Просмотр отдельного сообщения
Старый 07.01.2014, 00:07   #71842
Victoria
Зарегистрированный пользователь
 
Аватар для Victoria
 
Регистрация: 25.01.2013
Сообщений: 2,811
Лайки: 0
новогодний подарок Мыши, так на всякий случай.



Эхо не любила сырую погоду. Когда лес наполнялся плотным белесым туманом, и верхушки самых высоких елей торчали из него, словно свечки из именинного пирога. Она чувствовала себя оглохшей и онемевшей: влажный воздух гасил любые звуки , делал их далекими и чужими. В такую погоду только и остается, что повторять глухое шлепанье капель, падающих с веток.
Однажды сырым неприютным днем на исходе осени, когда ожидание близкой звонкой зимы было особенно нестерпимым, Эхо спускалась с западного отрога горы, легко скользя между темных от воды стволов , старательно прислушиваясь, не найдется ли с кем поиграть.
Она радостно встрепенулась, различив вдруг среди тусклой не предвещавшей никаких развлечений тишины два громких мальчишеских голоса, которые о чем-то спорили между собой. Эхо сменила направление и через пару мгновений оказалась на прогалине , оставшейся от очень давнего лесного пожара.. Здесь великаны деревья расступились и среди редких серых камней, покрытых рыжими пятнами лишайников, поднимался подлесок , пушась мягкими верхушками молодых сосенок и ерошась облетевшими уже осинками.
Привалившись спинами к одному из валунов, на земле сидели два молодых гнома. Эхо подошла поближе и, пользуясь своей невидимостью, уселась прямо напротив них, поджав под себя ноги.
Гномы спорили о том, куда им следует идти дальше. Тот, что был одет по богаче, уговаривал товарища подняться выше линии тумана, чтобы оглядеться. Второй предлагал подождать, пока поднимется солнце и все и так станет видно. Оба были изрядно растрепаны и перепачканы, в волосах путалась паутина и хвоя, руки исцарапаны, одежда местами порвана: видимо, часть пути по склону они преодолевали не ногами, а кубарем. Но отчаявшимися они не выглядели, скорее потерявшимися, уставшими и голодными. Эхо нравились гномы. Нравились звонкими топорами и кирками, громкими, уверенными голосами. Песнями веселыми, которым так хорошо подпевалось. Эти двое потеряшек ей тоже были симпатичны… она с минуту подумала еще, в конце концов, она ничем не была занята сегодня.
- Торин, нас наверняка ищут. Ох! И достанется, когда найдут. А если мы сами вернемся, можно будет что-нибудь соврать.
Эхо неслышно рассмеялась, гномьих детей ей приходилось видеть не часто… судя по этим словам от человеческих проказников они не слишком отличаются. Она встала с травы и отправилась вниз по склону, туда, где чуть слышно лепетал ручей.
- Торин! Торин! Рин-рин-рин!
- Слышал? Я же говорил, что нас ищут. Уж тебя-то точно.
- Пошли. Теперь все равно накажут, зато домой попадем.
Гномы шустро стали нырять среди подлеска , время от времени прислушиваясь.
- Торин, Торин! Рин-рин-рин!
Разносилось по лесу звонко, далеко и весело. Эхо понравилось имя, и она звала и звала мальчишек за собой, пока они не увидели, что стоят на берегу ручья. Подождав немного, пока их не осенит светлая мысль, что все ручьи в округе наверняка вливаются в озеро, а от озера и до Эреборских ворот можно добраться, Эхо покивала сама себе, помахала им в тумане на прощанье рукой и отправилась дальше в лес искать новую забаву.
----------------------------------------------------------------------
Летнее полуденное солнце круглило стволы сосен, стекало пахучими каплями смолы, плясало на поверхности ручьев, заглядывало зелено-золтистыми глазами под полог леса, гладило морщинистые лица старых камней, разбросанных по склонам. Жарко в лесу, жарко. Притихло все, ждет вечера, чтобы затявкать лисицей перед охотой, ухнуть совой на закате, заскрипеть несмазанным колесом телеги по горной дороге.
Эхо сидела на берегу ручья. Здесь, в тени, у самой заводи, звенели одинокие комары, еще не убитые жарой, и она пыталась разобрать, о чем они говорят.
Что-то большое протопало по берегу, и, издав радостно – победный вопль, плотным тяжелым снарядом обрушилось в воду.
- Давай, Двалин! Не трусь!
- Я трушу?! Да я утоплю тебя сейчас!
Эхо не успела посторониться, мимо неё пронесся еще один снаряд, и вторая волна брызг накрыла берег.
Эхо присмотрелась к двум гномам, чрезвычайно упорно топившим друг друга в заводи. Это были её старые знакомые. Повзрослевшие, отрастившие небольшие бороды, раздавшиеся в ширь , играющие крепкими мышцами, такие непохожие на тех заблудившихся в тумане мальчишек и такие узнаваемые… Эхо засмеялась на два мощных голоса.
- Э-ге-гей! Я все-таки победил тебя сегодня!
Эхо вторила не совсем устоявшемуся медвежьему рыку.
- Эй-эй-эй!
