[Осьминогий лось]

Дом и его домочадцы
сочинение на тему "Как я провёл лето"
цикл под общим названием При чём здесь Москва? Я про Гондурас
будет пополняться, полагаю

В тот день Люк сообщил домочадцам, что хочет отдохнуть. Криво улыбаясь, выслушал предложения вместе выпить, вместе поиграть, вместе пойти на футбол, вместе пойти на стриптиз, возможно, даже мужской, вместе заняться медитацией. Глубоко вздохнул и доброжелательно объяснил,что он хочет от-дох-нуть. По-настоящему. От всех. И от всего.
- Поэтому вот билеты. Все необходимые вещи я собрал. Идите и собирайте свои игрушки, книги и походные фляжки, поезд отправляется через пять часов, - железным голосом отчеканил Люк, и все домочадцы поняли, что всё серьёзно.
Потом Винздор назначил старшими сэра Кеннета Брану и Шона Бина, вручил им конверт с деньгами и опись вещей и участников путешествия. Когда достопочтенные джентльмены гордо удалились обсуждать поручение, отозвал в сторонку Эмму и шёпотом спросил: "Ну ты же понимаешь, кто на самом деле ответственный, и кому я могу доверить этих охламонов?" Вручил ей ещё один конверт с деньгами, билеты и документы.
Ехали они в плацкартном вагоне. Половину вагона занимали дембеля, а половину - цыгане. Впрочем, Шон Бин с сэром Кеннетом как-то очень быстро забыли, что они старшие, временно сняли с себя все полномочия и направились в купе проводника. Пить, разумеется.
Эмма вздохнула с облегчением и подумала, что о джентльменах можно не волноваться, там они в полной безопасности и в своей стихии. Ли Пейс тоже не доставлял хлопот. Уселся на верхнюю полку (как он это сделал, оставалось загадкой, но Эмма решила не заморачиваться и беречь нервы) развернул свой любимый плакат про уголок отшельника, закрыл глаза и погрузился в созерцание миров в своей голове.
Мальчишки пялились в окна, шумно переговаривались, задирали друг друга и дембелей, но в общем-то тоже вели себя сносно, не выбегали на станциях (Эмма им строго-настрого запретила, боялась, что они отстанут от поезда) сильно в окно не высовывались и без всяких споров чинно улеглись спать, когда Эмма объявила отбой. Правда вот длиннющие ноги свешивались в проход, с комфортом разместились только Дин и Эндрю Скотт. Но Эйдан и Томочка нашли это забавным и радостно хихикали, поджимая ножищи, а Крису было всё равно, Крис был тренированный и неприхотливый.
Когда все, наконец, улеглись, когда Том с Крисом перестали шептаться, а Дин с Эйданом хихикать и шуметь, когда наступила блаженная тишина, и только колёса отсчитывали своим стуком километры, Эмма поняла, как она устала. И это ещё только начало отдыха! Что там ждёт впереди...
Впереди был следующий день. Цыгане, которые прониклись Томочкой и его рассказами о сказочном восьминогом коне. Весь табор качал головой и восхищённо цыкал зубом. А ещё они умели быть благодарными. Голубоглазый кудрявы мальчик отнёсся к ним по-человечески, и они в ответ не стали приставать к ему спутникам, никто не выпрашивал позолотить ручку, больше того были составлены и разосланы ориентировки, чтобы никакие встречные цыгане не обижали этих людей, не обманывали их, не грабили и не предсказывали плохого будущего.
Дембеля тоже прониклись Томочкой. И даже захотели оставить себе ясноглазого улыбчивого мальчика, поставить на довольствие и сделать настоящим сыном полка. Тут к удивлению всех присутствовавших вмешался Дин. Отважно выступил вперёд и сообщил уважаемым господам офицерам, что это их мальчик, он уже стоит у них на довольствии, и они вовсе не намерены отдавать его кому бы то ни было. Коленки Дина предательски дрожали от страха, голос срывался, а ладони вспотели, но в целом его речь произвела впечатление на дембелей. Они умели по достоинству ценить чужую храбрость. Даже храбрость врагов. А это были не враги, а попутчики, ставшие за время путешествия добрыми приятелями.
И только Эмма снова ни отдыхала ни секунду. Следила за вещами и документами, чтобы их никто не украл (цыгане ведь не сообщили ей о своём решении не грабить голубоглазого мальчика и его спутников) Следила за мальчишками, чтобы они кушали. Следила за Шоном Бином и сэром Кеннетом, чтобы они закусывали. Бегала на станциях в ларёк и добывала лимонад и мороженку для мальчиков, пирожки и жареных куриц для достопочтенных джентльменов, махорку и пиво для дембелей и шоколадки для Ли Пейса.
Когда поезд прибыл, и с цыганами, и с дембелями расставались они добрыми друзьями. Господа офицеры обещали непременно писать "сестрёнке" как они нарекли Эмму. Забегая вперёд, надо сказать, что выполнили своё обещание, агенты Эммы каждый раз недоумевали, когда на адрес агентства приходили письма в треугольных конвертах, от которых исходил слабый запах пороха и махорки.
- Мы ведь поедем в Белый город? - жадно спросил Дин, едва они ступили на земли благословенного Крыма. Спрашивал О'Горман в полной уверенности услышать положительный ответ.
Вопрос этот поверг всех в недоумение, и только Шон Бин попытался приосаниться и ласково пообещал непременно туда отправиться.
Добирались на перекладных, Дин всю дорогу нервничал, извёлся сам и всех окружающих довёл до белого каления, но Эндрю Скотт видел, что это не обычные капризы или хандра Дина, и потому строго-настрого запретил всем его ругать и сам старался отвлечь его от странного беспокойства, рассказывал мальчику смешные небылицы, показывал пальчиковый театр и обещал по приезду сводить в кафе и накормить шоколадным мороженым с сиропом и взбитыми сливками.
Приехали поздней ночью, не было видно ничего, кроме огромных звёзд. Весь остаток ночи Дин ворочался в своей удобной кровати, не мог уснуть, вскочил ни свет ни заря, что было на него совершенно не похоже и очень непривычно и растолкал всех домочадцев.
Зевая и выговаривая что-то неодобрительное, путешественники выползли на набережную, и замерли потрясённые.
- Белый город, - восторженно прошептал Дин и крепко уцепился за руку Эйдана. Так ему было спокойнее.
- Ты знал? - спросил его друг и посмотрел на парня с недоумением, - Откуда ты знал? Почему мне не сказал?
- Я не знал, - серьёзно ответил Дин, - Я просто догадывался.
- Нельзя так просто попасть в Белый город, - едва слышно сказал Шон Бин. Все обернулись на его тихий голос и восхищённо ахнули в недоумении. Шон расправил плечи, помолодел лет на двадцать, и в глазах его читалось знание всех тайн этого мира.
Ли Пейс молча достал из своего рюкзака белый китель, накинул его на плечи Шону Бину и снова погрузился в созерцание миров в своей голове.
Эндрю Скотт взъерошил и без того лохматые волосы Дина и шёпотом сказал: "Спасибо". Мальчишки наперебой заскакали вокруг друга, зашумели, выкрикивая что-то детски-радостное. А Дин стоял оглушённый и потрясённый и сердцем впитывал увиденную красоту.
 

---------- Сообщение добавлено в 03:36 ---------- Предыдущее сообщение было в 03:32 ----------

и, простите, не помню, было нет?
но ведь всё равно не будет лишним
вот вам Дина