[Estell Greydaw]

После конкурса
МАНДОС: что ж, ещё один конкурс вы преодолели. Через пять дней одна из команд покинет вас. А я прощаюсь с вами до завтра.
(исчезает. Игроки, уставшие и потные, разбредаются по своим бунгало – приводить себя в порядок.
В третьем бунгало первой в душ пошла Тхуринэйтель. Арагорн, Боромир, Эомер сидят в передней комнатке и ждут своей очереди)
АРАГОРН: ха, наконец-то мы оказались в первой тройке.
БОРОМИР (держась за живот): да, но какой ценой…
ЭОМЕР: угу… боюсь, что я не буду ужинать. И завтракать, наверное, тоже.
АРАГОРН: зато мы поправили своё положение по очкам.
БОРОМИР: не хочу тебя расстраивать, но мы всё равно позади всех. У всех по восемь-девять очков, а у нас – семь.
АРАГОРН: но ведь это только второй конкурс. Ещё нагоним.
(Боромир вдруг вскакивает и убегает, держась за живот. Эомер с недоумением смотрит ему вслед. Потом вдруг меняется в лице и тоже убегает. Арагорн пожимает плечами… и тут вдруг ему тоже припирает в туалет. Он выскакивает за дверь и убегает в сторону сортиров.
В первом бунгало все в расстроенных чувствах. Келегорм злится и метает в стенку бунгало свой карманный нож, Леголас уныло лежит на кровати. Линдир ходит по комнате мрачный. Халдир ушёл в душ и включил там только холодную воду)
КЕЛЕГОРМ: ну вот, продули из-за каких-то бананов.
ЛИНДИР: ненавижу бананы.
ЛЕГОЛАС: и подумать только – нас обскакали хоббиты и Келеборн с Арагорном!
КЕЛЕГОРМ: что нас обскакали хоббиты – это как раз фигня. Хоббиты, как я понимаю, к сельскохозяйственному труду привычны и приспособлены, тут я не удивлён. А вот Келеборн с уруками и Арагорн с компанией…
ХАЛДИР (вернувшись из душа): Турко, ты многого не знаешь о владыке. Он очень упорный и целеустремлённый. А уж Кэрдан-то… Ты б видел, как Кэрдан в первом Последнем герое жаждал выиграть и на что ради этого он был способен. И если б тогда Мандос не схитрил, то Кэрдан бы и выиграл. Так что как раз тем, что нас обошли они, я не удивлён.
(мрачный Леголас встаёт с кровати и уходит в душ, где тоже моется только холодной водой)
ЛИНДИР: да уж… Ну ладно Келеборн и Кэрдан… Но Эомер с Арагорном!!! Это же вообще нереально.
ХАЛДИР: вот именно. Особенно Эомер – раньше он особой любовью к работе никак не отличался.
КЕЛЕГОРМ: подозреваю, они как-то сжульничали.
ХАЛДИР: но как?!
КЕЛЕГОРМ: не знаю. Но подозрение такое у меня имеется.
(приоткрывается дверца душа и оттуда высовывается голова Леголаса)
ЛЕГОЛАС: и у меня тоже, Турка, есть такое подозрение. Ну ничего, рано или поздно всё тайное становится явным. Я их ещё подловлю!!!
(скрывается в душе. Линдир, прихватив полотенце, уходит на пляж – ополоснуться под пляжным душем. Келегорм, подумав, следует его примеру. Помытый Халдир падает на кровать и засыпает.
Во втором бунгало бушует Эллениэль)
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: ну подумать только!!! Нас обошли роханец и два гондорца с вампиркой!
ЭЛЛАДАН: а почему тебя не беспокоит, что нас обошли Кел, Кэрыч и уруки?
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: потому что я отлично знаю владыку Келеборна и уважаю Каску с Луртцем. Они-то как раз способны на такое. Но вечный лентяй Эомер и раздолбай Боромир!!!
ЭЛРОНД: да, мне тоже кажется, что тут что-то не то.
ГЛОРФИНДЕЛ (сгребая жену в охапку): милая, перестань нервничать. Всё равно по очкам Арагорн с компанией позади всех. Идём лучше в душ.
(утаскивает Эллениэль в душ. Проводив их взглядом, Элронд и Элладан идут во второй душ. Там, намыливаясь, Элладан вдруг спрашивает у отца кое-что)
ЭЛЛАДАН: пап, а скажи мне честно: ты хочешь выиграть потому, что хочешь, чтобы вернулась мама, или потому, что просто хочешь выиграть?
ЭЛРОНД: если быть совсем откровенным… я сначала хотел бы, чтобы вернулась Келебриан. Чтобы я хотя бы мог попросить у неё прощения – за то, что, пока её не было со мной, я имел дело с другими женщинами. Но… вчера вечером я вдруг сумел установить с ней осанве. Это может показаться невероятным – но вот получилось. И оказалось, что она меня ничуть не осуждает, потому что понимает: у меня как у полуэльфа двойственная природа. И иногда я ничего не могу поделать с этой природой, хотя и жалею потом о последствиях. Она знает про Амариэль и про мои приключения с матерью Эллениэль и… кое с кем ещё. Но не держит на меня обиды.
