[Foxy]

Еще одно интервью Ричарда. Про Торина и про многое другое. Так как оно несколько спойлерное, то и спячу под спойлер






отсюда RICHARD ARMITAGE | РИЧАРД АРМИТИДЖ

Ричард Армитидж рассказал, что ожидает Торина в его путешествии.
Не повезло Торину Дубощиту – у будущего Короля-под-горой нет ни минуты покоя! В первой части Азог Осквернитель убивает его деда, крадет любимый щит гнома и это далеко не все. Из нашего интервью с Ричардом Армитиджем, человеком, скрывающимся под гримом и париком гнома-воина, а также одолжившем ему свой нос, вы узнаете о дальнейшем падении Торина. Предупреждаем о небольших спойлерах.

- В образе Торина Дубощита есть что-то от павших шекспировских королей или героев древнегреческой трагедии. Вас вдохновляли какие-либо известные персонажи прошлого?
- Мне приятно слышать такой вопрос. Недавно на интервью меня спросили «Торин немного придурок, правда?» Я скорее считаю его павшим героем, и, да, я действительно обращался к шекспировским героям, мне как-то сразу пришли на ум Макбет, Генрих Пятый, и Ричард Третий. Я подумал, что непременно должен позаимствовать что-нибудь у этих персонажей. Голос Торина я тренировал на отрывках из пьес Шекспира, это побуждающие к битвам речи и монологи из Макбета. Это хороший материал для подготовки.

- Если уж Вы упомянули речи перед битвами… Мы разговариваем по телефону, и я не могу не обратить внимание, что ваш обычный голос гораздо выше голоса Торина. Трудно ли было изменить свой голос? Возникали ли ситуации во время съемок, когда Вы теряли нужный тембр?
- Мне просто нужно было все время практиковаться, говорить на полтона или тон ниже, мой голос стремился вернуться на привычную высоту. Когда в съемках были перерывы, мне требовалось некоторое время, чтобы заново найти нужный тембр. Я хотел, чтобы голос Торина не был однообразным. Я работал над тем, чтобы в нем звучала чуткость, в таких сценах как, когда Торин тихо разговаривает с Балином в коридоре, но он должен был подходить тому, кто приказывает идти в бой армии из тысяч гномов.

- Самые сильные реплики Вы просто выкрикиваете, ваш персонаж во многих ситуациях выступает демагогом. Что вам понравилось больше всего из пламенных речей Торина?
- В фильме есть одна реплика, которая меня буквально потрясла. Позже она была использована Эдом Шираном в его песне(Имеется в виду песня I see fire – прим.переводчика). Это слова «Если это приведет к пожару, то мы сгорим все вместе». Когда я читал сценарий, я подумал «Скорее бы сыграть это!»

- Я не напрашиваюсь на комплименты, но когда я слушал I see fire сразу после просмотра, как раз эти слова меня потрясли. Я вспомнил, что в фильме это ваша реплика, и она звучит очень сильно.
- Прекрасно, не правда ли? Это отличная песня. Мы недавно познакомились с Эдом. Он очень интересный человек, настоящий художник. Он сказал мне, что он представил себя Торином, когда смотрел Пустошь Смауга, и, находясь под этим впечатлением, он написал стихи, которые стали текстом песни.

- Он давал Вам советы относительно пения. В прошлом фильме Вы пели, будете ли Вы петь снова?
- Я бы не посмел сравнить мое пение с пением Эда. Это великолепная композиция, и она мне очень нравится.

- Мы уже коснулись этой темы, но я бы хотел вернуться к ней. Большинство персонажей классического и фэнтези эпоса таковы, что им трудно сопереживать. Как вам удалось добиться того, чтобы зрители сопереживали Торину Дубощиту?
- Работая над созданием образа, необходимо, чтобы он был благородным, но при этом отчасти скромным, а потом развить этот образ так, чтобы он обнажил собственные недостатки и возможно даже предался злу. Тогда зрители будут надеяться, что он не дойдет до конца по пути саморазрушения. Я также думаю, что вне зависимости от того, что с ним произойдет, и как он изменится с внешней стороны, зритель будет знать, каков он на самом деле внутри и будут сомневаться, так ли уж он плох. Но в третьем фильме Торин дойдет до настоящего мрака и безумия, так что я думаю, сопереживать ему будет довольно сложно.

