[liberis]

Ну что, Самайн так Самайн.

Попытаюсь начать новый цыкл. Раз уж у нас грядет Ноябрь, буду вывешивать одну за другой истории про всякое "ирландское-сверхъестественное".
Тем более, что мне тут такой подарок сделали.... Но - все по-порядку.

Сегодня я хочу показать отрывок из книги Леди Уайлд, " Древние Легенды Ирландии." Эта сказка из раздела "Из поверий Западных Островов." Насколько я понимаю под "Западными островами" подразумеваются острова у западного побережья Ирландии - такие как Тори, Аран и другие (но могу ошибаться).

Конкретно эта история напоминает мне, как я где-то слышала, что частые "встречи" ирландцев с феями, эльфами и прочими потусторонними силами обусловлены тем, что ирландский самогон - почин - содержит большое количество сивушных масел и оттого вызывает особо сильные и яркие галлюцинации.

Почин я пробовала, и поверьте мне, это та еще отрава.

Хотя насчет фаэри и прочего - кто его знает, кто его знает.

Канун Ноября.

Среди жителей островов считается чрезвычайно опасным и неправильным покидать дом по какому-либо делу в Канун Ноября, потому что в это время народ фаэри является на землю (а они не любят, когда за ними наблюдают) и все духи приходят, чтобы встретиться с ними и помогать им. Но смертные должны оставаться дома или они за это поплатятся, потому что души умерших в эту ночь имеют полную власть над всем миром. Они вместе с фаэри устраивают великий праздник, пьют красное вино из эльфийских кубков и танцуют под эльфийскую музыку пока луна не станет клониться к западу.

Как-то один из жителей деревни слишком поздно вернулся с рыбалки в Канун Ноября, и он совсем не думал о волшебном народе, пока не увидел множество пляшущих огней и толпу людей, которые спешили мимо него с корзинами и мешками. Они все смеялись, пели и шутили.

"Вы, я смотрю, веселая копания - сказал рыбак - Куда направляетесь?"
"Мы идем на ярмарку" - ответил ему невысокий человечек в шляпе с золотой лентой. Шляпа была залихватски сдвинута на бок. "Пойде с нами, Хью Кинг и ты отведаешь луших явств и вин, которые когда-либо видел"
"Только поднеси для меня эту корзину." - Сказала маленькая рыжеволосая женщина.
Хью вязал корзину и пошел с ними. Так они шли, пока они не пришли на ярмарку. Там было полно людей -и ни одного из них Хью никогда прежде не видел на острове. Они плясали и смеялись, и пили красное вино из маленьких кубков. Там были волынщики и арфисты, и маленькие сапожники, чинившие туфли, и самая лучшая еда и напитки на свете, как будто это был королевский дворец. Но корзинка, которую нес Хью, была очень тяжелой, и он мечтал от нее избавиться, чтобы пойти танцевать с золотоволосой красоткой, которая зазывно улыбалась ему прямо в лицо.
"Ну, можешь опустить корзинку" - сказала рыжеволосая женщина - "Потому как, я смотрю, ты уже порядком устал".
Она взяла корзинку из рук Хью, отрыла крышку, и оттуда выскочил маленький старичек. И был он самым безобразным и скрюченным уродцем, которого только можно себе представить.
"А, спасибо, Хью" - весьма вежливо поблагодарил карлик. "Это было весьма мило, что ты меня подвез, потому что у меня очень слабые ноги. В сущности, у меня их почти нет. Но я тебе хорошо заплачу за твою услугу. Давай-ка сюда свои ладони." И маленький уродец стал сыпать в руки Хью золото, и оно все текло и текло - полновесными, сияющими золотыми гинеями. "Теперь иди" - сказал карлик - Выпей за мое здоровье и повесились от души. И не бойся ничего, что ты можешь увидеть или услышать.

Они все оставили его, кроме человечка со шляпой набекрень и красным поясом.
"Подожди здесь немного." - сказал он - "Потому что Финварра, наш король, должен прийти на ярмарку вместе со своей королевой".
И только он это сказал, как прозвучал рог и они увидели экипаж с четырьмя белыми лошадьми. Оттуда вышел благородный господин, одетый в черное, и прекрасная леди с серебрянной вуалью, которая скрывала ее лицо.
"Это Король Финварра и его королева" - сказал человечек со шляпой набекрень. Но Хью чуть не умер со страха, когда Финварра вдруг спросил:
- Что сюда привело этого человека?
При этом король нахмурился, и выглядел таки рассерженным, что Хью чуть не рухнул на землю от страха. Затем все вокруг стали смеяться и смеялись так громко, что земля, казалось, тряслась и дрожала от их смеха. И танцоры подошли ближе, и стали танцевать вокруг Хью, стараясь схватить его за руки, и увлечь в свой хоровод.
"Ты знаешь, кто эти люди? Все эти мужчины и женщины, что танцуют вокруг тебя? " - спросил его старичек со шляпой набекрень - "Присмотрись как следует - видел ли ты кого-нибудь из них прежде?"
Хью посмотрел и увидел среди танцующих девушку, умершую в прошлом году, и своего друга, потом еще одного, которых, как он знал, давным давно не было среди живых. Затем он увидел, что танцующие, все эти мужчины и женщины, юноши и девушки были мертвецами, одетыми в длинные белые саваны. И он попытался вырваться от них, но не смог, потому что они вились вокруг него, и плясали, и смеялись, и хватали его за руки, и пытались закружить его в своем хороводе. Ему казалось, что их хохот пронзает его разум и убивает его. Хью упал перед ними, словно сраженный внезапным сном, и потерял сознание и ничего больше не чувствовал, не видел и не слышал пока не очнулся утром на вершине холма в цетре древнего каменного круга возле эльфийского форта.

И все-таки - это было правдой, то, что он повстречался с фаэри, и никто не посмел бы этого отрицать, потому что его руки были черны от прикосновений мертвецов (когда они пытались вовлечь его в свой танец). Но увы, он не нашел в своих карманах ни кусочка того золота, что отсыпал ему маленький уродец. Ни единой монетки не осталось, все исчезли, как не бывало.

И Хью печально побрел домой, потому что он знал, что духи посмеялись над ним и наказали его, за то, что он посмел потревожить их веселье в Канун Ноября - в ту единственную ночь, когда умершие могут покинуть свои могилы и танцевать в лунном свете на хомах, а смертные должны оставаться дома и им не позволено смотреть на их празднество.