Вчера почитала интервью, которое выкладывала
Ritona на 606 странице. Обычно я ничего такого не читаю, но тут прочла из уважения к титаническому труду, проделанному ради перевода. И там была потрясная фраза про то, что
"Трандуил может чувствовать движения каждого листа, колышущегося на ветру в чёрном лесу его Лесного королевства". И что-то там про
"то, что он видит и любит в глубине своей души, глядя в глаза Тауриэль" (фраза, конечно, - мама дорогая; но подозреваю, что это значит всего лишь то, что он узнаёт в ней себя, каким был очень-очень-очень давно, до войны Союза и много, много раньше).
А ещё вчера в Трандуилье
Гиллуин выложила текст песни и ссылку на саму песню… Вы, конечно, её знаете, а я в первый раз увидела и услышала. И на фоне тех фраз из интервью песней меня реально накрыло. Всё сложилось в единый колдовской образ. Куда-то делся мой махровый депрессняк, стало легко, звонко, волшебно. В Трандуилье я, конечно, высказалась, но меня просто распирает до сих пор! Простите мою навязчивость, но притащу и сюда: никаких сил нет сидеть тихо, жизненно необходимо что-то делать, куда-то лететь, что-то творить, говорить, петь… Пожалуйста, пусть здесь тоже будет! Иначе меня просто разорвёт.
В общем, вот стихи и ссылка на песню.
Король лесов Средиземья
Он бредёт по лесам осенним,
Он – король в золотом и алом.
Лес ковром ему листья стелет,
Клёны факелами пылают...
Средь берёзовых колоколен
Славу ветер поёт осенний,
Лес над ним распахнул знамёна:
Идёт владыка лесов Средиземья.
Рос опалы пали в ладони.
Король смеётся, король колдует...
Гранатовой горечью осень наполнит
Пряную чашу пламенных утрень.
Он чашу поднимет во имя леса,
Во имя безумной осенней пляски,
Во имя предсмертной осенней песни.
Король колдует, король плачет...
Поёт он славу своей наречённой,
Владычицы ночи – луны осенней,
Король златокудрый с глазами зелёными,
Он сегодня венчается с нею –
Пряною полночью осеннего ветра,
Серебряной полночью полнолунья.
В пламени леса предлунного света
Король смеётся, король колдует...
Очи его – словно пламень зелёный,
А в волосах – жемчуга тумана...
Золото клёна – его корона,
Губы его как открытая рана.
Свет Луны отражается в кубке,
Горше вина, горячей поцелуя
Лунный свет обжигает губы.
Король смеётся, король колдует...
Он бредёт по лесам осенним,
А в глазах его вешняя зелень,
Золото клёна – его корона,
Рубины рябины в его ладонях...
Послушать - здесь:
Мир Фолка : А, Айрэ и Саруман : Айрэ и Саруман - Король Трандуил
Кажется, что наш Лесной Король и тот Лесной Чародей из песни – это разные персонажи, кажется, что невозможно их совместить…
Так вот, теперь самое главное. У меня всё совместилось совершенно прекрасно! А почему нет? Ледяной Король Лихолесья. Он чувствует. Он знает. Он мог бы быть таким, легко ступать, смеясь, по алым листьям... Он такой. Там, внутри, далеко-далеко. Тот, кто чувствует движение каждого листа, тот, что колдует, смеётся и плачет, и венчается с луной – это он, зеленоглазый, просто он растворён и спрятан в океане первозданной мощи древнего эльфа. Но он есть. Этой частью своей запредельной сути Король слит с Лесом как со стихией, как с живым существом. Это что-то сокровенное, потаённое. Это знает только он сам, Лесной Король.
Есть Король, который заботится о своих подданных, оберегает своё королевство, торгует с Озёрным городом, идёт на войну. Он прожил очень долгую жизнь. Он пережил слишком много потерь. На нём лежит слишком большая ответственность… Но тот, зеленоглазый, смеющийся, с гроздьями рябины в ладонях, он тоже живёт в глубине души. Это он по-отечески любит простодушную и отважную Тауриэль. Это он действительно понимает, почему сын хочет найти и вернуть девушку. Это он вместе со своими подданными поднимает кубок на осеннем пиру. Его, зеленоглазого, никто никогда не увидит. Только сам Король, Король с ледяным хрустальным взором, – он знает…
И ещё, вероятно, сын ловит порой странный зеленоватый отблеск в холодной бесконечности голубых глаз отца...
P.S. Девочки,
Хенвен,
Гиллуин, если я сделала что-то не то, приношу самые искренние извинения. Простите!
P.P.S. Это же невозможно, невозможно! Всё, выносите меня…
