|
Забанен
Регистрация: 05.09.2013
Адрес: деревня, тетка...
Сообщений: 30,638
Лайки: 0
|
Тем временем в Мора-Суле...
Интересно, кто это оставил мне послание. Зайдя в дом и зажегши свет, я читаю короткий текст.
- Что там такое? – спрашивает Ругбум.
Я уже хочу показать ему записку, как вспоминаю, что читать он не умеет.
- Ну тут написано, что сегодня вечером мне назначено свидание в оазисе около города. "Сегодня вечером в оазисе Бени-Наргис тебя будет ждать тот, кто любит тебя и кого любишь ты. Не упусти этот шанс". Все.
Ругбум внимательно смотрит в пол и делает вид, что его тут нет:
- Ну чо, я понял. Провожу тебя, само собой. Только ты побыстрей собирайся, а то ворота скоро закроют.
Я мчусь в ванную с целью поставить рекорд в скорости мытья и переодевания. Уже переодевшись и перед зеркалом возвращая на место все свои монисты и браслеты, я вдруг замечаю, что кончики орочьих ушей начинают потихоньку пригибаться назад. Что это с ним?
- Эй, Ругбум, в чем дело?
- Это… Ты только не расстраивайся…
- Что такое?
- Я тут вспомнил… Вчера, когда тебя полицианеры забрали, я сюда забегал за деньгами, она здесь уже была. Ее еще вчера принесли. В ней про вчера речь.
Осознав смысл сказанного Ругбумом, я едва не роняю серьги из рук.
- Про вчера? Уже была?! Балрогов кретин, почему ты не взял ее с собой и не отдал мне сегодня днем?! Или хотя бы не сказал мне о ней?!
- Ну я это… Я в дом через заднюю калитку зашел, не через эти ворота. И вышел тоже. Так потом, обежал вокруг квартала на всякий случай, посмотреть, чо-как. Ну торчит белый уголок из щели, я и внимания особого не обратил. Мы ж записки не пишем, не передаем… Ну не понял, ну прости. Мне самому стыдно.
- Баран!!! Какой ты баран!!!
- Ну баран, баран, - покаянно бормочет Ругбум. – Сам знаю, что баран.
Так. Может быть, этот баран все же ошибается. Поэтому я сейчас быстро сбегаю на Арену и все узнаю. Если Рагнарок там, я попрошу прощения за вчерашнее отсутствие и объясню, почему меня не было. Если Рагнарока там нет, значит, Ругбум все напутал, речь в записке о сегодняшнем вечере, и я отправлюсь в Бени-Наргис. С этими мыслями я вылетаю из дома.
***
Успокойся, женщина! С чего ты решила, что эта записка для тебя? В ней нет имен. Она могла быть адресована кому угодно. Ее могли принести сюда по ошибке. Кто в этом городе знает о твоем романе?! Кому здесь делать тебе такие подарки?! И почему в оазисе? У тебя есть нормальный дом. Если уж назначать тебе свидания, то в нем. Зачем для этого тащиться куда-то к балрогу на рога?! Может, это вообще ловушка? Может, кто-то просто зачем-то хотел выманить тебя за пределы города?
- Да запросто! – слышу я голос Ругбума. - Ты у нас баба из себя видная, может, украсть и продать хотели.
Оказывается, я разговариваю сама с собой вслух. Отчего-то мне очень сильно не по себе. Новолуние виновато, что ли? Совсем душа не на месте.
На Арене уже давно темно и все закрыто. Ко мне выходит такой знакомый уже охранник.
- К Рагнароку, что ли? Так его тут нет.
С души сваливается большущий камень. Барану Ругбуму все показалось, Рагнарок ждет меня в оазисе. Кто, зачем, и почему все это организовал, разберемся потом. Городские ворота наверняка уже закрыты, но за некоторую сумму откроют их для меня на чуть-чуть, чтобы мне проскочить. Так, что там охранник продолжает говорить? О каком-то бое и поражении?
От этого слова я резко возвращаюсь с небес на землю.
- Подожди, я не поняла. Повтори еще раз все с начала, пожалуйста.
Охранник охотно повторяет:
- И вчера он здесь не ночевал, ушел с каким-то шайтаном…
- С кем?
