|
Доставляю всегда, везде!
Регистрация: 21.06.2003
Адрес: Арда
Сообщений: 3,256
Лайки: 0
|
(Кили передаёт сомбреро Младшей Портофелии)
МЛАДШАЯ П: Жил когда-то один богатый хоббит, и была у него жена, да была у него дочка. Но вот пришла пора этому хоббиту помирать.
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: только не говори, что и это какая-нибудь сказочка с философией.
ПИН: нет, это очень страшная история. Я её знаю.
КЕЛЕГОРМ: у хоббитов – страшная история? Не поверю.
СТАРШАЯ П: и напрасно. Ты лучше слушай.
МЛАДШАЯ П: так вот. Позвал старый хоббит жену, и говорит: «Пришел мой смертный час. Жил я долго, добра нажил много, да вот только детей, кроме дочки любимой, не заимел. Непорядок это, всякий хоббит должен плодить да множить свой род. Но, видно, такая моя кара от королевы эльфов». Жена удивляется: «Какая кара, что такое?» Старый же хоббит и говорит: «Не рассказывал я тебе этого, да теперь уж всё равно помирать, так что слушай. Так вот, в молодости был я на вид порядочным хоббитом, а на самом деле – великим вором и взломщиком. Нанимали меня для этого дела и гномы, и эльфы, и люди, только на орков я не работал. И вот так прошло двадцать лет моей жизни. Решил я остепениться, благо что и добра всякого заработал немало. Но осталось последнее дело, отказаться от которого я не смог – уж больно славный был куш. Подрядили меня гномы обокрасть эльфийскую королеву, правительницу зачарованного леса. И украсть я должен был для них всего-то одну вещь – печать королевскую. Награду за то мне обещали просто невероятную, а я как раз жениться собрался. Ну так вот, пробрался я в эльфийский лес, миновал все ловушки, все караулы, но печать украл. А пока я её искал в королевских покоях, приглянулось мне там платьице славное – белый шёлк, шитый серебром да хрустальными бусинами. Решил я его себе взять – чтоб свадебное платье моей невесте было, благо что платьице было для эльфийской маленькой принцессы пошито».
ХАЛДИР: кстати, что-то такое припоминается… Слыхал я рассказы, что когда-то у Келебриан, когда она была совсем маленькой, пропало её любимое платье.
ЛЕГОЛАС: выходит, Бильбо был не первым хоббитским взломщиком!
МЕРРИ: а как же. Мы, хоббиты – народ скрытых талантов.
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: давайте дальше послушаем. Мне интересно стало.
МЛАДШАЯ П: «Вот, покинул я этот лес, отдал гномам печать, себе платье оставил, да и домой отправился. А потом и свадьбу сыграл. Прекрасной была моя невеста в эльфийском платье, да вот только недолгим было счастье. Утром проснулся я на брачном ложе – а рядом труп лежит».
ЛУРТЦ: охренеть. Вот прям так?
МЛАДШАЯ П: ага.
ЛИНДИР: хорошенькая история.
ЭЛЛАДАН: а это потому, что красть нехорошо. Мама ведь, наверное, очень расстроилась, когда её любимое платье пропало.
КЕЛЕГОРМ: Ты хочешь сказать, эльфинитов сын, что твоя бабка могла так вора проклясть, что у него жена померла?
ЭЛЛАДАН: моя бабка много чего может, не сомневайся, Турка.
ХАЛДИР: не думаю, чтобы владычица до такого опустилась.
ЭОВИН: да ладно вам, это же сказка. Портфи, продолжай.
МЛАДШАЯ П: На этих словах старого хоббита его жена в ужасе закричала: «Так что, я не первая тебе жена?!» Тот отвечает: «Увы, дорогая. После того я женился ещё дважды, вторая и третья тоже померли в брачную ночь. И понял я, что это потому, что они платье надевали эльфийское. Тогда я и на тебе решил жениться, но платье спрятал подальше, и хотел его сжечь, да только не горело оно. Я его и резать ножницами пытался – не режется. Словом, пришлось спрятать его в сундук, а сундук запрятать в глубокий подвал. Вот, помираю я, и решил тебе рассказать, чтобы ты или дочка его случайно не надели. Пусть уж оно хранится и дальше, раз уж уничтожить его нельзя». Сказал так хоббит и помер. Похоронили его, а жена стала имущество разбирать – и одолело её любопытство, захотелось ей на платье заколдованное посмотреть. Нашла она сундук с ним, открыла – а платье и правда очень красивое. Ей даже надеть захотелось, но она помнила рассказ мужа, и закрыла сундук. Смотрит – а рядом дочка, и на сундук глазеет. Тут хоббитянка и говорит ей строго: «Не смей, дочка, никогда это платье надевать!» Сказала так – а самой ещё сильнее захотелось платье примерить. Но крепилась вдова… долго крепилась, аж два месяца. И не выдержала – всё-таки примерила.