- Ты не очень-то радуйся, Торин, будет и завтрашний день.
Ворчливо отдувающийся Двалин вынырнул на половину из воды и разлегся на узкой полосе песка как кит-самоубица.
- Завтра будет еще лучше! Мечами позвеним.
И второй отчаявшийся кит вынырнул из заводи, отжимая черный шелк волос и отфыркиваясь на последок.
Эхо потом часто вспоминала этот летний день, негромкий и неяркий вечер и то, как она провожала двух своих знакомцев до самого входа в гору через караульную. Вспоминала их разговоры, их смех, постоянные подначивания и веселые лица. Они выглядели так, словно украли у чего-то большого и сложного немного радости для себя. Эхо не слишком разбиралась в жизни двуногих созданий, кем бы они ни были, но остро почувствовала короткую и оттого особенно ценную радость этих двоих.
--------------------------------------------------------------------------
Горы живут долго. За длинную жизнь они могут менять свое лицо и не раз. И хотя Эхо не любила перемен, она принимала их неизбежность. Однажды , когда лес вокруг этой горы вдруг исчез, сгорел дотла, она покинула привычные места ушла вслед за лесом из оставленных людьми, гномами и зверьем мест. Затем что-то изменилось в мире: люди и гномы снова вернулись к её горе. Вслед за ними пришла назад и Эхо. Она ведь не любила тишины. Ей нравилось вторит дровосекам и горнякам. Множить далекий лай собак. Аукаться в лесу. Постукивать подковам торговых караванов по камням горных дорог. И она радовалась, что все это снова вернулось в её мир. Вот только вернулось не все.
Она сидела частенько у входа в гору и искала глазами своих знакомцев. Прошло немало лет и Эхо не знала хорошенько как долго живут гномы. Она просто искала их.
И однажды ей повезло.
Этим вечером, прежде чем спускаться к озеру, Эхо решила проверить знакомый выход из караульной…. Так называли это место её гномы, в то далекое , счастливое лето. Она подошла совсем близко, когда заметила фигуру гнома стоявшего на склоне горы и провожавшего глазами солнце. Она не узнала бы его сама, но из караульной Двалина окликнули по имени, он что-то ответил, и Эхо тут же узнала голос. Голос – это то , что она никогда не путала и не забывала.
Считается, что Эхо не умеет говорить. Это не правда, конечно же у неё был свой голос, но пользовалась она им не часто, предпочитая слушать других… такой уж у неё характер. Но это был тот самы, исключительный случай.
- Здравствуй, Двалин, тебя ведь так зовут?!
Как же он изменился! Эхо посетовала про себя, как стареют некоторые, неужели, и тот другой так же померк и больше не сверкает синевой глаз, так живо запомнившихся ей когда-то.
Гном молча напружинился и стал оглядываться вокруг, припав к камню спиной.
- Как пугливы бывают некоторые. Не бойся меня.
Эхо подошла совсем близко, но увидеть её все равно было нельзя.
- Кто ты?
- Я? Эхо… мы встречались с тобой раньше в лесу, в этих горах…давно. С тобой и твоим другом…. Я хотела спросить тебя: где он? Я его увижу?
Эхо привыкла к причудам двуногих, она редко понимала их действия и слова, но этот гном совсем ничего ей не ответил. Он даже не стал больше ничего у неё спрашивать, например, почему её не видно… чего она все-таки ожидала. Нет, он просто перестал прижиматься к камню, повернулся к Эхо спиной и молча пошел вверх по склону, к выходу из караульной. Так они и шли молчаливый гном и недоумевающая Эхо. Когда да входа в гору оставалось несколько шагов и стали видны силуэты караульных, Двалин остановился.
- Скажи, сколько живет Эхо?
Она задумалась, ей самой никогда не приходил в голову этот вопрос.
- Не знаю. Я никогда раньше не умирала.
Эхо не видела в сгущающихся сумерках лицо гнома. Слышала только его глухой низкий голос.
- Тогда может быть ты его еще и увидишь. Если увидишь, скажи, что он был мне нужен.
Эхо закивала головой в темноте, хотя Двалин не мог этого видеть.
- Я не забуду. Я ничего не забываю. А долго нужно будет ждать?
- Я не знаю.
Эхо осталась на склоне одна. Она побродила еще немного среди камней, и прежде чем лечь спать, несколько раз повторила переданное послание. Эхо не очень разбиралась в чувствах и делах двуногих, но она поняла, что это было очень важное послание… и в нем нельзя ничего перепутать. Она уснула спокойной. Эхо умела ждать, время не имело для неё значения, главное не забыть важных слов.
__________________
"Каждый пациент имеет право свободного выбора: лечиться или не лечиться! Каждый медик имеет право: послать его в пень с его свободным правом!....". выписка из устава Психушки имени Р.К.А.

Последний раз редактировалось Victoria; 29.03.2014 в 06:57.
Victoria вне форума   Ответить с цитированием
Victoria получил(а) за это сообщение 31 лайков от: