[Rohirrimka]

Однажды они сидели на берегу лесного озера, любуясь на недавно распустившиеся кувшинки. Эйрис сетовала, что их нельзя унести с собой - слишком быстро вянут сорванные цветы.
- Да и в воде их век недолог, - ответил эльф. - Смотри, сколько времени растет цветок, скрывается под водой, тянется к поверхности. И все это чтобы сверкнуть своей красотой и через несколько дней исчезнуть навсегда.
- Но он принесет семена, даст жизнь следующему поколению, - возразила девушка.
- Это так похоже на жизнь смертных - вы тянетесь вверх, к свету, чтоб сверкнуть и уйти опять во тьму, - он и сам не понял, откуда взялись эти мысли, обычно он просто забывал об их с Эйрис различиях. Эльф вдруг почувствовал смущение, стыд. - Извини, я не должен был.
Девушка прикрыла ему рот рукой:
- Все в порядке, все правильно. Для вас это, наверное, кажется странным, но для людей это естественно. Мы не боимся говорить о смерти, - тут она подняла на эльфа задумчивый взгляд. - Скажи, Эстир, а сколько тебе лет?
- Пятьсот двадцать один, - зачем она это спросила? - для эльфа это совсем мало.
В ее глазах мелькнуло что-то непонятное.
- Надо же, ты старше меня ровно на пол-тысячелетия, - Эстир опять почувствовал этот укол в сердце. - Мне только двадцать один. Но я уже успела многое потерять. Скажи, как же вы выносите это, ведь чем дольше живешь - тем больше потерь? Или со временем к этому привыкаешь?
- Нет, к этому нельзя привыкнуть. Поэтому, пожалуй, в наших песнях так мало веселья и так много грусти. Потому что мы видим, как меняется мир вокруг нас, как уходит то, что было нам дорого и ничего не можем поделать. Остается только память. Память...горькое утешение...Мы никогда ничего не забываем.
Девушка внезапно вздрогнула, обхватила плечи руками, словно от холода.
- Как это, должно быть страшно. Вечно помнить и вечно оплакивать ушедших.
- Ну, с нашими мертвыми мы не прощаемся навсегда. Они ждут нас в залах Мандоса и когда-нибудь мы опять будем все вместе.
- Да-да, конечно, - пробормотала она, но взгляд у нее был остановившийся, словно она заглянула в невероятную бездну.
Эйрис вдруг заспешила, засобиралась домой. Он помог ей подняться и они зашагали в сторону опушки леса.
Как это случилось, Эстир и сам не понял. Девушка споткнулась о корень, он подхватил ее, поднял, и на мгновенье ее лицо оказалось совсем близко. Рука эльфа обхватывале ее тонкую талию, он чувствовал ее дыхание, ее запах - от нее пахло лесной малиной, которую они вместе нашли. Зрачки Эйрис расширились, она вздрогнула, словно какая-то сила толкнула Эстира вперед и их губы встретились. Поцелуй был долгим, мягким, теплым. Эльф чувствовал, как его охватывает незнакомое сильное чувство. Это не было то, что люди называют "желанием" или "страстью", эльфам эти слова не знакомы. Но будто тысячи тонких невидимых нитей протянулись вдруг между эльфом и женщиной, связали их тела, мысли и чувства и они на мгновение стали единны. И в ту же секунду оба испугано отпрянули назад.
Девушка покраснела, смущенно начала поправлять платье. Эстир не мог отдышаться - такими сильными были испытанные ощущения. Дальше они шли молча, погруженные в размышления, стараясь не смотреть друг на друга. На краю леса Эйрис повернулась к нему:
- Не нужно провожать меня дальше. Еще светло, я дойду сама, - она теперь не избегала его взгляда, напротив, не отрывала глаз от лица эльфа, но он не мог понять их выражения. Он сейчас вообще плохо соображал, поэтому лишь кивнул головой:
- До свидания, Эйрис.
Он повернулся и зашагал обратно в лес и поэтому не слышал, как она прошептала:
- Прощай, Эстир.
............
Эстир поспешил домой. Не обращая внимания на оклики друзей добрался до своей постели и кинулся лицом на подушку. И только тогда позволил себе мысленно вернуться к пережитому потрясению.
Как же он был глуп, как сразу не понял, что происходит? Как он мог не предвидеть этого? Хотя, кто может такое предвидеть? Смертная девушка, такая искренняя и наивная, одновременно загадочная и открытая. Сначала она его заинтересовала, как диковинка, как нечто неизвестное. Потом, после долгих разговоров, он почувствовал привязанность к ней, родство душ, то, что возникает только между близкими друзьями. Потом он полюбил ее, как любят маленькую сестренку. Все эти чувства перемешались и не дали ему рассмотреть надвигавшегося. Того, что он испытал сегодня. Он никогда еще никого не любил, ни одна из эльфийских девушек не привлекала еще его внимания. Он никогда не испытывал ничего подобного, но сразу понял, что это значит. Любовь. Настоящая, огромная любовь. Полное единение души и тела. Прекрасное чувство. которое можно испытать лишь раз в жизни. И его вызвала смертная женщина.