- С шайтаном. Ты уши водой моешь или горячим шербетом? Вернулся утром. А после сегодняшнего поражения вообще увели его неизвестно куда.
Я ошарашено гляжу на охранника.
- Что ты такое несешь? Ты пьян, что ли?
- Сухой, как лист. Это ты, похоже,.. - обижается охранник. – Ты что, не в курсе, что тут было?
- Нет, - выдавливаю я из себя.
Кровь отливает от щек, внутри меня образуется вакуум, в который я начинаю стремительно проваливаться. Слова охранника доносятся как сквозь подушку.
- Врешь! – выкрикиваю я.
- А чо мне врать-то? Хочешь, иди сама посмотри.
Я иду. Надежда умирает последней. Вдруг охранник тоже баран и все перепутал. Охранник продолжает, идя за мной:
- А бой тот вообще полгорода видело, хорошая драка была, давненько такой не случалось. Прям так это, знаешь, с душой…
Он заткнется когда-нибудь или нет?!
- Ну вот смотри. Видишь – нет его. Что я тебе говорил?! А то "врешь", "врешь"…
- Он живой?
- Да вроде… С чего ему помирать-то?
Я плетусь обратно к выходу на подгибающихся ногах.
- Можешь ничо не рассказывать, я все сам слышал, - говорит Ругбум, пока я стою, вцепившись в решетку ограждения, и боюсь ее отпустить, потому что земля уходит у меня из-под ног. - Пошли домой.
- Нет!
Я не могу идти домой, пока не буду знать, где Рагнарок и что с ним.
- Ночь уже на дворе, все спят, у кого ты узнавать будешь? – увещевает меня Ругбум.
Я опять разговаривала сама с собой вслух.
- У Масила! Он хозяин, он должен точно знать.
Идея необходимости действия возвращает мне силы, и я добираюсь до дома этого слизняка почти бегом. Здесь Ругбум, убедившись, что отступать от задуманного я не намерена, просто хватает меня за локоть и тянет за собой прочь. Я упираюсь, но бесполезно. Орки намного сильнее людей.
- Пусти меня, слышишь! Пусти, скотина! – кричу я и свободной рукой пытаюсь колотить Ругбума по всему, до чего дотягиваюсь. С тем же успехом я могу стучать в стенку. – Да я тебя за это топором потом зарублю!
- Ты мне за это потом спасибо скажешь, - доносится до меня ворчание Ругбума. – Ты сама подумай, у Масила уже все спать ложатся, начала бы ты сейчас в дом ломиться, и чо? Вызвали бы полицианеров и снова тебя в зиндан бы запихали. Тебе оно надо, две ночи подряд там кантоваться?
- Ругбум, я тебя прошу, остановись.
И Ругбум останавливается.
- Я должна знать… у бойцов Арены за поражениями следуют наказания. Что там сейчас с ним делают? А если он ранен? А если…
В ночной темноте я не вижу, какое у Ругбума выражение морды, но такого сурового тона я у него еще не слышала:
- Даже если его там на части режут, ты счас ничо не можешь сделать. Хоть наизнанку вывернись и перелицуйся. Не можешь ничо изменить – смирись. Завтра все будет. Завтра вместе двинем и перетряхнем к балрогам всю Арену, я тебе обещаю. А счас пойдем.
Да, он прав. Мне остается только ждать утра.
Ругбум буквально втаскивает меня в дом и усаживает на диван. Сам зажигает лампы, потому что я сейчас вряд ли в состоянии сделать даже такое простое дело. Изучающее смотрит на меня.
- Сиди и с места не сходи, я щас! – с этими словами Ругбум убегает.
А я остаюсь наедине со своими мыслями. Я дура. Все это время в моем распоряжении была куча денег. Что мне мешало раньше позаимствовать из общака потребное количество, чтобы выкупить Рагнарока сразу, не дожидаясь неизвестно чего? Я могла бы сделать это еще неделю назад. Если бы я чуть-чуть подумала головой… Все, что с ним случилось, случилось из-за меня.
