|
Лориэль побелела.
- Вы не понимаете, о чём просите... но я попробую...
Смертельный ужас, отчаянная решимость... Она выглядела, как осуждённая на казнь. Или как воин, брошенный в самую гущу битвы.
- Сделаю всё, от меня зависящее... Ваше Величество, - голос Лоры не дрожал, хотя она всё ещё была бледна, и в глазах плескался страх.
***
Леголас никак не мог собраться с мыслями. Он пытался изложить их на бумаге, и заодно сочинял письмо.
Так ли невинны их забавы?.. Леголас мучился. Воспитание принца, вся его суть протестовали и возмущались. Если от "Золотого Трио" Леголас бежал, как от чумы, к лориэнским девушкам он даже привязался... почти по-братски. Но никого из них своей супругой он не видел. И если бы вдруг ему предложили выбирать, он был бы в тупике.
***
... Итак, предчувствия не обманули. Гнев захлестнул Элениона. Вот значит, как... Его жизнь висит на волоске. Владыки хотят знать то, что он открыть не вправе. И вполне могут убить, если не добьются желаемого. Но, оказывается, у него есть друзья и союзники. Амариэ. Финрод. Эарвен. Арафинвэ присматривается, Айвенель побаивается, хоть и полюбил, как сына. Недосказанность порождает недоверие.
Кого Эленион не понимал, так это Финрода. Невозможно угадать, что тот думает, но рядом с ним очень спокойно. Финрод, в отличие от прочих, ничего не пытался выведать. В нём не было той настороженности по отношению к Элениону, которая порой прямо-таки бесила мальчика. Даже семейство Айвенеля относилось к нему с некоторой опаской.
***
- Я могу встать? - осведомилась Лора.
- Не раньше весны, - возразил Глорфиндейл.
Нахохлившись, он устроился на самом краешке её постели.
Последний раз редактировалось Namarie; 04.12.2013 в 11:46.
|