[Осьминогий лось]

---------- Сообщение добавлено в 18:38 ---------- Предыдущее сообщение было в 18:12 ----------



---------- Сообщение добавлено в 20:24 ---------- Предыдущее сообщение было в 18:38 ----------

а это короче Дом

Я деревянный мне не больно

- Что случилось, малыш? - ласково спрашивает миссис Хиддлстон, услышав тихие всхлипывания. Она готова к тому, что причиной слёз её маленького сына могло стать, что угодно. Грустный мультфильм, слишком красивая картинка в книжке, а, может, девочки снова убежали куда-то играть и не взяли братишку с собой. Или мальчик мог снова задуматься о чём-то грустном. - Что с тобой, сынок?
- Всё хорошо, - всхлипывает Том, но его голос дрожит, и миссис Хиддлстон присаживается на корточки, чтобы быть на одном уровне с мальчиком, чтобы смотреть ему в глаза.
- Ты думал о чем-нибудь плохом?
Сын отрицательно качает головой.
- Испугался?
Снова мотает головой и всхлипывает.
- Сара и Эмма не хотят с тобой играть? - хмурится мать, но знает, что не может осуждать девочек и даже понимает их, им интереснее вдвоём, а слишком впечатлительный малыш часто мешает их играм. она твёрдо уверена, что это пройдёт, мальчик перестанет быть таким нежным и плаксивым, надо только немного подождать, и это всё не страшно, просто такой у её малыша характер.
- Всё хорошо, мам, - отвечает Том, миссис Хиддлстон окидывает его с ног до головы внимательным взглядом и тихо вскрикивает. У мальчика глубоко содрана кожа на левой коленке, кровь перемешалась с грязью, и её малышу сейчас очень и очень больно.
- Маленький мой, - выдыхает женщина, и сердце щемит от бесконечной нежности и какой-то странной боли. Она переживает за своего мальчика, она, кажется, за дочек не всегда так боится, как за маленького сына. Муж сердится и говорит, что это неправильное воспитание, но ей почему-то кажется, что она права. Что в будущем малыш ещё станет настоящим мужчиной. Просто он не такой как все, надо просто согласиться с этим. - Почему ты ничего мне не сказал?
Она знает, что бессмысленно спрашивать, она догадывается, каким будет ответ, мальчик не хотел пугать её и огорчать. А Том молчит и надеется, что мама никогда не узнает, что он не сам упал, а соседский мальчишка Боб повалял его по асфальту.
Миссис Хиддлстон бережно промывает коленку сына кипяченой водой, смазывает пахучей мазью и перебинтовывает. Садится в кресло, Том залезает к ней на колени, и она укачивает его как совсем крохотного малыша. Сын уже давно перестал всхлипывать, но она догадывается, что ему по-прежнему больно. Легко дует на шапку его смешных кудряшек и певуче говорит: "У собачки боли, у кошечки боли, а у Тома не боли"
Огромные глаза мальчика снова наполняются слезами, и миссис Хиддлстон сама понимает свою ошибку.
- У собачки не боли, и у кошечки не боли, - торопливо шепчет она, - И у Тома не боли.
Мальчик засыпает у неё на руках, уставший от боли и слёз, а она смотрит на него, и думает, что её сын, наверное, самый необычный человек на свете.

- Что случилось, малыш? - ласково спрашивает Кеннет Брана, и Том удивлённо вздрагивает. Эти слова и интонации так похожи на интонации его матушки. Он думает, не почудилось ли ему обращение "малыш", но только улыбается в ответ, и стиснув зубы отвечает, что всё хорошо.
Голова раскалывается на тысячу маленьких кусочков, но съёмочный день ещё не закончен, и он не может пойти лечь спать, и он не должен быть ни для кого обузой.
Кеннет не отстаёт, выпытывает в чём дело, и Том всё-таки отвечает, что у него немного болит голова.
- Совсем чуть-чуть, - поспешно добавляет он, но видит, как Брана хмурится, понимает, что ему не удастся обмануть старшего друга. А тот неожиданно трогает его лоб, сначала запястьем, а потом осторожно губами, качает головой, и Хиддлстон понимает, что у него ещё и жар, помимо всего прочего. Так вот почему ему весь день было так плохо.
Кеннет отводит его в трейлер, роется в карманах и достаёт таблетку. Заставляет проглотить её немедленно, стоит над душой, как встревоженная мамаша. Том слабо улыбается, послушно выпивает таблетку и блаженно растягивается на кровати. Брана садится у него в ногах, легонько гладит его по плечу и шепчет: "У Криса боли, у Тома не боли"
Том почему-то не спорит, а очень понятливо улыбается. Кеннет хитро подмигивает ему в ответ, и Том проваливается в сон.
Он проснётся полностью здоровым и счастливым.
И когда потом однажды кто-то из каста услышит, как Кеннет в очередной раз, поглаживая Тома по голове, скажет: "У Криса боли, у Тома не боли", этот кто-то удивится и спросит что за хрень.
- Так у меня же там кость, болеть нечему, - улыбнётся Крис. И всех непонимающих этот ответ вполне удовлетворит.
И только Кеннет, Том и Крис будут знать, что по-настоящему дело в любви. Просто мальчики любят друг друга и поэтому с лёгкостью готовы "носить тяготы друг друга" А Кеннет слишком мудрый, и он уже давно видит на несколько шагов вперёд.