- Вы хотите сказать, что ему предстоит полное падение?
- До этого момента у него будет подъем на большую высоту. Он добьется всех своих целей, а потом его ожидает стремительное падение. Вы увидите это в третьем фильме.

- Ваш герой часто противостоит различным чудовищам и врагам. Вы дрались с огромным новым орком Азогом Осквернителем, пещерными жителями, эльфами и вот теперь схлестнулись еще и с драконом. Что вам запомнилось как наиболее напряженное противостояние?
- Схватку с Азогом в первом фильме нельзя назвать боем. Торин сумел нанести пару ударов, а Азог почти уничтожил его. Эта сюжетная линия продолжается довольно долго, будет она и в третьем фильме, где этой схватке будет положен конец. Во втором фильме Торин сталкивается с драконом, но в битве с ним нет смысла, дракона необходимо перехитрить. Это другая ипостась Торина-воина, которую было интересно исследовать. Как быть, если перед тобой необъятное чудовище? В конце второго фильма вы увидите решение этой проблемы.

- Как гном вы гораздо ниже почти всех персонажей фильма. Как вы снимали сцены драк? Вы дрались с человеком, сидящим на плечах у другого? Или это была большая палка?
- Там был один статист, очень высокий парень. Он был баскетболистом, и мы прозвали его Большой Майк за его рост. В нем было что-то около 210 см или чуть больше и ему делали специальную накладку на голову, чтобы наметить линию глаз. Когда ты дерешься с противником, настолько отличающимся по росту, важно, куда ты можешь достать, чтобы атаковать. Бессмысленно пытаться достать до его головы, например, лучше поразить его в грудь, живот или по ногам. Большую часть драк мы снимали с ним.

- Сколько весил ваш костюм, включая грим, парик и оружие?
- У меня было два варианта костюма. Один назывался Костюм Героя и был сделан как настоящий, кольчуга в частности была из металла. Он был невероятно тяжелый, килограмм 40-50. Еще была облегченная версия, которая выглядела так же и весила килограмм 20-25. По ощущениям, похоже, что ты носишь на себе рюкзак с шестью кирпичами.

- Что за ужас происходил во время съемок сцены в бочках? Я знаю, что Вам еще предстоит работа с Джексоном и он великолепен, но все же…
- Ну что вы, не было там никакого ужаса. Одно сплошное веселье. Часть съемок прошла на реке Пелорус, часть в павильоне, где было построено искусственное русло реки, управляемое техниками, и работающее на разных скоростях. Было весело. Мы как будто провели неделю в аквапарке… правда, весело. Я наслаждался процессом этих съемок.

- Вы не скучаете по длинным волосам? Не бывает такого, что Вам не хватает ваших косичек?
- Когда-когда, во время обеда я точно не скучаю по волосам!. Мне нравилось, когда Торин был грязный и потрепанный. Когда он был чистый, мне казалось, что он в своей тарелке. Он закаленный воин и путешественник и больше всего мне нравилось играть его, запачканного кровью и грязью.

- Трудно ли Вам было находиться среди веселых, добродушных гномов и постоянно разочаровывать их?
- Пожалуй, это самая сложная часть моей роли. Но таков уж Торин. Он хочет сделать все правильно, хочет быть героем и великим лидером, но из –за его упрямства, эгоизма и неспособности измениться, ему это не удается. Он все портит сам. Выпутаться из сложных ситуаций ему удается только благодаря хоббиту. Во втором фильме он по-другому относится к Бильбо, начинает доверять ему. Без Бильбо он бы не вошел в секретную дверь, это их общее достижение.

- Вам не кажется, что Вы самый драматичный среди гномов, ведь у всех остальных довольно много комических моментов?
- Да, но я всегда надеялся, что будет момент, когда Торин засмеется или улыбнется, а их было слишком мало. Думаю, что самый яркий из таких моментов, это сцена, когда гномам удается открыть в Одинокую гору. Более радостным Торин не будет. Я все время слегка завидовал тем, у кого было много комичных ситуаций по сценарию.

- Мы увидели, как Торин учится доверять, как он приоткрывает дверь в свое прошлое...Чего нам ожидать от Торина?
- Ему предстоит главное испытание – испытание золотом. Он очень сильно изменится. Я с нетерпением жду, как это будет.

пер. Ирина Краснопольская

 

Richard Armitage reveals the dark journey awaiting The Hobbit's Thorin