Спасибо,
Хару! Мне почему-то так и подумалось
Сны в стиле киберпанк. Часть вторая.
***
Она шагнула и они оказались на темной площадке, где тускло горела под потолком одинокая лампочка, похожая на диод от старого телевизора. Грязно-серые стены были пусты, и Росса подумала, что, наверное, была бы рада даже хулиганским надписям на них, сделанным живыми людьми. Дверь в квартиру напротив вдруг со страшным скрежетом соскочила с петель и влетела внутрь, будто кто-то изо всех сил пнул ее ногой, только на площадке, кроме них с Джоном, никого не было. Темная масса под ногами стала медленно вливаться в открытый проем. Росса вздрогнула и шагнула ближе к Портеру. Джон потянул ее за собой вниз по лестнице. Росса спотыкалась на каждом шагу, Джон замедлял шаг, и девушка чувствовала себя виноватой за задержку.
- Прости, что-то ноги не идут, - пожаловалась она. - Или ступеньки какие-то не такие...
- Скорее - никакие не ступеньки, - мрачно отозвался Джон и Росса вдруг осознала, почему так трудно идти: привычные ступени превратились в гладкий бетонный спуск. По стенам заструились уже привычные колонки цифр и неизвестных науке знаков, сами стены изогнулись, будто отшатнувшись от инородных живых тел в этом странном цифровом мире, потолок терялся во тьме - а они все шли и шли, спускаясь, как по огромной наклонной трубе, не слыша звуков, кроме собственных шагов.
- Мы уже слишком долго идем, - прошептала наконец Росса.
- А разве ты не на десятом живешь? - попытался пошуть Джон, но по голосу было слышно, что он нервничает не меньше нее.
- Джон... - начала она, но Портер предостерегающе поднял руку и, наклонившись, выдохнул ей прямо в ухо:
- Мы здесь не одни...
Россу окатило липким холодным страхом и она крепче сжала единственное, что внушало ей надежду - теплую ладонь Джона Портера.
Монотонный спуск гипнотизировал и вгонял в ступор. И лишь одно держало путешественников в тонусе - все, что случалось в этом странном и скучном мире - случалось всегда неожиданно.
Джон резко остановился и прижался к стене. Позади раздавался стук, будто с горки катилась огромная железная бочка. Звук быстро приближался. В мутных сумерках Росса начала различать какое-то движение, когда Джон вдруг резко сжал ее руку и заорал:
- Прыгай!
Не успев ничего спросить, не успев даже подумать, она прыгнула как можно выше, зажмурившись от страха. Под ногами прокатилось тяжелое и железное, осыпав пространство дробным визгливым грохотом. Джон быстро прижал ее голову к себе и прошептав: "умница", наклонился и стал шарить по полу.
- Что это было? - Россу почему-то трясло.
- Понятия не имею, что это была за хрень, зато знаю, что из нее сыпалось, - и он вложил в руку девушки несколько теплых полых латунных трубочек. Росса испуганно посмотрела на ладонь и подняла глаза.
- Это что, гильзы?
- А то, - мрачно усмехнулся Джон. - Автоматический пулемет. А ты молодец, высоко прыгаешь.
Ноги как-то сами подкосились и девушка осела на пол. Джон протянул ей бутылку с водой.
- Держись. Я кажется, понял, как устроено это место.
- Когда ты успел это понять? - зубы стучали и вода проливалась мимо.
- Пока мы шли, - спокойно ответил Джон. - Это похоже на паутину. Из центра расходятся радиальные коридоры - по ним можно спокойно идти, это как несущие нити, они не опасны. Их пересекают более узкие ходы - как липкие ловчие нити паутины. Мы с тобой попали в узел из двух нитей - и сразу же сработала ловушка.
- Господи, Джон, что за фантазии! - сорвалась Росса, не выдержав напряжения. - С чего ты это взял? Мы же просто шли по коридору!
Джон прижал ее к себе, успокаивая и согревая.
- Чшшш... Это ты просто шла по коридору. А я обошел три ловушки, и дважды чуть не свернул в узкий ход. Не беспокойся. Я знаю, что я прав, и знаю, куда нужно двигаться.
Росса подняла голову и посмотрела на него. Серое лицо, серые глаза, прозрачные, как летние сумерки...
- Прости. Пойдем дальше?
Он встал и помог ей подняться.
- Где же у этой кошмарной паутины центр? - пробормотала Росса, будто про себя.
- А то ты не знаешь, - хмыкнул Джон. - В твоей квартире, разумеется.
Она даже не заметила, как они вышли на улицу. Сумерки не поредели, просто стены исчезли и впереди почудился давно уже забытый простор. Росса вдохнула полной грудью, но даже дыхание не приносило больше радости: воздух был спертый, он поддерживал жизнедеятельность, но не имел ни вкуса, ни запаха. Девушке показалось, что она сама стала серой, насквозь пропитавшись этим мертвым газом для дыхания, что кровь превратилась в машинное масло, и стало гадко на душе и тяжело на сердце, но ни одной слезинки не выкатилось из сухих глаз.
- Какая мерзость, Джон, - ужаснулась она и получила в ответ крепкое пожатие. - Куда пойдем дальше?
- Мы должны освободить девчонок, вывести их из паутины так же, как я вывел тебя. Я примерно представляю, кто где живет. Так что - спасатели, вперед!
Россе не хотелось с ним спорить, но...
- Джон, а ты хотя бы примерно представляешь размеры нашей страны?
- Ну... да, а что? - почесал бровь Джон Портер.