ЛИНДИР: и что?
МЕРРИ: ну и померла, конечно же.
МЛАДШАЯ П: ага. Утром нашли её в постели мёртвой. Похоронили… а дочка стала имущество разбирать и нашла сундук с платьем. И ей тоже его примерить захотелось. Она терпела-терпела, да и не вытерпела. Надела. И тоже померла. А их имущество унаследовали пятиюродные племянники и выставили на продажу. И платье купила одна богатая семья для старшей дочки.
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: дай угадаю. Дочка надела и наутро умерла?
МЛАДШАЯ П: да. В общем, в той семье вымерли все женщины.
ЛЕГОЛАС: это прямо какой-то хоббитский геноцид получается. И всё только из-за одного платья? Как же с ним справились, если до сих пор хоббиты вполне себе существуют?
КЕЛЕГОРМ: а ты что, поверил в эту историю?
ЛЕГОЛАС (пожимая плечами): да мало ли.
МЛАДШАЯ П: а никто не знает, что сталось с платьем. Когда умерла последняя девушка из той семьи, в которой купили платье, их дедушка взял его, запрятал в сундук, где-то сундук спрятал, а сам повесился – чтоб никому не проболтаться. Так что где-то это платье в Шире спрятано, и до сих пор хранится. И поэтому у нас теперь никогда не наряжают невест в чисто белое платье – а вдруг это окажется то самое. Вот я выходила замуж – на мне было платье белое в розовую полосочку с розовыми и золотыми кружевами. А на Портфи Старшей – в зеленый горошек и с золотыми цветами из кисеи.
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: ужас какой-то.
ПИН: так ведь и история-то страшная.
ЭЛЛЕНИЭЛЬ: я не о том, Пин. Кстати, чья очередь дальше рассказывать?
МЕРРИ: Моя. (нахлобучивает шляпу). Вот чего бы вам рассказать… Ага. Ну раз уж мы пошли рассказывать страшные истории из жизни хоббитов, то я продолжу. И это, без дураков, реально страшная история. Слушайте. Есть у нас в Шире место, куда никто не ходит, и где никто не живёт. Теперь там жуткие заросли, бурьян да чаща лесная. А раньше был там богатый хутор с большим хоббитским домом-норой, всё как положено: просторные ходы, большая круглая дверь, камин в гостиной и всё такое. Вот только одно смущало жителей Хоббитании: никто из хозяев там долго не задерживался. Все куда-то пропадали. Вообще, построил нору некто Чуддингс, был у нас такой хоббитский род. Построил, жил себе припеваючи, пока в один прекрасный день не постучался к нему в дверь какой-то странный человек. Попросился переночевать, да только Чуддингс тот был жадный и людей не любил, вот и послал бродягу на все четыре стороны. Тот в ответ сказал: «Ах так! Ну тогда не жить в этом доме никому долго и счастливо». И ушёл. А Чуддингс на пятый день после того пропал. Как не было. Родичи понабежали, всю нору перерыли – не нашли Чуддингса. И двери все, что странно, были изнутри заперты. А между тем Чуддингс пропал. Прошло так три года – его уж и искать перестали, и пришло время наследникам в наследство вступать. А наследником главным был старший племянник Чуддингса. Вселился он в эту нору, зажил там припеваючи… а через полгода исчез. Причём точно так же, как и его дядюшка – из запертого изнутри дома. Через три года наследство перешло к другому из рода Чуддингсов, да только и он долго не прожил – тоже пропал. И так тянулось сто лет.
ЛЕГОЛАС: погоди. Сто лет? Это получается, они вступали в наследство примерно каждые четыре-пять лет?
