Подарок для
Хару.
- Все, С меня хватит!
Придушенный голос Хару раздавался из-под вороха шелка, тафты, кружева и атласа всех оттенков и невозможных фасонов. Огромная примерочная в замковой части поместья выглядела так , как будто в неё залетела самая большая в мире стая колибри расселась на полу, креслах , пуфах, и даже потолке, да так и осталась сидеть расправив крылышки и только иногда встряхивая ими .
- Я уже выбрала вон то, черное с кружевным верхом, и если ты поможешь мне найти туфли и серьги в тон, то я буду тебе признательна. Но на этом я уже хочу закончить.
В голосе Хару появились просительные интонации. Серена буйствовала уже третий час подряд. Если добавить к этому , что в соседнем зале происходило сражение , которое Сааведра и Бхану вели с теми местными обитателями, которые ничего не понимали в благородном искусстве моды, то можно было представить масштаб происходящего.
Хару уже жалела, что связалась со всем этим, но отступать было поздно. Она издала тихий стон, поняв, что к великолепному вечернему платью полагаются невесомые открытые туфли на каблуках и тяжелые серьги длинной чуть ли ни до плеч….. А все началось с неудачного замечания Хайца за завтраком.
Учитывая предстоящий вечером пир, обитатели и гости Поместья завтракали по походному, забегая на кухню кто и когда мог. Хару спустилась в цокольный этаж , где располагалась кухня, и поздоровавшись с мимо пронесшейся с озабоченным лицом ЛеВо , продолжала обдумывать на ходу задания выданные ей Хозяйкой , видя перед внутренним взором схемы подключения к соседнему Трактиру, с которым на время празднования Нового Года предполагалось наладить прямую связь. Возможно, сложность данной схемы и привела её в результате в комнату полную праздничных нарядов, вздернула на каблуки и позволила Серене в творческом порыве перемерить на Хару, не меньше двух десятков платьев из новых коллекций.
Сначала Хару ничего не видела перед собой кроме схем и весьма машинально поедала завтрак. Но постепенно до неё стал доходить разговор за соседним столом. Там спиной к ней расположились Хайнц Крюгер с утренней отбивной и засыпающий на стуле Ори, который в приступе любопытства вызвался вчера утром украшать библиотеку. Осталось неизвестным , был ли какой-нибудь толк от него как от подсобного рабочего для Сааведры, но учитался он окончательно. Под утро был изгнан из книжного рая сердобольной Йодо, искавшей там что-то редкое для создания следующей главы фильмографии и нашедшей в место этого совершенно счастливого Ори, спавшего на рукописном трактате о соколиной охоте двенадцатого века.
- Это удобно, особенно когда водишь машину или еще что-нибудь дельное. Но все-таки красиво, когда девушка одета, как девушка, вот что я имею ввиду.
- Угу.
Ори издал что-то одобрительное, помахав перед лицом пирогом с печенкой.
- Не нравится мне эта новая мода. Когда издали не можешь понять, кто перед тобой. Даже если девушка красивая, юбка её не испортит, я так считаю. Первым желанием Хару было желание сказать этим двоим все, что она думает о замшелых ретроградах, особенно вот этому с аккуратным пробором на черноволосой голове. А Ори вообще следовало помолчать, что в женщинах мог понимать гном-подросток. Тот факт, что Ори собственно молчал, а махание пирогом трудно считать полноценным высказыванием значение не имел.
Но, споткнувшись на полу слове, Хару тихо встала из-за стола и вышла из кухни никем не замеченная. В её голове родился план мести.
Надо сказать месть удалась в полной мере, возможно даже сверх ожиданий. Надушенная провакационным ароматом, облаченная в нечто, выносящее мозг с первого взгляда, сверкая тяжелыми серьгами из-за которых приходилось еще выше тянуть и без того непокорную голову, она спускалась по лестнице к ожидавшему внизу кавалеру. Ей стало жаль , что лицо Хайнца не запечатлели на пленку. Стоило это сделать, что бы пересматривать потом в особо трудные моменты жизни.
В совершеннейшем обалдении протянув ей руку и сопроводив в бальный зал, кавалер долго прокашливался, прежде чем предложить ей тур вальса. Зато на четвертом часу веселья ей жестоко отмстили туфли. Ночь была еще в разгаре, музыка обещала многое, тем , кто не боялся ей верить, но ноги Хару уже взывали к милосердию на десять голосов.
Поспорив какое-то время сама с собой, она решила все же проявить жалость к родному организму, месть уже удалась. И если уж Хайнц пал подстреленной жертвой, к её ногам, то хотелось на них хотя бы стоять.
Она улизнула, как ей казалось, совершенно секретно в гардеробную, но видимо ей только казалось. Тихо затворенная дверь распахнулась у неё за спиной, на пороге стоял решительный Хайнц Крюгер.
- Хару, я везде тебя ищу. Я хотел тебе сказать…
Бывают ситуации, когда даже самый решительно настроенный мужчина так и не сообщает даме, что он хотел ей сказать. Например если вваливается в комнату в тот момент, когда оная дама, скинув надоедливые туфли, решает избавится еще и от чулок.
- Раз уж ты здесь, то помоги мне снять это чертово платье, у него молния на спине.
Хару решила не подавать виду, что ситуация становится мягко говоря небанальной. А может у неё мелькнула мысль добить бедного Хайнца. Это не известно. Во всяком случае, когда он справился в тревожно сопящем молчании с молнией , она выставила бедолагу за дверь. В коридоре его и нашла Хозяйка.
- Герр Крюгер, вы не знаете, где Хару? Я везде ищу вас обоих.
Дверь распахнулась и на пороге появилась девушка в джинсах и кофточке.
- Вы то мне и нужны. Оба. Там у нас что-то не в порядке со связью . Пропал прямой переход в Трактир. Это не слишком удобно половина гномов у нас, а некоторые гости в Трактире… Нельзя ли что-нибудь сделать.
Через полчаса, сидя на меховой подстилке, щедро выданной Хозяйкой и брошенной прямо на металлическую поверхность крыши, Хару смотрела на огромные звезды над Поместьем. Рядом молча помещался Хайнц, только что починивший переход в Трактир. Завтра придется выяснить кто оборвал провод на крыше и не было ли это диверсией, но сейчас не о чем плохом не думалось , а просто хотелось смотреть на огоньки внизу и вверху.
- Как ты вовремя переоделась, в платье здесь было бы не удобно.
- А что ты хотел мне сказать, когда вломился в гардеробную.
Хару чуть-чуть повернула голову , что бы видеть лицо собеседника.
- Что ты очень красивая.
- Да, хорошее было платье.
Хару немного вздохнула. Все-таки антураж многое значит…
- Да я вообще это хотел сказать. Не только сегодня.
Дама в джинсах посмотрле на звезды, чему-то улыбнулась и не стала спорить.