И кто и зачем все это затеял, это свидание в оазисе, записку? Кто этот шайтан, с которым Рагнарок ушел вчера? И куда? В оазис? Это ужасно. Время идет только в одну сторону. Где-то там вчера вечером он ждал меня, а я не пришла. Время утекало и утекало, минута за минутой, и все впустую. Сначала он должен был надеяться, что я вот-вот появлюсь, но надежда тоже утекала по каплям вместе с временем, ее становилось все меньше и меньше, и наконец настал момент, когда он понял, что я не приду. Что все это ожидание и все надежды были напрасными. Мысли о том, что он чувствовал при этом, невыносимы. Даже при том, что вчерашнюю ночь я провела в зиндане, так что и не протормози Ругбум, я все равно ничего не смогла бы сделать. Да, но если бы я получила эту записку утром, у меня была бы возможность найти Рагнарока и все объяснить. Это не повернуло бы время вспять, но на бой он вышел бы со спокойной душой. И все сложилось бы иначе.
- Я не знала!!! Я же не знала!!! – кричу я в пространство, как будто Рагнарок может меня услышать, и как будто это может что-то исправить и разделать обратно. Не знала. Я сижу с сухими глазами, спазмом, скрутившим горло, и болью в груди, а уходящее впустую время – как пытка каплями воды мне на голову. Но что бы я ни чувствовала, Рагнароку еще хуже, чем мне. Мне не надо было ни с кем драться на потеху толпе, и со вчерашнего вечера у меня были целые сутки душевного покоя.
Я не знаю, сколько часов или минут я уже провожу в кошмаре своих мыслей, прежде чем слышу звуки возвращения Ругбума. Он мельком заглядывает в комнату, потом шлепает на кухню, разводит там огонь в очаге и начинает шуровать в кухонных принадлежностях.
- Что ты тут затеял? – спрашиваю я, входя в кухню. Мне все равно, но чем-то надо себя занять, иначе я с ума сойду.
- Чо надо, - бурчит Ругбум, размешивая что-то в кастрюле. – Счас узнаешь. Иди, не стой над душой.
Я возвращаюсь обратно на диван. Через несколько минут в комнату входит Ругбум, неся пиалу, от которой поднимается пар и во все стороны расходится мерзкий запах.
- На вот тебе, пей.
- Это что, яд, чтобы прекратить мои мучения?
- Не, это чтоб спать. Ты тут всю ночь пропсихуешь, завтра будешь никакая. А это уснешь и спать будешь, как убитая. А я завтра утром приду тебя разбужу.
Вкус у этой дряни еще омерзительнее, чем запах. Оно и к лучшему, пока пьешь, ни о чем больше не думаешь. Не успеваю я даже допить до конца это орочье успокоительное, как меня начинает со страшной силой клонить ко сну. Кажется, моя последняя мысль о том, что надо бы перебраться в спальню.
Просыпаюсь я все на том же диване, безжалостно расталкиваемая когтистой ругбумовой лапой. Он оказался прав: испив зелья, я спала всю ночь мертвым сном без сновидений. Только во рту теперь после этого пойла будто кошки гадили.
- Ну ты, короче, собирайся, - говорит Ругбум вместо "доброго утра", - я счас чай сварю пока. И пойдем всех убивать. Жрать не будем, чтоб злее быть.
Отчаяние и раздрай остались по ту сторону сна. Утром при свете солнца все выглядит по-другому. Теперь я действительно готова перевернуть весь город.
- С кого начинать будем? – интересуется Ругбум, пока я аккуратно складываю все имеющиеся в наличии долговые расписки и отсчитываю надобное количество денег. Своих у меня все же не хватает, и мне так и приходится призанять недостающее из общака. Но я отдам!
- С Масила, конечно. Все, я готова, пошли.
- Э, ты чо?! Ты куда в таком виде?
О чем он?! На всякий случай еще раз гляжу на себя в зеркало. Может, в юбке мыши ночью дыру прогрызли или я вообще забыла ее надеть? Да нет, все как обычно. Чем он недоволен?!
- Скидай нафиг свои тряпки! – негодует Ругбум. – Побираться, что ли, идем? Для такого дела бери чо там у тебя есть попышнее. Чтоб вид был! Чтоб сразу понятно было: важная птица пришла. И жестянки эти свои тоже снимай, счас я в общаке пороюсь, там найдется, чо золотого на тебя повесить.