МЕРРИ: почему?
КЕЛЕГОРМ: ну ведь ты же сказал: никто не жил в том доме больше года. А потом ещё три года ждали, когда в наследство можно вступить. Получается, четыре, максимум пять лет между разными владельцами. То есть, за сто лет пропало не меньше двадцати хоббитов – и никто ничего не заподозрил?
МЕРРИ: ничего. У нас не принято нос в чужие дела совать, если они такие стрёмные и мрачные. Ну так вот, перевёлся таким образом весь род Чуддингсов, остался только один-единственный. Уж он так не хотел это наследство получать, так не хотел… но потом подумал и решил, что надо всё-таки выяснить, куда же деваются хозяева норы. Он заподозрил, что все они исчезали ночью. А раз так, надо ночью не спать – вдруг получится выяснить, что же происходит. И этот хоббит построил в своём садике сарайчик, поставил там кровать и стал там спать днём. А по ночам он бродил по норе и ко всему присматривался. И заметил, что по ночам в спальне что-то щёлкает. Причём возле кровати. Тогда он сделал из соломы чучело и положил его на кровать, а сам спрятался в шкаф в спальне и стал следить в щёлочку, что же будет. И вот однажды ночью защёлкало ещё сильнее, чем обычно, и вдруг кровать провалилась под пол. Хоббит выскочил из шкафа, подбежал к дыре – и увидел, что под кроватью, оказывается, открылся глубокий ход. Он, не раздумывая, прыгнул туда и побежал по этому ходу. А ход сначала был отвесный, но потом стал ровным, горизонтальным. А щёлканье становилось всё громче и громче… и тут хоббит в ужасе увидел… огромные зубы, которые росли прямо из стенок норы. Они-то и щёлкали.
ЛУРТЦ: ага, так это нора, получается, их всех зохавала?
МЕРРИ: точно.
ЛЕГОЛАС: бред какой-то.
ПИН: ничего не бред. Это правда очень страшно. Представь себе, что твой родной дом вдруг решает тебя съесть. Это же жутко!
ФИЛИ: ой, и правда.
МЕРРИ: во-во. Так вот, этот хоббит был не робкого десятка. Он подождал, посчитал, с каким интервалом щёлкают зубы. А пока он ждал, вдруг из глубины за зубами вылетела пустая кровать и пронеслась мимо него наверх – он едва пригнуться успел, чтоб его не сбило. И после этого он улучил момент и прыгнул за зубы. Они только хлястик на его кафтане откусили, да и всё. И вот пошёл хоббит по этому ходу дальше. А чем дальше шёл, тем горячее и вонючей всё становилось. Он нос зажал и побежал быстрее… а потом увидел свет в конце тоннеля. И оказалось, что это махонькая норка наружу. Он едва протиснулся, и скатился в глубокий овраг, обо что-то стукнулся и потерял сознание. А когда очнулся, увидел, что лежит он на огромной куче хоббитских костей, а рядом валяется разорванное чучело, которое он ночью в постель вместо себя положил.
РЫЖАЯ СОНЯ: то есть, получается, что он через задницу этой норы вылез? Блин, и мне жутко сделалось. Бр-р!!!
ЭОВИН: действительно, как-то это совсем уж…
КЕЛЕГОРМ: а что было потом?
МЕРРИ (пожимает плечами): ну, этот Чудингс был не дурак, сразу понял, что к чему, выбрался из оврага и побежал к хоббитам. А те видят – он седой весь и жутко старый.
ЛИНДИР: отчего?
МЕРРИ: ну как от чего? От страха. Так вот, рассказал он хоббитам, в чём дело, и тогда вход в ту нору замуровали, а место порешили забросить навсегда. Ну вот с тех пор никто там не селится, никто туда не ходит, да и вообще…
ПИН: Мерри, ну вот зачем ты мне эту жуткую историю напомнил? Я теперь заснуть спокойно не смогу.
МЕРРИ: а раз ты такой пугливый, то вот тебе шляпа, и рассказывай теперь ты историю.
__________________
ЛЕГОЛАС: жаль, что в пределах возможного. Потому что то, что находится в этих самых пределах, мне как раз и не нужно (с) - ПГ-2.
|