Калейдоскоп.
(осколок)
(особенности лексики Заполярья сохранены по возможности 
)
Сумки… аэропорты… вокзалы… Домой хочу! Надоело все… Неделю почти в дороге, а в разлюбезной столице округа в аэропорту даже поесть негде толком… Четвертые сутки туман и боковой ветер, ни один пилот в такую-то погоду к нам не полетит… Ох, не любят они Варандей… Еще бы только понимать, за что… О! Что объявляют? «Пассажиры рейса такого-то, вылетающего на Каратайку, пройдите в зону досмотра багажа для регистрации… Борт на Варандей откладывается на три часа по метеоусловиям Варандея.» Аааа! Они же на Каратайку над нами летят, над нами! Значит, там погода нормальная, а у нас– нет! Ветер разный. По силе и направлению. Что такое для ветра в тундре четыре-пять сотен километров? Прравильно, ничего… Черт, правда, как надоело все… Ну хоть бы экспедиционная вертушка пошла… Ага, и кто нас на нее возьмет? Тоже правильно, никто. Вон, сколько варандейцев скопилось, туда берут в первую очередь «своих»… Пойти на улицу выйти, что ли… Хорошо еще, не слишком холодно. И дождик вроде перестал… Осень в Заполярье во всей своей красе. На Большой Земле еще в летних платьицах ходят… Впрочем, грех жаловаться, могло быть намного хуже. Помнится, как-то раз снег угораздило выпасть как раз перед нашим приездом, а я– в босоножках. Красота! По снегу-то– почти босиком… Бред. Правда, надо признать, было такое всего раз. Как правило, холод все же не свирепствует, иногда даже солнечно бывает… Хотя в наших краях наличие Cолнца еще не гарантирует тепла даже летом. Если потянет северный или северо-восточный, никого тепла не жди. И черта-с-два, а не морошка, опять все вымерзнет. Интересно, а нынче сия ягода была? Если да, значит, дома уже стоит пара ведер… Если нет, опять придется брусникой обходиться, и то еще– тоже если будет. Если снег не ляжет раньше, чем она вызреет. Так… Опять облачность низкая, да? Процентов на восемьдесят можно гарантировать, что снова будет дождь. Что, конечно, означать может только одно– теперь уже по метеоусловиям закроют сам Нарьян, и снова придется ночевать в этих дурацких гостиницах, где от холода и сырости едва закрываются двери в комнатах (дома-то отопление круглогодичное, еще бы, котельная топится сырой нефтью, которая самотеком идет из скважины, затрат на горючее– никаких, а здесь его, отопление то есть, дадут только в середине сентября…), и завтра снова с утра пораньше сюда, в аэропорт, и снова такой же день… Разве что кто из наших прилетит из Архангельска завтрашним рейсом… Брр, терпеть не могу АН-24 за совершенно специфический «самолетный» запах, то ли дело АН-26… впрочем, АН-2 я люблю еще меньше… И чего они натаскали сюда дерн по осени? Песок пытаются закрыть? …Ага. Сейчас. Во-первых, никуда они от песка не денутся. А во-вторых, ну кто кладет дерн в конце августа? Не приживется ведь, заморозки скоро совсем…
(и ведь правда– не прижился…[комментарий из будущего]) И березки посадили… Только ведь тоже– выживут ли?..
Мама? Что? Объявили посадку? В этакую-то погодку? Кому-то из пилотов что-то на Варандее срочно понадобилось, не иначе. Ну, да нам-то какая разница? Домой бы поскорей… Достала дорога… Интересно, и сколько часов мы сегодня лететь будем? Помнится, если ветер хвостовой– так минут сорок, а уж если встречный… часа 2,5, не меньше. Только бы там еще посадку разрешили, а то ведь бывало и такое, что над поселком люди пролетали и возвращались обратно. Хорошо еще, нам везло хоть в этом… Уф, регистрация позади, но радоваться рано, радоваться будем, когда на варандейский песок шагнем, выйдя из «Аннушки». Ага, сумки, как обычно, не досматривают– мол, кому вы нужны, все друг друга знаете, если что не то везете– самим же расхлебывать… Вечно здесь сквозняки… Так… Наконец-то… В самолете… Сумки сбросаны в хвосте, стандартный перегруз человека на четыре… Все как обычно. Проводить взглядом Нарьян-Мар, помахать рукой Печоре (не дай бог, вернут с полпути обратно)– и спать… Ммм… Да? Что? Прилетели? Уррра! Бочки ГСМ на берегу… о, так называемая «посадочная полоса»– длинная прибрежная песчаная коса… садимся! Наконец-то– дома!..
…Здравствуй, Варандей…