- Ваше величество, - девушка склонила голову в поклоне, - и Ваше величество, - Лаврик надеялась, что
книксен или как его там, ей удался.
Арвен ободряюще улыбнулась.
- Добро пожаловать на границу миров, - глубоким голосом приветствовал Арагорн.
"О господи, у меня бред и галлюцинации, я упала с лошади и ударилась головой", - решила Лаврик. - "Такого просто не может быть. Как, кто мне скажет, КАК им это удалось?!" После разговора с Грей, она думала, что
пойдет в какое-нибудь уединенное место, где можно будет спокойно закончить рисунок, который она начала еще в декабре, почти сразу после визита Торина. О том, что ее привезут на границу миров рисовать с живых людей, она даже и представить не могла.
Пока Арвен и Арагорн тихо переговаривались на эльфийском, Лаврик развернула сверток и обнаружила там новенькую коробку карандашей, точилки-ластики, небольшую подложку, чтобы рисовать не на коленке и,
вот странно, свой серый свитер. Расстелив на большом камне ткань свертка в несколько слоев и подложив сверху свитер (это наверняка девочки позаботились, чтоб не сидеть прямо на холодной земле), она достала незаконченный рисунок и взглянула на королевскую чету.
- Можно попросить Вас стоять, как стоите сейчас? Это не займет много времени.
- Ну, я думаю, это будет несложно, - ответил Арагорн, нежно обнял жену и прошептал ей что-то на ушко.
Лаврик, быстро окинув взглядом короля и королеву, принялась рисовать. Процесс шел легко, тени ложились как нужно, правда, на лице Арвен их почти не было, она словно светилась. В какой-то момент Арагорн легко коснулся губами губ жены, в его глазах на миг появилось что-то лукавое. Лаврик заметила это, подмигнула, провела ластиком и быстро что-то исправила. Рисунок скоро был готов. Со стоном девушка поднялась с камней - отсидела-таки себе... хм... ногу - и показала работу. Арвен легко провела рукой по листу, от него отделилась прозрачная пленка, тут же ставшая таким же листом бумаги, на котором уже проступало изображение.
- Вот что интересно, - произнесла эльфийка, - этот рисунок можно развернуть тремя разными способами. Кроме того, он мне что-то напоминает, - она улыбнулась мужу. Арагорн забрал рисунок.
- Скоро стемнеет, тебе нужно возвращаться, - заметил он, - кроме того, холодает. Я не вижу твоего провожатого.
- Он уехал по своим делам, за мной скоро приедет другой, не волнуйтесь, - ответила девушка, складывая принадлежности обратно. Свитер она убирать не стала, а просто одела поверх легкой куртки. Ну и пусть
выглядит нелепо, зато тепло, да и никто все равно не видит. Попрощавшись с королевской четой и сердечно поблагодарив за такую бесценную возможность, Лаврик отвязала Плотву и повела ее к речке, напиться. В голове был сумбур, она до сих пор не могла поверить во все произошедшее.
Вспомнив, что со времени завтрака прошло уже часов пять, девушка порылась в седельной сумке и нашла несколько бутербродов. Мысленно поблагодарив Инниш и Грей, она мгновенно слопала бутерброды и немного согрелась. Чтобы не окоченеть, Лаврик принялась ходить туда-сюда.
- Ну где же кто-нибудь, - обратилась она к лошади, прекрасно понимая, что занятие это, в общем-то бесполезное. Плотва в ответ только фыркнула. Начинало темнеть.
- Все, - решительно заявила девушка, - я или замерзну здесь или с голоду помру. Пошли.
Лаврик взяла поводья и потихоньку пошла через лес, недовольно бурча себе под нос и пиная кочки.
- Спеть, что ли?
Лошадь скосила глаз на горе-наездницу.
- Ну и ладно, - надула губы девушка. Настроение начало резко падать вместе с температурой воздуха. Лаврик ускорила шаг - на лошадь она сегодня не сядет, хватит, накаталась лет на десять вперед. Подняв повыше и без того высокий воротник свитера, так, что остались видны только глаза, она почти бегом вышла из леса.
Дорогу было видно до поворота и она была пуста.
- Черт, про нас, видимо, забыли. Ну и ладно, дорога здесь одна, не заблудимся. Только я темноты боюсь, - пожаловалась она Плотве.
В это время из-за поворота кто-то показался, судя по росту и силуэту - мужчина. Пешком и в незнакомой одежде. Лаврик не знала - радоваться или бежать куда подальше.
- И что делать будем? - спросила она у лошади. Плотва в ответ заржала и побежала навстречу мужчине, вырвав из рук девушки поводья.
- Отлично, - проворчала она, - значит, знает его.
Чем ближе подходил мужчина, тем все более странно чувствовала себя Лаврик. Сердце пару раз гулко ударилось о ребра, колени задрожали, кажется, еще пульс подскочил и закружилась голова. Мужчина приветственно замахал рукой.
- Вот Вы где! - заулыбался он, - Простите, что так долго, в конюшне сейчас нет ни лошадей, ни даже пони.
- Скорее, - простонала девушка, ища глазами, за что можно зацепиться, чтоб не рухнуть в грязь. Мужчина, видимо, понял, что она упадет в обморок и бросился бегом, успев буквально подхватить у земли. Пришлось нести бедняжку на руках, так как залезть на лошадь в такой ношей было невозможно. Впрочем, девушка довольно скоро открыла глаза и попросила поставить ее на землю.