ЭЛЛАДАН: но почему же она не вернётся?
ЭЛРОНД: она сказала, что не может – потому что здесь, в Средиземье, с ней случилось ужасное, и она до сих пор не исцелилась до конца от пережитого в орочьем плену. Но время всё же залечивает её душу, и она ждёт, что я рано или поздно отправлюсь к ней, в Валинор… или она вернётся ко мне.
ЭЛЛАДАН (смывая с себя мыло): а… в таком случае, какое желание ты загадаешь, если вдруг выиграешь?
ЭЛРОНД: чтобы Глорфи окончательно исцелился от несчастной любви к Мэалинмель и забыл о ней. Тогда он сможет наконец полюбить Эллениэль по-настоящему.
ЭЛЛАДАН: тогда… тогда я тоже изменю желание.
ЭЛРОНД: какое?
ЭЛЛАДАН: извини, папа, но пока не скажу. Может, потом.
(резкими движениями вытирается и выходит из душа. Элронд же поворачивает кран и долго стоит под потоком холодной воды, закрыв глаза.
В четвёртом бунгало хоббиты очень довольны: наконец-то они оказались в первой тройке)
МЕРРИ: я же говорил! Я же говорил, что мы им всем покажем!
СТАРШАЯ П: ага! Надеюсь, следующий конкурс будет тоже для нас.
МЛАДШАЯ П: хотелось бы, но я бы всё-таки не обнадёживалась. Чтоб потом не расстраиваться.
ПИН: Портфи права. Надо трезво смотреть на жизнь.
МЕРРИ: да ну тебя, Пин. Трезво… какое трезво?! Я праздновать хочу! О, у нас осталось вино, которое нам Мандос вчера подарил. Давайте его выпьем!
(все соглашаются и откупоривают бутылки. Вино оказывается очень вкусным, и хоббиты долго его смакуют.
В пятом бунгало Кэрдан, несмотря на победу, почему-то не очень доволен)
КЕЛЕБОРН: Послушай, Кэрдан. Я что-то тебя не пойму: то ты был недоволен, что мы проиграли вчера, теперь же, когда мы попали в первую тройку, ты тоже чем-то недоволен.
КЭРДАН: я недоволен тем, что мы не заняли первое место. И недоволен тем, что нас обошли какие-то недоростки.
КЕЛЕБОРН: опять твой расизм полез из всех щелей? Ну сколько же можно, на дворе уже Четвёртая эпоха! Уже не те времена, когда можно быть расистом.
КЭРДАН: ну-ка, ну-ка, а с чего бы вдруг в нынешние времена нельзя быть расистом?
КЕЛЕБОРН: потому что в нынешние времена изоляции разных народов настал конец, и ради общего для Средиземья блага мы все – и эльфы, и люди, и гномы, и хоббиты, и орки с урук-хаями – мы все должны отринуть старые косные установки и взгляды. Уже нельзя сидеть по своим углам и жить по старинке. Мир меняется, Кэрдан, и меняется стремительно. Ну вот ты сам говорил, что ты всё знаешь о компьютерах и программировании, а это самое новое веяние. Я вот в этом практически не разбираюсь. Но почему-то при том, что в таких вещах ты вполне, как говорит современная молодёжь, продвинутый, в то же время в социальном плане ты словно прямиком из Первой Эпохи вынырнул. Вон Келегорм – и тот в этом смысле лучше, чем ты.
КЭРДАН (с удивлением смотрит на Келеборна): просто он лучше притворяется.
КЕЛЕБОРН: не думаю.
КЭРДАН: а я вот думаю. Никогда не поверю, чтоб сын Феанора стал толерантным и, как ты выражаешься, продвинутым.
КЕЛЕБОРН: твоё дело. Но только я тебя прошу: перестань наконец демонстрировать всем свою депрессию. Депрессию не надо демонстрировать, с ней надо бороться.
КЭРДАН: и как?
КЕЛЕБОРН: попытайся во всём видеть позитивные стороны. Ну вот сегодня мы вошли в первую тройку. Это хорошо. Вчера мы сделали доброе дело – это тоже хорошо. И далее в том же духе.
КЭРДАН: нет, пожалуй, не хочу. Что бы ты там ни думал, мне нравится тот я, каким я сейчас являюсь. И моя депрессия мне тоже по нраву. Лучше дай книжку и шнур, я перепишу себе «Молот и наковальню». Хоть развлекусь, что ли…
(Келеборн пожимает плечами и отдаёт Кэрдану электронную книжку и шнур к ней. Сам уходит на пляж – поплавать. Из соседней комнаты выходят Красная Каска и Луртц, странно смотрят на Кэрдана, но ничего не говорят и тоже идут на пляж.