Попалось интервью Ричарда. Моменты, где он говорит как раз про изменение Торина в фильма и влиянии золота на него:
Перевод (из в контакте), я бы может сама перевела, но что-то я устала немного):
Можете выделить ключевой момент второго фильма?
Ричард: Мы отправимся в земли лесных эльфов и узнаем больше о неприязни между ними и гномами. А еще в Эреборе Торин начнет сходить с ума. Впрочем, до высшей точки этот процесс дойдет в третьем фильме. Точнее – в Битве пяти армий. Кстати, второй фильм трилогии – это всегда большое испытание для режиссера. Персонажи уже представлены зрителю, а события стремятся к финалу. Создать среднюю главу трилогии – настоящее искусство. И Питер прекрасно с этим справился – так же как до этого в случае «Двух твердынь».
Расскажите об усиливающемся безумии вашего героя.
Ричард: Сыграть безумие очень сложно. А передать его в сценарии почти нереально. Эмоции не поддаются правилам. Для адекватного отображения состояния Торина я изучал всевозможные зависимости. В случае Торина это жажда золота. Еще я много читал о моральном развращении и человеческом падении. В этом плане хорошим образцом являются люди, ставшие причиной банковского кризиса. (смеется)