[Estell Greydaw]

К завтраку в «столоффке» собираются все отдыхающие. Келеборн сурово смотрит на Гваэглосса и грозит ему пальцем. Тот ему в ответ кланяется. Все рассаживаются по стульям)
КИЛИ (шепотом Фили): слушай, чего здесь так много эльфов и орков?
ФИЛИ: ну отдыхать сюда приехали, а что такого?
КИЛИ: да ничего. Я к тому, что когда я путёвку покупал, мне сказали, что здесь – уединение и сплошные гномы с хоббитами.
ФИЛИ, ДВАЛИН, ТОРИН: ты путёвку КУПИЛ?!
(их возглас слышат все остальные)
ГИМЛИ: что? Я не ослышался? Ты купил?
КИЛИ: да, а что? И не такая уж она и дорогая…
ГИМЛИ: я не о том. Просто нам всем их прислали в подарок.
КИЛИ: вот блин. И тут облажался. А кто вам их прислал?
БУРИН: выяснить не удалось.
ЭОВИН (у которой при виде трёх молодых красивых гномов разгорелись глаза): ну да. Но мы всё равно приехали – зачем отказываться от бесплатной путёвки, правда? Кстати, будем знакомы – я Эовин.
КИЛИ: Очень приятно. Кили. Нет, я не расстраиваюсь по поводу того, что путёвку купил. Я расстраиваюсь по поводу того, что моему брату и моему дяде, оказывается, их подарили, а про меня этот кто-то забыл.
ЭОВИН: а может, у него просто кончились деньги… или, что вероятнее, ты купил путёвку раньше, а он покупал оставшиеся.
КИЛИ: может быть. Я только не пойму, почему меня менеджер обманул, когда путёвку продавал. Он сказал, что тут будут в этом сезоне сплошные гномы да хоббиты.
ЭОВИН: а тебе не нравятся люди?
ЭЛЛЕНИЭЛЬ (прислушивавшаяся к разговору): или эльфы?
ЛУРТЦ: или урук-хаи?
КИЛИ: нет, то есть я хочу сказать, что против приличных людей, эльфов и урук-хаев ничего не имею, а вы все, насколько я могу судить, приличные. Просто я хотел отдыхать там, где все примерно одинакового роста. А тут, я смотрю, и кровати, и стулья со столами, и клозеты – всё для высоких.
РЫЖАЯ СОНЯ: ну кровати – какая вам разница? А что до столов со стульями – так у вас вон стулья с подножками, чтоб забираться было легко. И в клозетах везде есть приставные ступенечки и специальные сидушки. Захотел – поставил, захотел – снял. А то если для каждого делать индивидуально, то разориться можно. А про лежаки с шезлонгами вообще смешно, вон хоббиты в них вчера с превеликим удовольствием сидели.
ПИН: ну да. Они хоть и для больших, но какие-то такие… удобные.
КИЛИ: ну ладно. А что у нас сегодня на завтрак?
РЫЖАЯ СОНЯ: а сейчас узнаем. Эй, Гваэглосс, что ты нам там сегодня приготовил?
ГВАЭГЛОСС (выглядывая из кухни с большой ложкой в руке): лапшу по-лориенски с овощами, рыбу по-тэлерийски в сухарях, с белым соусом, булочки с маслом и чай. Чёрный, кхандский.
РЫЖАЯ СОНЯ: пойдёт. Ну что, давайте, наконец, завтракать!
(из дверей кухни появляется Гилморн с тележкой, уставленной тарелками и стаканами. Все видят, что у него под глазом огромный запудренный фонарь)
ЛЕГОЛАС (шепотом): о как. И кто же, интересно, дал ему в глаз?
ХАЛДИР: ой. Наверное, он к кому-то приставал, вот и получил.
КЕЛЕГОРМ: и поделом.
ЛЕГОЛАС: вот только к кому он приставал?
ЛИНДИР (посмеиваясь): ни к кому.
КЕЛЕГОРМ: ну а фингал-то откуда?
ЛИНДИР: Не поверите. Ночью я встал в туалет, а туалеты-то за домиками для персонала. Ну, иду мимо, слышу из окна, как Гваэглосс на Гилморна ругается нехорошими словами, что он, цитирую, «шлюха и матросская подстилка». Гилморн оправдывается, говорит, что он «просто пил ром с моряками, и всё». И тут раздаётся такой смачный удар, я аж вздрогнул.
ЛЕГОЛАС (хихикая): то есть… это получается, что «он» - это Хамдир?!
ХАЛДИР: ой.
КЕЛЕГОРМ: а я ничуть не удивлён. Они нашли друг друга.
ЛЕГОЛАС: Турка, ты не понял. Видишь ли… некоторое время назад, еще совсем не так давно, Хамдир заявлял, что Гилморн позорит светлый образ геев и всякое такое, и что он, Хамдир, его презирает. А тут… мало того, что он теперь, по выражению самого Гилморна, его вторая половинка, так он ещё и ревнивая вторая половинка!
КЕЛЕГОРМ: хе-хе. Забавно. Но главное – что теперь-то они ни к кому не полезут, и что Гваэглоссу сама судьба отмстила. Я так думаю.
ЛЕГОЛАС: да и Гилморну, если подумать, тоже. Уж не ведаю, любовь у них или что ещё, но есть у меня такое подозрение, что никуда теперь они друг от друга не денутся.
ЛИНДИР: кстати, сдаётся мне, что за этот фингал Хамдир вчера же и расплатился. Вон, гляньте на него, у него же губа распухшая.
(все смотрят – и верно, у Гваэглосса распухла губа, как будто ему кто-то её разбил… ну или укусил)
ЛЕГОЛАС: мда. Нет, они точно нашли друг друга.
(Мрачный Гилморн раздаёт завтрак молча, но вежливо. Закончив, он увозит тележку на кухню, и потом садится за столик для персонала. К нему присоединяется Гваэглосс.
Келегорм настороженно пробует свою еду, но она выше всяких похвал – видно, Гваэглосс оставил попытки ему отомстить.
Завтрак заканчивается довольно быстро, и Гилморн собирает грязную посуду, а Соня делает объявление)
РЫЖАЯ СОНЯ: Сегодня, господа отдыхающие, после обеда для всех желающих будет кино. А до обеда все, кто хочет, могут покататься на бананах. Впрочем, на бананах кататься можно каждый день, только заранее подавайте заявки мне или Маэглину. А вечером будут танцы и караоке, для всех желающих.
МЕРРИ: танцы пофигу, а на банане я покатаюсь с удовольствием.
(поворачивается к выходу из «столоффки», смотрит на море… и замирает столбом)
СТАРШАЯ П.: Мерри, что такое?.. Ой!!!
ПИН: да что слу… мама…
ЭЛРОНД: Что это за шуточки?!
ЛЕГОЛАС: где мой катер?!
ГИМЛИ: КТО ПОСМЕЛ СПЕРЕТЬ МОЮ ЯХТУ?!
(действительно, у причалов нет ни одного судна: ни изящного катера Леголаса, ни военного катера Элронда, ни гондорской яхты, ни «Якрутого» Мерри, ни роскошной яхты Гимли, ни парусников Келеборна, Кэрдана и Келегорма, и даже маленького катерочка Кили и ободранных «Умбарских пассажирских перевозок» тоже нет)
РЫЖАЯ СОНЯ: что за хрень?!
МАЭГЛИН: блин, во фигня. Остался только наш служебный катер. Где все остальные?!
(все в ступоре, настолько поражены увиденным. Внезапно темнеет, сверкают молнии и… перед выходом из «столоффки» появляется…)
ВСЕ (кто раньше играл в «Последних героях»): Зараза Мантас!!!
МАНДОС: Добрый день, господа и дамы.