[мисси]

А третьего у меня день рождения.
Однажды Крис пришел домой какой-то необычайно взволнованный. Его переполняли эмоции, которые он никак не мог выразить словами, только нечленораздельно булькал что-то себе под нос, а потом, наконец-то, разразился монологом, приличным из которого были только союзы. Пламенная пятиминутная речь – надо заметить, что за это время Хэмсворт ни разу не повторился - казалось, отрезвила его настолько, что последнюю фразу он, внезапно застеснявшись, все никак не мог закончить, мучительно начав только:
- Ну ёп!...
- Твою мать? – невинно хлопая глазами, радостно подсказал Том, как всегда стремясь помочь другу.
Крис оглянулся на него в полном недоумении:
- …ерный тиятр! - закончил он свою реплику наконец.
- Какой-такой театр? – не мог пройти мимо Эндрю Скотт.
- Ну такой… - Крис развел руками, показывая размер, - большой!
- Да ну какой это театр, - лениво протянул проходивший мимо Коля Цискаридзе, - видел я ваш Большой, помойка помойкой.
- Что случилось-то? – спросил как обычно здравомыслящий Люк, порядком уставший от этого абсурда и празднословия, как он мысленно окрестил про себя тираду Криса.
- Да его Халк Хоган сниматься позвал, - как обычно не открывая глаз пояснил Ли Пейс. – В роли себя. В смысле, его. В общем, зовет Криса стать Халком. Да тьфу ты!
- И что?! – от волнения Эндрю Скотт чуть не выронил поднос с сервизом, который зачем-то держал в руках.
- И всё! – как-то обреченно произнес Крис, но потом понял, что его практически никто не понял, только Кеннет Брана тонко усмехнулся. – Мне – играть Халка Хогана?! Да это же примерно то же самое, как если бы Тому предложили сыграть Барсука из «Ветра в ивах». Нет! Уильяма Шекспира! Понимаете? – повернулся он к ошеломлённым слушателям.
- Нуриева! – потрясенно пробормотал Цискаридзе.
- Адонис, - мечтательно закатил глаза Шон Бин, представив себе бесконечную череду смертей и возрождений.
- Королеву Елизавету, - пробормотал себе под нос Эндрю Скотт.
- Так, допустим! – прервал обмен потаенными желаниями Люк. – И что? Полагаю, первый шок от предложения у тебя уже прошел, пора взять себя в руки.
- Просто понимаешь, это же такая тонкая материя – играть живого кумира собственной юности. Ты становишься ответственным не только за внешнюю похожесть – да и это работа гримеров, в конце концов! Не только за то, чтобы убедительно сыграть тот или иной эпизод, но и за мечты и треволнения собственного прошлого, за те тонкие струны, которые создали скрипку твоей души под влиянием этого человека и до сих пор звучат, стоит только невесомо пробежаться по ним пальцами. Более того, на тебя липким снежным комом наваливается ответственность за таких же как ты восторженных юнцов, внимающих таланту оригинала – и ты не имеешь никакого права обмануть их надежды и чаяния! Могу ли я быть уверен, что точно экстраполирую свое восприятие, не исказив ни пяди? Но и разве могу я отказаться?!
Крис осёкся, посмотрел вокруг на ошарашенные лица домочадцев и смущенно пробормотал:
- А еще я в неё ем.