|
Пятница, сестры, пятница.
Дело было вечером, делать было нечего. Две монашки сидели, болтали... и вот последствия.
Вечерело. Две монашки,
Восседали у пруда.
Может быть, играли в шашки,
Отдыхали от труда.
Смотрят вдруг, Патрон выходит,
Напрямик к воде бредет.
И монашек он не видит,
Смело плавать он идет.
Замерли монашки, в тайне,
Наблюдая из кустов,
Как сползает вниз рубашка,
Обнажая дивный торс
Не забыть им этих линий,
Плеч упругих западню.
Задрожали как осинки,
На холодном, на ветру.
Искусали губы в страсти,
Глаз не могут отвести,
От любой Патрона части,
Обнаженки не снести.
А божественные руки,
Прикоснулись тут к ремню.
Вниз ползли со стрелкой брюки,
Увлекая в западню.
Разгорелся глаз и лица,
Только что-то вдруг не так.
Где-то выпорхнула птица,
Начинался кавардак!
Не могли сдержать монашки,
Не по чину дикий смех.
Полетели в воду шашки,
Позабыт настрой утех.
И стоит Патрон у брега,
Удивленный и нагой.
Только труселя в полоску
Он оставил за собой.
|