Лаврик, слегка пошатываясь, держалась за руку мужчины, пытаясь перевести дыхание, успокоить бешено стучавшее сердце и привести мысли в порядок. На данный момент, видимо, можно было сделать только
что-то одно. Лаврик прислонилась к боку лошади - ну не может же она все время стоять, вцепившись в чужую куртку.
- Простите, я не знаю, как Вас зовут, - смущенно проговорил он, - в поместье сейчас суматоха, меня срочно отправили на Ваши поиски и позабыли сообщить имя и точное место поиска.
- Лаврик, - еле ворочая языком произнесла она.
- Джон Стендринг, - улыбнулся мужчина.
- В этом-то и дело, - простонала девушка, - на что они рассчитывали?
- Простите, я Вас, видимо, не расслышал? Кто рассчитывал?
- Да девочки! Неужели они думали, что я в этом случае сама смогу дойти?
Джон совсем растерялся и в смущении, видимо, не зная куда деть руки, снял шапку.
- Отросли... - только и успела сказать Лаврик, оседая на землю.
- Да что же это! - воскликнул мужчина, вновь подхватывая девушку. На этот раз он остался стоять и, дождавшись, пока новая знакомая очнется, осторожно поставил ее на землю, все же не сводя с нее глаз.
- Нет, только не лошадь, - простонала Лаврик, - умоляю Вас. Если бы Плотва могла говорить, она бы наверняка умоляла о том же.
- Плотва?
- Ну да, я ее так назвала. Сэр Гай сказал, что ее никак не зовут и я дала ей имя, - девушка смущенно пожала плечами. - Что, у нее уже есть имя?
- Нет, имени нет, - Джон отвернулся к лошади, подтягивая какой-то ремешок.
Казалось, услышав имя рыцаря, новый знакомый чуть ссутулился и стал ниже ростом.
"Дура!", - зачем-то выругала себя Лаврик. Собрав остатки разума, буквально соскоблив со стенок черепушки эти жалкие крохи, девушка повернулась к Джону и положила руку ему на плечо.
- Джон, прошу Вас, давайте пойдем пешком, я справлюсь, правда.
"Неправда, нифига не справлюсь", - тут же подумала она.
Мужчина обернулся и Лаврик тут же утонула в его голубых глазах. Джон, видя приближавшийся обморок, заботливо поддержал девушку за талию, чем едва не вызвал остановку сердца у бедняжки.
"Господи, да приди же ты в себя! - Лаврик готова была дать себе пинка. - Он же подумает, что ты припадочная!" Видимо, сознание испугалось подобной перспективы и вернулось само.
Для пробы, отпустив мужчину, она сделала шаг назад, постояла и вернулась обратно.
- Вот видите, все уже нормально.
- Ну хорошо, - согласился Джон, - только, для верности, держитесь за меня.
- Это я с удовольствием, - девушка приняла галантно предложенную руку и все трое отправились домой, в Поместье, по дороге болтая обо всякой ерунде. Болтали, естественно, двое.
Когда они подошли к дому, уже совсем стемнело.
- Вы идите в дом, - предложил Джон, - а я лошадь... Плотву, то есть, почищу и накормлю.
Лаврик упрямо помотала головой.
- Ну уж нет, я с Вами.
В конюшне мужчина настоял на своем и девушке пришлось просидеть на связке соломы, пока он чистил и задавал корм лошади. Лаврик просто не могла оторвать взгляд от его рук, которыми он ловко проделывал любую работу. Иногда они встречались взглядами и Джон смущался и отворачивался.
Наконец, с делами было покончено, Лаврик, уже привычно, обхватила локоть Джона и они направились в дом по подмерзшим дорожкам. На улице похолодало, появились первые звездочки, а в доме уютно горели
окна, девушка чувствовала себя совершенно счастливой.
На кухне мужчина сам заварил чай, достал кексы и Лаврик почувствовала, что голодна как Бомбур.
Глядя, как она дожевывает четвертый кекс, Джон обеспокоенно спросил:
- Вы давно в последний раз ели?
- Утром, - проговорила она с набитым ртом.
- Наверное, поэтому и падали в обморок.
Лаврик чуть не подавилась.
- Наверное...
"Господи, он что, ничего не понял?"
Девушка с трудом дожевала бисквит, глядя в эти невозможные глаза.
"Эх, где наша не пропадала!"
Лаврик встала со стула, обошла стол и встала прямо рядом с мужчиной.
- Джон, позвольте поблагодарить Вас за спасение! И, не дав опомниться ни себе, ни ему, девушка наклонилась и поцеловала его в щеку, крепко при этом зажмурившись. Выпрямившись и глубоко вздохнув, она открыла глаза. Прямо на нее смотрели два синих озера... Опешивший мужчина сидел, приложив руку к щеке. Лаврик почувствовала, как у нее тихо съезжает крыша.
- Простите, - пролепетала она. "Вот я идиотка". Лаврик развернулась и пошла к двери, закусив губу, чтобы не разреветься. "Грей заварит сегодня мне ведро ромашки пополам с валерьянкой", - подумала она, чувствуя, как краска стыда заливает щеки и уши. "И надо же было так вля..." Додумать она ничего не успела - ей на плечи легли мужские руки и развернули к себе.
- Лаврик, - произнес Джон чуть хриплым голосом, - я просто обязан проводить Вас до Вашей комнаты. Только разрешите мне одну вещь, пожалуйста.
- Какую же? - девушка была готова разрешить все, что угодно, чем бы это потом ни закончилось.
Мужчина наощупь нашел шнурок, стягивавший волосы девушки в довольно растрепанный хвост, и развязал его.
- Так мне больше нравится.