Перекину я и сюда, а?
На объективность и прочее не претендую, все очень лично, эмоционально и невычитано))
Эссе, чтоли, о том,
кто для меня Торин Оукеншилд из фильма Птиера Джексона "Хоббит"
Я не берусь утверждать, что это - лучшая актерская работа лучшего актера, потому что это, как минимум необъективно. Есть десятки иных актерских работ, которые и цепляют, и подвигают на размышления, не буду тут перечислять многословно по той простой причине, что я ни разу не киноман и наверняка упущу самые-самые потрясающие образы. Но по большей части, они нам современны, они часть нашего понятного мира, они усложняют и саморефлексируют, запутывают и задают вопросы без ответов. Вечный и неизменный постмодернизм: завесить образ за тюлем и муаром метаний и размышлений, усложнить десятком отсылок для самых эрудированных, играть со зрителем в поддавки.
Потому образ, созданный Ричардом Аритиджем, не получит громких наград. Он слишком прост. Он слишком ясен и линеен, он не в тренде.
Вопрос в другом. Насколько нужен оказался такой образ? Для меня он не просто нужен. Для меня он бесценен.
Здесь, где свет и тьма давно смешались и грань между злом и добром безнадежно размыта, бывает очень нужно "вернуть равновесие и ясность восприятия". Это слова просто сухие, а на деле я с изумлением вспоминаю те дни, когда образ Торина для меня раскрылся, и я вдруг ощутила, что наконец-то удовлетворена моя давняя, жгучая, но совершенно безотчетная потребность. Будто из душной комнаты вырвался к морю в шторм, будто глаза, уставшие созерцать серые стены домов, вдруг увидели белоснежную гряду гор на горизонте. Первозданность. Чудо свежего взгляда. Песнь Валар, недавно отзвучавшая, и слух с изумлением ловит ее отзвук в мире.
Торин звучит этой Песнью. Его цвета просты и чисты, но они сияют так, будто недавно только были придуманы, созданы и названы. Его слова просты и понятны, но они звучат так, будто впервые произнесены под этим небом. Преданность, честь и горячее сердце. Большего я просить не смею... Банально? Штамп? Но все штампы были когда-то единственно верными решениями, и именно их верность сослужила им плохую службу. Их затерли, затаскали, ввели в обыденный обиход. Правда, их верность и истинность никуда не делась. Нужен только тот, кто зажжет их своим светом, и они зазвучат, как в первый день творения.
Это коллективный миф, это подспудный свет в каждом из нас. Не тот коллективный миф, который придумал Юнг, темный, социально-приспособленный, система наших давних архетипов. Что-то иногда поет чуть слышно в груди, то, что не дает бросить камень в лежачего или переступить себя, когда это нужно. То, что манит, и тащит, и зовет, и не дает упокоиться в зоне комфорта. Это, наверное, свет истинный, осколок мысли Творца.
"Оно является к нам и в звуках: в музыке, от которой что-то дрожит в груди и учащается сердцебиение, в барабанном бое, свисте, звоне и крике. Оно приходит в записанном или произнесенном слове – временами подобное слово, фраза, стихотворная строфа или история становятся такими звучными, такими подлинными, что заставляют нас хотя бы на мгновение вспомнить, из чего мы созданы на самом деле и где наш настоящий дом."
К.П.Эстес "Бегущая с волками"
Рядом с ним я ожила. Мой мир помолодел - не я, куда мне молодеть - а мой мир, та система, в которой я живу. Он стал моложе лет на тысячу. А может, и вовсе пробился корневой системой к источнику сказок и мифов, архетипов бытия и светлой песни. И за все спасибо ему. Торину Дубощиту и Ричарду Армитиджу. Чтобы вынести в себе такой свет, надо быть не просто великолепным актером, надо быть очень сильным и светлым человеком, чтобы не принизить образ, притушить сияние, а подняться до таких высот и засиять самому.
Удивительный человек.
Удивительное состояние. Надо сделать все, чтобы сохранить его на годы.