- Да какая разница, что на себя вешать, если приличную женщину изображать?! Они все в чадрах ходят.
- Э, не скажи. Золото – это золото. Оно даже брякает по-другому.
Ругбум уже успел накидать на стол изрядную кучку колец, серег и браслетов.
- Надевай.
- У меня же только два уха. И браслеты не сочетаются.
- Да плевать, чо там сочетается. Главное, чтоб побольше. От золота у людей в бошках всегда мутится.
***
Я стою перед домом Масила и собираюсь с духом. За этой дверью я получу ответы если не на все интересующие меня в данный момент вопросы, то на многие точно. Какими бы ни были эти ответы, мне надо держать удар и сохранять лицо. Чуть дрогни я физиономией лишнего, и эта жирная сволочь сядет мне на шею и свесит ноги. Терять лицо без всяких последствий я могу только в одном случае: если мне скажут, что Рагнарок мертв. Но я и тогда не буду этого делать. Назло. Как там вчера говорил эфенди? Женщины могут вынести гораздо больше, чем я себе представляю.
Ругбум хлопает меня по плечу, выводя из размышлений.
- Ну, давай! Я с этого места не сойду. Если чо, одно слово, и я эту дверь снесу нафиг и кишки засранцу выпущу.
Так. Я не буду ставить себя в проигрышное положение, спрашивая Масила о чем бы то ни было. Я прямо с порога предъявлю ему свои законные требования. И тогда он у меня попляшет.
Выслушав затейливое приветствие хозяина дома, я отвечаю весьма односложно, на предложение присесть не реагирую, показывая, что надолго здесь задерживаться не собираюсь, и сразу перехожу к делу.
- Неделю назад ты обязался продать мне Рагнарока и дал мне в том расписку. Вот она. Я пришла заплатить тебе цену, которую ты запросил, и получить свой товар.
Произнеся это, я стою с невозмутимой физиономией, хотя внутри все сжимается в комок. Одному Эру известно, что я сейчас услышу.
Масил всей своей мордой выражает крайнюю степень огорчения и начинает плести словесную вязь в ответ. Комок внутри меня сжимается все сильнее. Балрог бы побрал эти тонкости местных церемоний!!
- Не умножай словеса! У меня мало времени, говори по существу, - прерываю я его.
- Да ниспошлет Белиар свою милость ханум, но я вчера его уже продал.
Если бы я могла себе это позволить, с каким бы облегчением я сейчас вздохнула. Он жив, все остальное поправимо.
- Кому ты продал его?
- Ханум так долго не приходила, ничтожнейший из твоих слуг решил, что ханум передумала, поэтому…
- Кому. Ты. Его. Продал.
- Какой-то женщине. Вчера она принесла деньги и даже готовый договор, оставалось только подписать. Как ничтожнейший мог отказаться?
Я поворачиваюсь и ухожу. Масил бежит за мной, не умолкая ни на секунду, пока я не захлопываю за собой дверь, едва не попав ему по носу.
Ну что же, Масил, ты еще не знаешь, какого размера песец постучал в твою дверь в моем облике! Клянусь Белиаром, я прибью твое благосостояние к воротам твоего дома и дам тебе вкусить превратности!
- Куда теперь? – спрашивает Ругбум.
- В суд, - отвечаю я.
В суд я вхожу, уже полностью освоившись с ролью знатной госпожи из богатого дома. И пребывая в этом образе, вчиняю один иск Масилу, требуя взыскать с него по пяти долговым обязательствам, а также и другой, за нарушенное обязательство продать мне раба, требуя взыскать с Масила неустойку. Количество золота, которым я увешалась по совету Ругбума, явно производит впечатление на судей, поэтому не проходит и часа, как в дом Масила отправляются полицианеры с приказом доставить ответчика. За это время Ругбум, поняв, что массовые убийства пока откладываются, успевает накормить меня завтраком в самом приличном заведении на площади (надо же соответствовать облику. Знатной ханум не пристало перекусывать в какой-то рыгаловке), а я – пересказать ему, что мы имеем на сей момент.
Последний раз редактировалось Krakodil; 13.11.2013 в 13:23.
|