[Captain Solo]

Я не выдержала и фыркнула, но во всеобщем расколбасе этого никто не заметил. Элайджа, видимо от полноты чувств, привалился к стенке и нажал на выключатель. Лампочка зажглась, а так как я была абажуром… в общем, пришлось и мне зажечься.
ВИГГО: Питер, тебя что-то подозительно не слышно. Помнится, перед началом показа ты говорил больше всех? Я надеялся услышать в первую очередь твои комментарии.
ПИДЖЕЙ: (зловеще) Я титров жду. Там-то уж точно будут указаны авторы этого безобразия!
ВИГГО: (вполголоса, Бину) На что спорим, мы этих авторов уже отлично знаем…
БИН: (вполголоса, Вигго) Даже и спорить не буду.
БОЙД: Ой, а я клевый!
МАККЕЛЛЕН: Болван Тук… то есть Билли… но все равно болван, это – не ты.
БОЙД: А кто?
МАККЕЛЛЕН: Актриса.
БОЙД: А я думал, это я…
МАККЕЛЛЕН: А ты не думай. Это вредно.
БОЙД: Ладно, извините, я больше не буду.
ЛИ: О господи, Ян, ты не мог бы заниматься воспитательным процессом где-нибудь подальше отсюда?
БИН: Да дайте посмотреть уже!
Некоторое время все действительно молчали. Я даже заскучала, тем более что светиться было довольно утомительно.
Когда пошли финальные сцены, народ глубоко задумался. Даже ПиДжей, который едва не прозевал вожделенные титры. Но, к чести его, он вовремя очнулся.
ПИДЖЕЙ: Ага, ну-ка посмотрим…
ВИГГО: А что здесь смотреть, и так все ясно было с самого начала. Наши любимые диверсанты, благодать их в Аман.
ПИДЖЕЙ: Чтоб их пони покусала… ой, что это я?..
БИН: Если это диверсанты, они должны быть здесь. Пусть покажутся.
Все замолчали и заозирались. Я намертво приклеилась к лампочке и активно светила декольте. Естественно, меня не обнаружили! Конечно, ведь у них не было специального антиунюхивательного дезодоранта “Счастье влюбленного урук-хая”! –А у меня был. Поэтому все попытки расшифровать меня потерпели неудачу. Я наконец сжалилась над несчастными жертвами нашего творчества и, разжав руки, с воплем “Держите меня семеро” плюхнулась прямо на коленки Бину. К чести его надо сказать, что он даже сумел после этого мне улыбнуться. Я счастливо пялилась на него во все тридцать два зуба. Декольте тоже было при деле.
ПИДЖЕЙ: Этого-то я и боялся…
ВИГГО: Бояться поздно. Здравствуйте, девушка!
Я: Опоздали. Я давно уже не здравствуйте!
ПИДЖЕЙ: Ну, давайте, объясняйтесь. Откуда вы притащили вот это творчество?
Я: (гордо) Мы сами сняли этот фильм, сами смонтировали и озвучили! Мы – это…
ПИДЖЕЙ: Да-да, я помню. С форума Хеннет-Аннун.
Я: Да, правильно!
ПИДЖЕЙ: Скажите пожалуйста, у вас там все такие талантливые?
Я: Да, все! Поголовно!
ПИДЖЕЙ: Боже, ужас какой.
БИН: А мне понравилось.
ВИГГО: И мне.
Я: А мы еще будем снимать вторую часть!
ПИДЖЕЙ: Где валокордин?
ЭСТИН: Вон там, на столике.
ВИГГО: Вы чай пить будете?
Я: Конечно буду! А бить вы меня не будете?
БИН: Бить женщину – это неблагородно!
РИС-ДЭВИС: Зато как действенно.
ПИДЖЕЙ: (устало) Ну и что теперь с вами делать?
Тут я слезла с коленок Бина, встала в правильную позу под названием “Дай нам денег, Камдесю”, и широким жестом простерла руки к Питеру Джексону. Тот аж позеленел – от предвкушения. Наверное.
Я: (выразительно) Дорогой ПиДжей! Мы очень просим вас в качестве дружеской поддержки спонсировать нам съемки второй части нашего фильма!
ПИДЖЕЙ: Я могу проспонсировать все что угодно, лишь бы вы это не снимали!
Я: Хорошо, можно и так!
Он ведь не видел, как я предусмотрительно скрестила пальцы за спиной. Зато это видела вся съемочная группа. Но никто даже не пикнул.
ПИДЖЕЙ: Отлично! Я даю вам сто миллионов долларов, и вы никогда больше не прикасаетесь к кинокамере!
Я: (радостно) Да за сто миллионов долларов я на нее и смотреть всю жизнь не буду!
ПИДЖЕЙ: Вот и договорились.
Бедняга, он не знал, что мы снимаем фильм на miniDV – цифровые камеры! Хотя, за сто миллионов долларов мы можем купить себе сколько угодно кинокамер. Но я могу их и не трогать, а оператор тогда на что? В общем, душа моя была спокойна.
Я: (доставая из декольте пачку билетов)Но это еще не все! Мы приглашаем вас всех на премьеру!
БЛУМ: Премьера? Клево.
ПИДЖЕЙ: Вы это будете показывать в кинотеатре?!
Я: Ну да, вот ваш билет, держите, с вас 50 рублей.
Кажется, он все-таки упал в обморок, но я уже не обратила на это внимания, потому что меня окружили заинтересованные актеры, по западной своей наивности решившие, что билет стоит 50 баксов, и простодушно совавшие мне деньги. Я, прикидываясь дурочкой, брала. ПиДжей вряд ли отвалит мне обещаную сгоряча сумму, а на билетах я рискую набрать на бюджет следующей части.
А потом мы все вместе пошли завтракать, и я снова сидела рядом с Бином, ковыряясь в салате и влюбленно зыркая на Шона. Диктофон я предусмотрительно выключила, а то вдруг кто-то вздумает использовать этот компромат против меня!
Ну а потом у меня случился традиционный провал в памяти, потому что очень уж хорошая у них там в Новой Зеландии трава! Зеленая такая. На полях растет. Вот благодать-то!
Проснулась я в самолете. Неизвестно, кто туда меня запихал, и неизвестно, куда этот самолет вообще летел, но мне было все равно куда. Я в очередной раз пообщалась с приятными людьми, и заодно заработала кучу денег! В кармане я обнаружила все те баксы, что мне надавали за билеты, но, к сожалению, никакого чека от ПиДжея не было. «Ну что ж, Петя, ты сам напросился!» - злорадно подумала я и принялась обдумывать сюжет второй части.
А по приезде домой я, как обычно, села за стол и написала этот отчет. Назвала его «Диверсантка возвращается», а потом подумала и приписала «Не пейте томатный сок – это же кровь мертвых помидоров!!». Неважно, что здесь нет ни слова о томатном соке. Все равно его пить нельзя, помидоров-то жалко! А еще это хорошая маскировка. Ведь мы, диверсанты, никогда не сдаемся!

5.12.2002 (с) Капитан Соло