- А то, что на это потребуется, как минимум, месяц, если, конечно, не учитывать, что никакого транспорта у нас нет.
- И месяца у нас нет, - сказал Портер и потянул ее за собой вперед. - А вот транспорт нашелся.
На тротуаре (или как это тут называлось) лежал брошенный в маслянистой луже мотоцикл. Джон поднял его и вытащил из воды.
- Джон, но хозяин... разве это не угон?
- Не думаю, - пробормотал Портер, возясь с зажиганием. - На лужу посмотри.
Росса повернулась и глянула. Лужа как лужа. Темная глянцевая вода. Только в глубине мерцали желтые искорки, собираясь в струйки, как пузырьки в шампанском. Девушка наклонилась ближе и различила среди искр те же знаки, что и на экране монитора, на оконном стекле, на стенах "паутины".
- Что это, Джон?
- Это хозяин мотоцикла, - нехотя отозвался тот. - И это случилось с ним совсем недавно. Так что нет у нас месяца. Боюсь, даже недели нет.
Росса замерла в ужасе, и лишь по настоянию Джона смогла сдвинуться с места и сесть позади него на кожаное сиденье. Джон передал ей шлем и, перекрикивая шум мотора, приказал держаться крепче. Она послушно обняла его, прижавшись щекой к широкой теплой спине, и мотоцикл сорвался с места.
Самым трудным оказалось не заснуть. Гул мотора, поначалу резко бивший по ушам, постепенно стал привычным и убаюкивал своей монотонностью, серые сумерки не менялись, в них не было ощущения движения, так что в конце концов стало казаться, что мотоцикл просто стоит на месте. Росса боролась изо всех сил. Она вспоминала забытые стихи на разных языках, решала в уме уравнения, пыталась рассчитать, сколько нужно платить за свет в этом месяце, но глаза то и дело начинали слипаться, хотя ладони пока еще крепко прижимались к груди Джона. Пытаясь устроить руки поудобнее, Росса неожиданно обнаружила, что на рубашке не хватает пуговицы. То ли ее не было с самого начала, то ли Джон потерял ее, когда они спасались от пулемета, но теперь пальцы легко легли в прореху на влажную от пота прохладную кожу с устало сведенными под ней мышцами. Глаза распахнулись, и сон покинул Россу совершенно. Она не могла больше думать ни о счетах, ни об уравнениях, только стихи продолжали крутиться в голове, будто кто-то завел там детскую карусель.
Вскоре Джон сбросил скорость и остановился. После непрерывного гула тишина сдавила голову, будто обручем, и зазвенела в ушах.
- Приехали, - Портер отстегнул шлем и повернулся. - Ты как?
- Нормально, - ответила Росса, поспешно убирая руки. - Где это мы?
- Москва, - ответил Джон. - Столица вашей родины.
- Чепуха, - фыркнула Росса. - Что я, Москву не знаю?
- Теперь ты, похоже, ничего не знаешь, - философски отозвался Джон.
- И что мы будем делать?
- Ты - будешь смирно сидеть и караулить мотоцикл, - ответил Джон. - А я пойду и вытащу из паутины Хару.
- Но... - начала было Росса, но наткнулась на стальной взгляд и вздохнула. - Хорошо, Джон.
- Молодец, - улыбнулся он и, повернувшись, растворился в сумерках. Росса осталась совершенно одна.
Она сидела прямо на асфальте рядом с остывающим байком, посреди серого города, то тут, то там пронизанного светящимися строчками цифр - и думала о Джоне. И ей казалось, что вокруг нее сумерки немного редели и дышать становилось легче, и даже появлялись какие-то бледные цвета... Время остановилось. Росса закрыла усталые глаза и задремала.
Как всегда неожиданно совсем рядом раздался звук рвущейся ткани и ругательства. Росса подскочила и открыла глаза. Из тумана вывалился Джон, рукав рубашки был наполовину оторван, одной рукой он прижимал к себе Хару, а другой отмахивался куском трубы от какого-то членистоногого уродца размером с крупную собаку. Видимо, уродец не мог или не смел уходить далеко от своего логова, потому что он не стал преследовать Джона, а будто с сожалением, скрылся в сумеречном выходе из подъезда.
- Принимай, - весело улыбнулся Джон, передавая слегка ошалевшую подругу Россе. Девушки обнялись. Портер окончательно оторвал рукав и вытер им лоб.
- Тут покруче пришлось, - радостно сообщил он. - Еле увернулись от пулемета, да еще кобель этот...
- Этот уродец?
- Я думаю, когда-то это был обычный пес. Просто в этом тумане все меняется.
- У него шестеренки в животе, - подала голос Хару.
- А у меня нету, посмотри? - Джон повернулся к девушкам и сделал вид, что распахивает рубашку. Росса покраснела и порадовалась, что все вокруг черно-белое.
- Не красней, пожалуйста, я шучу, - успокоил ее Джон. - Где бы раздобыть еще мотоцикл или машину?
- А что, заметно? - прошептала Росса подруге.
- Ага, - шепнула Хару в ответ. - А почему...?
- Джон, ты слышишь? - радостно перебила ее Росса. - Цвета возвращаются!
- Ну, нас же становится больше, - кивнул он. - Скоро я буду ездить по стране с целой оравой краснеющих барышень...Что возвращает нас к вопросу транспорта.
- Вон там стоит моя машина, - сказала Хару. - Только ключи дома.
- Ключи - ерунда, - обрадовался Портер. - Веди.
Продолжение следует в 20.15