[Anchan]

Сижу, тихо хихикаю, представляя, как Питер Джексон мог бы переснять "Apocalypse Now". Текст сюда, копия - в "Хижину Радагаста".

Начальные титры, шум винтов, голос Эньи, размноженный до размеров Хора Красной Армии под полыхающие в закатном солнце напалмом пальмы, камера идет винтом, не наводясь на резкость, судя по всему, режиссер велел ее поставить в кокпит вертолета, подбитого повстанцами. Да, именно так - точка зрения меняется, и мы видим, как ветролет штопором уходит в блистающую морскую гладь. Стук винтов переходит в стук пивных кружек, мы видим в дупель пьяного главного героя, который вливает в себя виски из красиво подсвеченного граненого фужера на три с половиной литра, причем по усам течет, но в рот попадает. К нему с двух сторон, нехорошо посверкивая шрамами на лысых черепах и вставными зубами, направляются двое. Герой, не глядя на них, ставит бутыль на стол и кулаком пробивает свое отражение в зеркале. Двое бледнеют и растворяются в белесом ханойском тумане пополам с косым дождем. Где-то хрустит морковка, потом переламывается пополам. Это в поле зрения камеры вползает Представитель Генштаба с обьемистой папкой с надписью "Миссия". Герой падает назад в уютное плетеное кресло, с суровым натурализмом облизывает окровавленный кулак и принимается слушать Представителя. По его лицу текут крупные капли пота. Может, он просто любит запах напалма по утрам, а может это жар из стратегически горящего сзади камина, который отбрасывает красивые отблески на его бицепсы, трицепсы и трицератопсы. Наконец он, заткнув Представителя на полуслове, берет раненой рукой пухлую папку, которая представляет собой сложенную гармошку ленту с принтера на 16 иголок с почти пустым картриджем. Близоруко сощурившись, герой вчитывается в текст, после чего бледнеет и падает замертво. Наезд камеры, гордый профиль, звучат слова "Horror, Horror". Светлый кадр, темный кадр, утро. Вентилятор над головой напоминает стук дизеля лодочки, которая уже уходит вверх по реке, который напоминает шелест вертолетных винтов. Орлы из элитного вертолетного подразделения закидывают лодочку к устью Голубой Змеи, несколько раз перекинув ее озорства ради из когтей в когти, врубив на патефоне ептическую увертюру из "Властелина Колец" Говарда Шора в исполнении Новозеландского Симфонического Оркестра в сопровождении двадцати пяти диджириду. После чего отвлекаются на то, чтобы спалить пару орочьих деревень, так как тоже очень любят запах напалма по утрам. Потеряв пару машин вследствие попадания гаечек местных сталкеров в рулевое управление, они вдруг соображают, что силуэт лодочки, красиво уходящий в расплавленное восходящее солнце (кадр склеен из лодочки и задника протуберанцев Солнечной короны с вебсайта NASA) как-то слишком сильно скруглен. С воплями "Моя прелесть!.." орлы из подразделения срываются с середины боевого задания, принимаясь вынюхивать лодочку по всей Голубой Змее, плавно несущей свои воды на восток. Ну ничего - говорит командир - впереди водопады Рэроса... затемнение, пронзительный голос Эньи на вьетнамском и текст по экрану "Они пройдут водопады невредимыми и уйдут в благословенный край Камбоджи, где боги бродят по земле и читают классические стихи, а мы останемся здесь на целый год в ожидании продолжения..."