палантир у Денетора. Тут уже и Теоден поминает его необычную прозорливость.

Дернхельм и Мерри.

http://s57.radikal.ru/i156/1507/8f/bfc8edaa2cb7.jpg

а мне одной показалось, что Теоден не очень то привечает Денетора? когда гонец Денетора молит скорее выступить в путь, чтобы успеть укрыться за стенами Города, то Теоден своевольничает и заявляет, что рохиррим привык сражаться на ровном поле и только пришедшая тьма заставила его выступить быстрее- гондорцы боятся за свой город, а Теоден едет не его защищать, а биться с врагом.

А какой прок от конницы, если она укрыта за стенами города? (Если не рассматривать лошадей как ещё один источник пропитания для осаждённых.)

Там не совсем так было дело - Теоден удивляется тому, что Денетор просит срочно прислать роханское войско, как будто знает, что их войско уже собрано и готово - тогда как обычно их народ рассеян и на сбор требуется много времени, да и сражаются они обычно в открытом поле.

Но как раз сейчас Теоден уже собрал войско для битвы в Хельмовой Пади, и объявил общий сбор по наводке Гэндальфа, то есть Теоден практически готов к выходу. А Денетор будто знает все об этом - т.е. здесь упор не на то, что Теоден как-то противится Денетору, а на то, что он дивится прозорливости Денетора - намек на палантир.

А в следующих абзацах Теоден уверяет Хиргона, что конечно сделает что может и пошлет войско, какое сможет, и что через неделю они будут в Гондоре и их силы будут в распоряжении Денетора. А из-за тьмы - уже не через неделю, а через пять дней.

Т.е. Теоден там как раз изо всех сил старался как можно скорей прийти к Гондору на помощь.

В самом начале главы здорово описано, как Мерри -

он ведь стал в конце концов истинным воином Рохана -

- как Мерри присматривается к "вмещающему ландшафту", прислушивается к языку, вроде знакомому и незнакомому, как балдеет от песен (ширская душа:)), как эта чуждая земля постепенно становится не чужой, эти люди - не посторонними

И дальше сквозь ощущение одиночества и покинутости пробивается новое чувство единения с теми, кто рядом - когда он с волнением прикидывает размеры войска, с сочувствием смотрит на Эовин, волнуется, что Теоден не возьмет его с собой...

Эовин и Мерри, они оба буквально зубами вырвали у судьбы этот шанс - шанс участвовать в битве с риском вышесреднего в ней и погибнуть, и можно сказать, им повезло друг с другом, Эовин, ехавшая на войну "с печатью смерти на челе", прихватила с собой здравомыслящего хоббита, который и сам раньше смерти помирать не станет, и другим не даст :)

Да! И вдруг увидела тут, что не только Теоден с Денетором параллелятся, и Мерри с Пиппином - а еще и Фарамир с Эовин.
И Мерри, и Пиппин попытаются спасти каждый свою половинку.

Интересно, а кто были тот народ, который поставил статуи на дороге, на которые обратил внимание Мерри? Есть ли что-то об этом у Толкина?
Почему-то представляются то ли какие-то "скифские бабы", то ли что-то из наследия пиктов на Британских островах. Правда, не помню, были ли там статуи...

Теоден - прямо-таки отеческая фигура сразу для троих персонажей получается. И не только им: отец воинам, отец своему народу. Да и вообще, какой-то архетип "доброго", "сердечного" отца вырисовывается, особенно на контрасте дальше с холодным, рассудочным Денетором.

Есть, тот народ даже далее в тексте упомянут, эти статуи дело рук народа друэдайн.

А я думала, друэдайн и "возы", лесные люди, Гхан-бури-Гхан - это одно и тоже? В этом случае статуи не они сделали - они были первобытным племенем и их в виде статуй изобразил другой, древний, но цивилизованный народ, живший там до прихода нуменорцев.

Из текста Неоконченные Сказания - Друаданы. "Эти статуи назывались "дозорные камни"; самые известные из них стояли у Перекрестий Тейглина: каждая из них изображала друадана, ростом больше настоящего, попирающего ногами убитого орка. Эти изображения водружались не просто как вызов врагам: орки боялись их, и верили, что в них живет злобный дух Огхор-хай (так они называли друаданов), и что они как-то передают вести своих создателям." Далее в тексте "Часть друаданов ушла вместе с народом Халет в конце Первой Эпохи и жила вместе с ним в [Бретильском] лесу. Но большинство их осталось жить в Белых горах, несмотря на то, что пришедшие туда позднее люди, вновь предавшиеся Тьме, преследовали их".
Здесь сказано также, что в Гондоре всегда признавали сходство между статуями Дунхарроу и остатками друат (Мерри Брендизайк заметил его, как только увидел Гхан-бури-Гхана), хотя в те времена, когда Исильдур основал королевство нуменорцев, друаданы выжили только в Друаданском лесу и в Друвайт Йаур".

Elvenstar, понятно, что статуи изображали народ Друадан, но вопрос был - а кто сделал эти статуи? Т.к. сами друаданы не занимались работой по камню, они были чистого вида первобытные охотники. А сделала статуи какая-то другая цивилизация, общавшаяся с друаданами еще до прихода нуменорцев.

Т.е. друаданы были моделями для этих статуй, но не их творцами.

Вот эти друаданы?
"На каждом повороте торчали изваяния огромных неуклюжих людей, сидевших на корточках, скрестив ноги и сложив на толстых животах короткие ручки. Время стерло их лица, оставив лишь дыры глазниц, печально взирающих на проходящих. Всадники не обращали на идолов внимания, а Мерри разглядывал скорбные силуэты статуй с любопытством и почти с жалостью."

Получается, что эти. См. выше цитату Elvenstar. "Перекрестья", которые там упоминаются - это как как раз углы серпантина, по которoмy Мерри и Ко поднимались в Дунхарроу.

Куда только орки у них под ногами подевались - может, тоже стерлись временем и просто казалось, что эти пукельмены сидят на каких-то глыбах?

Нашёл иллюстрацию к этим цитатам, которая точнее всего передаёт образ, возникающий при чтении.



А это просто рохирримы скачут в походе:
Rohirrim by CG-Warrior on DeviantArt

Вот цитатку из этой главы перевёл -

Elvenstar, спасибо. Так начался поход во Тьму, в неизвестность... И поход окончился падением Тьмы...

В некоторых переводах названия этих деревень либо отсутствуют, либо переведены, либо в иной форме представлены). В оригинале они - Underharrow and Upbourn.