[Dwarfy]

Сообщение от Ирен Адлер

О! Это очень печальная история.

Он же.. как бы сиротинушка. Мамка померла, а папка евойный - его в интернат сдал и слинял по тихому. И вот как-то все таки прислал сыночку открыточку с поздравлением на Хелоуин. На открыточке обратный адрес был. Малый из интерната рванул, что б папку увидеть. Ну переоделся каким-то привидением.., что б не узнали. Ну.. увидел, что у папки уже давно новая семья и еще двое детей. Отец его не узнал - сунул конфету и пошел себе с новой семьей празновать. К слову, эту семью его папаша тоже потом бросил. Вот такой .. пердюмонокль!

 

Угу, грустная история...
Ну, тогда вот еще одна средиземская страшилка, там и смешное тоже, все ж она не такая ржачная, как нолдорско-нарготрондская, а чуть с грустинкой...
тоже с дайрей стащено
Орчья пионерская страшилка.

В пещере круглосуточного орочьего детского сада было темно и сыро.
Матерей орчат мобилизовали на очередной трудовой штурм – строительство новой полосы укреплений вокруг Северной Твердыни, а своих отцов многие мелкие не помнили даже с виду.
Впрочем, маленькие орки знали – их папы верные солдаты Ангбанда, готовые отдать жизhь по первому приказу вечно живого товарища Мелькора.
В углу пещеры сбилась кучка мелких, нарушая строгий приказ воспитательницы не болтать после отбоя. Хрипловатый голосок повествовал откуда-то из-под соломенной подстилки:
- Ну, и послали этого мелкого с донесением на передовой пост. А он совсем сопливый был, вроде нас – юный оркуэн. Даже в Союзе Молодых Орков еще не состоял. Ну и, ясен пень, заплутал он… Долго горами бродил, пока в степь не вышел. Ну, заснул он у озерца, утром глаза продрал – вокруг квэны… Сотня…
- Со-отня? – с ужасом переспросил девчоночий голосок
- Ну, меньше могет, - неохотно уступил рассказчик, - могет столько, сколько пальцев на обоих руках. Все высокие, белокожие, глаза горят… А впереди лорд – глазищи как сталь, волос длинный, косы как у товарища Тхурингветиль, а в косах тех ленты.
Слушатели дружно задержали дыхание.
- Ну и говорит этот квэн остальным – мол не трогать, ведь это ребенок…
- Ребенок, - вздохнул кто-то, - лучше б сразу прикончили, чем так оскорблять.
- И забрали они его с собой, - продолжал рассказчик, - в крепость…
Дружный вздох ужаса.
- Я бы тут же со страху и помер, - прошептал орчонок из меньших.
- Эт потому, что ты трус известный, - отбрил рассказчик, - ну, а тот юный оркуэн был храбрец из храбрецов, ему рекомендацию в Союз сам товарищ Больдог уже выписал… Кар-роче, привезли его в крепость – и начали мыть…
- Ой, - не удержался кто-то.
- Вот тебе и ой… пока дочиста не отдраили – не перестали измываться. Тогда нарядили в чистое, посадили за стол – а на столе бочка варенья, корзина печенья, фрукты сколько хошь… Даже куска солонины не кинули, палачи проклятые. Ну, он, конечно, гордо отказался…
- И помер с голоду, - робко предположили из угла.
- Если бы… Сломался ведь бедняга. Сперва жрать начал, потом на мягкой постели спать. А эта, как ее… Ну, в общем ихнего лорда самка…
- Баба, - подсказал сосед.
- Ага, ниссэ по-ихнему… Все его подкармливала да по головке гладила. И сынку своему наказывала – не обижай, мол, несчастное создание…
- Это так обозвать юного оркуэна, - пробурчал сосед, - вот ведь чудовища…
- И все – спалился парень, - не по детски вздохнул рассказчик, - заговорил по-ихнему, читать, писать научился, на чем-то там играть…
- Предатель наверно из бывших, - предположил обросший шерстью низколобый орчонок, - бывшим доверять низзя…
- Да только стосковался мелкий по мамке, - в голосе рассказчика явственно послышалось злорадство, - и решил уйти в побег. Однако приметил его сынок лорда. Долго уговаривал остаться, потом все ж таки отпустил…
- Завербовали, - солидно предположили сбоку, - да только легенда никуда не годится…
- Еще бы, - рассказчик почесал завшивевшую головенку, - кто ж поверит… Отпустил… Из наших бы кто отпустил пленника?
Детишки захихикали.
- Ну, и дурень явился по начальству… А те, ясен пень, его в чрезвычайку. На допрос.
- Волколакам скормили, или в рудники? – спросил сосед.
- Не-а, - рассказчик покрутил головой, - мозги только промыли. Мелкий он, я ж говорил. Родителей, конечно, шлепнули. За то, что воспитывали плохо.
- А ну спать! – рявкнула воспитательница из коридора, - закрыть рты!
Орчата замолкли и заползли поглубже в солому. Небольшой, хрупкого телосложения, орчонок, все тело которого покрывали свежие шрамы, свернулся в клубок и тоже попытался заснуть.
Он не помнил почти ничего. Но страшный рассказ пробудил остатки воспоминаний. Ничего особенного, только теплую женскую руку на лбу, руку так похожую на мамину, но мягкую и чистую.