|
Зарегистрированный пользователь
Регистрация: 04.01.2013
Сообщений: 4,107
Лайки: 0
|
ну, и ещё про дядюшку
опять же рпф
и заявка
ST2-43 Кто-угодно/Ричард. Бородатый Армитаж любит что бы был бондаж.
Все сложные и опасные трюки Армитидж выполнял сам. Отказывался от дублёров, с маниакальным блеском в глазах бегал, размахивал мечом направо-налево, совершал головокружительные прыжки.
По итогам всего этого Ричард оказался на больничной койке с переломами. Дин и Эйдан отправились в больницу навестить своего экранного дядюшку, прихватили с собой классические апельсины, шоколад, немного поспорив, добавили к этому гостинчику ещё скромный букетик цветов.
Армитидж лежал на кровати по уши закованный в гипс и довольно улыбался. Вокруг него хлопотала женщина, оказавшаяся его матерью. Она дружелюбно поприветствовала Тёрнера и О”Гормана, предложила угощаться пирожками, которые собственноручно напекла для сына. В общем, уютные вышли посиделки, парни и Ричард распрощались весьма довольными друг другом. Когда они вышли из палаты, за ними тихонько выскользнула мать Армитиджа и смущённо попросила повлиять на бестолковое дитятко, попросить его беречь себя, а то её уговоры не действуют.
Дин и Эйдан недоумённо пожали плечами и грустно сказали, что ничьи уговоры не работают, Ричард не бережёт себя, предпочитает выполнять всё сам и говорит что-то о перфекционизме, о желании, чтобы всё было идеально и невозможности доверить важные вещи посторонним людям.
-Да какое там идеально! – в сердцах махнула рукой мать, - Просто он любит, когда его жалеют. Вечно после съёмок то руки-ноги переломаны, то в бандаже валяется.
---------- Сообщение добавлено в 01:07 ---------- Предыдущее сообщение было в 01:05 ----------
далее было высказано мнение, что эти двое его изведут жалеючи
и потому
Бородатый Эрмитаж больше не любит бандаж
На съёмочную площадку Дин и Эйдан вернулись крайне задумчивые, весь вечер о чём-то шушукались, а потом вызвали ПиДжея для серьёзного разговора. Обсудили какой-то невероятно важный вопрос, и Питер разрешил им каждый день навещать Ричарда в больнице, обещал даже всячески этому способствовать.
Настали трудные для Армитиджа дни. Поначалу-то он не понял всей опасности, радовался даже. Парни приходили к нему каждый день, приносили шоколадки и яблоки, присаживались возле его кровати и смотрели огромными сочувствующими глазами. Ричард купался в атмосфере всеобщей любви к нему и такого же сострадания. Но потом это начало нервировать, визиты Дина и Эдана становились всё продолжительнее, жалостливые вздохи – всё громче, а от шоколада, которым его пичкали «племяннички» Армитиджа уже начинало тошнить.
Парни окружали его заботой, порывались рассказывать новости и сплетни, читали вслух, укутывали в одеяло, постоянно открывали-закрывали форточку в его палате и по десять раз за полчаса спрашивали Ричарда не подать ли ему «утку».
Вскоре Армитидж уже прятался с головой под одеяло, едва заслышав приближающиеся к его палате голоса Дина и Эйдана. Но это не помогало, О”Горман и Тёрнер радостно сдёргивали с него одеяло и совали под нос ненавистный шоколад, не забывая при этом смотреть щенячьими глазками.
Актёр с тоской вспоминал другие методы борьбы с его упрямством и желанием быть несчастным. Мать упрашивала ласково, уговаривала, волновалась. Не хотелось огорчать маму, но как же приятно было видеть её заботу и тревогу о сыне, и Ричарда раздирали противоречивые чувства. Он обещал себе, что прекратит доводить мать, но каждый раз не мог ничего с собой поделать, возможно, он требовал заботы недополученной им в детстве.
ПиДжей рычал на него и ругался, но это не производило должного эффекта, Армитидж знал, что Питер – добрейшее существо. Это знали все, и Джексон только плевал с досадой, понимая, что не может никого по-настоящему напугать.
Мак Тавиш задумчиво сжимал-разжимал кулачищи и спрашивал в пространство, а не применить ли грубую физическую силу для вразумления некоторых строптивых «королей». Но, конечно, он никогда не побил бы приятеля.
Даже Фриман пробовал достучаться до благоразумия Армитиджа. Мартин приходил в трейлер к Ричарду, бесцеремонно усаживался на его кровать и занудным голосом рассказывал о том, что каждому актёру необходимы дублёры, что они получают деньги за свою работу, что нехорошо и нечеловеколюбиво лишать людей возможности заработать свою честную плату за труд. Армитидж на всё это только усмехался сквозь зубы да иронично изгибал бровь.
И вот теперь способ Дина и Эйдана оказался самым действенным. «Дядюшка» пообещал парням не рисковать больше собой и вести себя прилично. Те радостно заулыбались в ответ, убрали ненавистный шоколад и поставили на тумбочку около кровати банку солёных огурцов. Подмигнули заговорщически и добавили к этому маленькому подношению бутылку настоящей русской водки. Это особо растрогало Ричарда, но он напрасно допытывался у «племянничков» где они её раздобыли. Те только улыбались в ответ.
Когда Армитидж вернулся на съёмочную площадку, он стал вести себя совершенно по-другому. Весь каст не понимал в чём дело, и только вечно смеющиеся О”Горман и Тёрнер радостно ржали и озвучивали зачем-то очевидные истины о том, что лаской и заботой можно добиться очень и очень многого.
__________________
The sky’s the limit. Your sky. Your limit
|