Это было глупо, это было нелепо, это было немыслимо. Этого не поймут ни его, ни ее родичи. Но дело не в этом. Она - смертная, хрупкий цветок, бабочка- однодневка. Он не может связать с ней свою жизнь. Да, он знал, что будет счастлив с Эйрис. Несколько лет. Несколько десятков лет. Мгновения. Что бы потом потерять ее навсегда. Он потеряет ее, никогда и нигде, даже в мрачных домах мертвых там, на Западе, не увидит ее. И не сможет забыть. Он вновь услышал голос Эйрис: "Как это, должно быть страшно. Вечно помнить и вечно оплакивать ушедших." Он лишь на минуту представил себе это и ему стало так страшно, что захотелось плакать.
Но нет, он не будет плакать. Он будет действовать. Пока еще он может забыть Эйрис, он может выбросить ее из головы, он может уйти и никогда не возвращаться. Он может скрыться от этой боли, избежать ее. Да, решено, он больше не должен видеться с Эйрис, он займется делами, он переберется в другое место, где ничего не будет напоминать о ней.
Но совесть не позволила ему просто исчезнуть, поэтому следующим утром он отправился в деревню. Найти дом тетушки Эйрис оказалось легко, хотя люди, у которых он спрашивал дорогу, глазели на него, как на чудо. Еще бы, эльфы нечасто появлялись в человеческих поселениях, а тем более посещали дома людей. Дверь открыла пожилая женщина в длинной зеленой юбке и, невзирая на погоду, в шерстяной шали. Удивленно уставилась на эльфа.
- Простите, госпожа, здесь живет госпожа Эйрис?
Женщина посмотрела на него еще более удивленно, помолчала, покачала головой и наконец произнесла:
- Здесь, здесь она жила.
- Жила? - у Эстира заныло сердце, - Что случилось?
- Да ничего не случилось, что с ней случится-то. Уехала она, домой уехала.
- Как это, уехала?
- Да просто, как пришла вчера днем, все что-то бормотала, все вроде как спорила с кем-то. Потом пособирала вещи свои и уехала назад, в Дорим. Там-то ее родителей домик остался. Вот и уехала, и ничего не сказала, почему да что случилось. Ох, странная она девка, всегда странная была, а тут вроде как совсем помешалась. - Старуха еще долго могла продолжать, но эльф не слушал ее, повернулся и медленно спустился с крыльца.
Он шагал по дороге, и на душе было пусто и тоскливо. Почему она уехала? Может, его поступок обидел ее? Что бы там ни было, но отъезд Эйрис облегчал ему выбор. Теперь он должен просто забыть ее, не думать о ней, выбросить из головы, и все будет хорошо. Все будет как раньше, до их встречи.
..............
Это было настоящим мучением. Эстир отлично выполнял все поручения, примерно нес службу, но остальное время находился словно в полусне. Пока Эйрис была рядом, он мог словно бы и не думать о ней, но теперь... Чем сильнее он старался ее забыть, тем больше вспоминал о ней. Любимые места потеряли всю свою прелесть. Среди белоснежных березовых стволов ему чудилась ее тонкая фигурка. Родник в лесном гроте пел ее голосом. Блики солнца на зеленой листве напоминали о ее глазах. Пришла осень и холмы окрасились в медный цвет - совсем как ее волосы. Друзья пытались развеселить его, устраивали веселые пирушки с вином и песнями - без толку. Все, о чем он мог думать, это - что Эйрис сказала бы про эту песню или как Эйрис смеялась бы над этой шуткой.
Он не выдержал, попросил перевести его в стражу Восточного края. Там часто происходили стычки с орками, и Эстир надеялся, что опасность вытеснит Эйрис из его мыслей. Всю зиму они провели в непрерывных боях - орки что-то совсем обнаглели, все время пытались проникнуть вглубь леса, появились так же и злобные люди, пришедшие тоже с востока. Не раз он оказывался на волосок от смерти, не раз безрассудно кидался вперед, рискуя жизнью. Но судьба хранила его и ни одна стрела, ни один меч не коснулись его. И стоило только наступить затишью, Эйрис возвращалась к нему. Он видел ее во сне, он грезил о ней наяву.
Наступила весна, орки затихли, притаились в своих горах. Эстир решил попробовать еще одно средство. Неподалеку находилось небольшое поселение эльфов. Он стал часто бывать там, знакомиться с эльфийскими девушками. Они с удовольствием общались с ним, потому что он был красив, силен и все были наслышаны о его подвигах. Но ни одна из них не могла сравниться с Эйрис. Он знал, что это нелепо, что они все во много раз красивее ее. Они не были также глупыми, они читали множество древних книг, о которых она и понятия не имела. И все же... В любом разговоре он постоянно ловил себя на мысли: " А Эйрис бы сказала..."