Не могу ставить лайки, интернет тормозит - простите! Всем спасибо!
Морозко, твой приз - держи.
Бесконечный день. И когда он уже закончится. Она посмотрела на часы — половина пятого. Еще целых полчаса!
В дверь робко постучали. Морозко крикнула, не поднимая глаз от своих записей.
- Заходите! Раздевайтесь.
Вошедший был очень высок, худ и черноволос. Он скромно повернулся к доктору спиной, расстегивая рубашку. Морозко мельком взглянула на него и вздрогнула. За время своей работы она видела множество татуированных спин, но такого китча еще не встречала. Такой ужас мог быть на спине только одного человека...
Человек обернулся и блеснул фиксой.
- Доктор, я... это...острохондроз у меня. Болит, сил нет. Помоги, а?
Морозко выдохнула. Видимо, это не уникально — жуткие купола на спине.
- Да, конечно.
Мужчина с помятым лицом снова сверкнул золотом, улыбаясь, и подмигнул девушке.
- Роспись моя понравилась? Восемь лет, от звонка до звонка. Дело прошлое, сейчас я вполне уважаемый человек.
- Да-да, - спохватилась Морозко, выходя из ступора. - Повернитесь, пожалуйста.
Закрыв кабинет, она вышла в коридор. Покорные бабушки замерли на скамейках вдоль стен, одни и те же, будто часть обстановки. Морозко прошла мимо них, стараясь не очень стучать каблучками. Выйдя на улицу, она вдохнула прохладный, пахнущий дождем и листьями осенний воздух, и улыбнулась, сама не зная, чему.
- Я тоже люблю осень, - сказал кто-то у нее за спиной глубоким, хорошо поставленным голосом. В голосе слышалась улыбка. Морозко обернулась. Улыбка пряталась среди морщинок-лучиков у глаз, синих, как черника. Улыбка освещала лицо изнутри, таилась у губ, готовых в любой момент выпустить ее на волю. Морозко удовлетворенно вздохнула. Она думала - подарок под подушкой, а он нашелся в прихожей под вешалкой...
- Здравствуйте, Лукас. Осень — ваше время, правда?
Он спрыгнул с парапета, на котором сидел.
- Странно, что вы это сказали.
- Извините.
- Да нет, вы правы, наверное, - он оглядел позолоченные кроны деревьев, глянул на небо цвета крыла сойки и его глаз, и наконец, светло улыбнулся. - Это мое время.
Они шли и просто болтали обо всем на свете — о музыке и любимых фильмах, о неподвижных деревьях и вечно бегущих облаках, об утренних туманах над Вяткой и Темзой, об осени и скорой холодной зиме. Замерзли и зашли в тепло, посидели за столиком с кофе и шоколадным мороженым, увлеченно глядя немое кино за окном. Морозко рассказала о сегодняшнем пациенте в куполах, а Лукас показал загадочные буквы на запястье.
- И что же это значит? - спросила девушка, проводя пальцем по полустертым знакам.
- Понятия не имею, - пожал плечами Лукас, накрыл ее руку своей ладонью и лукаво усмехнулся. - Парень перо пробовал, тренировался. Может, это инициалы его любимой тещи?
- А основное творение — это Блейк на груди? - поинтересовалась Морозко, стараясь, чтобы голос не дрожал.
- Мне больше нравится «пока дышу — надеюсь», - почти серьезно ответил Лукас.
- Мне тоже, - кивнула она. - Мне тоже...
Город прихорашивался перед вечерним выходом, примеряя сверкающие гирлянды фонарей. Обычные панельные дома превратились в загадочные корабли, сияющие разноцветными огнями. Люди на улицах, будто цветные листья, легко летели по воле ветра, кружась на площадях и растекаясь по узким старинным улочкам. Лукас Норт замолчал и задумчиво смотрел сквозь стекло, на которое вдруг упали первые редкие капли и потекли вниз извилистыми ручейками.
- Дождь пошел... - растерянно сказала Морозко.
- У тебя есть зонт? - обеспокоенно спросил Лукас.
- Осень же, - улыбнулась девушка. - Я всегда его с собой ношу. На всякий случай.
- Это хорошо, - кивнул Лукас и посмотрел ей в глаза. - Потому что мне пора.
- Как? - растерялась она, но тут же постаралась взять себя в руки. - Ну да, конечно. Я понимаю.
- Ты очень хорошая, - Лукас нежно сжал ее ладонь. - Спасибо за вечер.
Он поднялся, высокий, как башня, и улыбнувшись ей одними глазами, смешался с толпой, вытекающей из кафе на улицу. Морозко вскочила, чтобы взглянуть еще один раз, запомнить, впечатать его образ...
- Мы увидимся еще? - крикнула она, не понимая, зачем.
Темноволосая голова повернулась в ее сторону, сияющая улыбка осветила лицо и губы сложились, беззвучно выговаривая слова на чужом языке: «DUM SPIRO SPERO...»