интересующего нас больше всех персонажа (и ещё немного деталей сюжета). Чоп - персонаж сложный и неоднозначный, и это именно то, что любит Ричард. Ещё он любит работать с литературным источником – здесь тоже всё более чем в порядке, предыстория персонажа рассказана достаточно подробно, но всё-таки оставляет место для доработки; характеризация подробная и многомерная, мотивация сложная и непрямолинейная. Например, такое сильное разочарование в согражданах (переезд из Лондона от хорошей работы и хороших денег, см. выше), как мне кажется, говорит об идеализме Чопа – он явно не просто не ожидал такого поведения, такая реакция говорит о том, что он принимал солидарность с попавшими в трудное положение за должное. Эта черта характера подтверждается и тем, что он не может жить без того, чтобы хоть на что-то не надеяться как на спасительную идею, без света в окошке. Так, говоря о своих политических взглядах, он называет себя приверженцем коммунизма – это может показаться наивным, но, наверное, находясь недалеко от дна жизни в капиталистической стране, можно уверовать в коммунизм от отчаяния. Однако Чоп умён и не настолько наивен, чтобы не видеть, когда что-то не соответствует его ожиданиям: ближе к концу книги он говорит, что его политический идеал его подвёл, что коммунизм позорно провалился – как он считает, из-за отсутствия в нём духовной составляющей. А Чопу необходимо во что-то верить или хотя бы уговаривать себя верить, играть в веру – и здесь проявляется очень интересная черта героя и повествователя: когда он говорит о себе, иногда бывает трудно понять, говорит ли он совершенно серьёзно или иронизирует, но спустя какое-то время он всегда сам себя разоблачает и спускает на землю, и становится очевидно, что всё-таки иронизирует. Так, он провозглашает Урбана спасителем мира, предрекает, что он станет Мировым Учителем Бокононизма (с фантазией у Чопа тоже всё в порядке) – новой религии мира и добра на основе коммунизма и всех духовных верований бывшей Британской Империи. Потом, правда, он говорит и о провале коммунизма, и о том, что
Боконо придумал Курт Воннегут, а не разглядел в глубинах подсознательного, нанюхавшись клея, Урбан и его товарищи, и самое главное – что для Урбана верх устремлений и высшее возможное достижение (вряд ли доступное) – быть просто обычным, нормальным человеком. Значимо, что последнее он говорит через самого Урбана – в конце концов, пишет ведь он о нём и спасает его, просто так уж получилось, что вместе с ним спас и себя. Когда Урбан в конце книги выдаёт это откровение про нормальность, даже заурядность как высшую ценность жизни, он заодно ставит и диагноз Чопу – прямой и далёкий от идеализации (Урбан вообще периодически выглядит более взрослым, чем рассказчик): «You like being different. Maybe you need the attention. Maybe you’ve got attention-deficiency syndrome, like me mum. Maybe your whole generation’s got it”. «Тебе нравится быть не таким, как все. Может быть, тебе нужно внимание. Может быть, у тебя синдром недостатка внимания, как у моей матери (интересно, что здесь имеется в виду – невозможность сохранять концентрацию? Тяга к вниманию любой ценой? И то и другое?) Может быть, у всего вашего поколения этот синдром?» Рассказчик всё про себя понимает, и для него общение с Урбаном и другими детьми и эта книга тоже путь к нормальности.
Чоп вообще себя не щадит и не пытается приукрасить свои поступки. Он признаёт, что не представляет себя вне drink culture – культуры выпивки: образа жизни, который общепринят не только у обитателей дна, но и во вполне пристойных по местным меркам рабочих семьях. Отец Чопа наставляет его, чтобы тот пил пиво, сидр и не связывался с крепким алкоголем – по опыту не кого-нибудь, а собственной жены, матери Чопа, которая умерла от пренебрежения этим советом. В книге, как я уже говорила, все употребляют наркотики, и Чоп в том числе. Марихуана на этом фоне выглядит уже почти невинно, любимое (и часто упоминаемое) совместное времяпрепровождение Чопа и мамаши Урбана – курение героина (да, как выяснилось, его и курят тоже – называется это chasing the dragon, гоняться за драконом). Клей, лак для ногтей и газ для зажигалок Чоп, в отличие от детей, не нюхает и даже читает Урбану лекции о вреде токсикомании – после чего как минимум в одном эпизоде идёт и курит героин. В какой-то момент до Чопа всё-таки доходит, что он не может продолжать вести себя вот так и надеяться помочь Урбану и другим – он единственный взрослый, к кому они испытывают уважение, и он должен хотя бы стараться вести себя так, чтобы подать им положительный пример. Не то чтобы он сразу бросаёт всё и навсегда, но постепенно всё же меняет своё поведение, хотя и срывается периодически. Самый серьёзный срыв происходит, когда он идёт искать двоих ушедших в наркоотрыв парней из команды, находит их в самых ужасных трущобах из имеющихся и один-единственный раз колет себе героин – от отчаяния и чтобы понять, через что они проходят. К концу книги Чоп берёт себя в руки – как сам он говорит, благодаря Урбану, о котором он заботится и которого фактически воспитывает как сына. Ему свойственно сочетание реализма, грусти по поводу происходящего и при этом оптимизма, уверенности, что если делать – то что-то может оказаться возможным сделать: иначе он и не пытался бы им помочь.
Немного о композиции книги: частично это воспоминания в воспоминании, но в основном события показаны в прямой хронологии. Начинается текст с того, что Чоп спасает Урбана из реки, потом Чоп периодически вспоминает свою прошлую жизнь, как достаточно отдалённые события, так и непосредственно предшествующие началу действия эпизоды. Как будет в фильме – посмотрим. Скорее всего, прямую хронологию оставят, но вопрос, как и насколько будет включена предыстория Чопа. Если не включить ничего, будет непонятно, почему он вообще помогает этим детям. С другой стороны, включить всё значит размыть жанр произведения: получится нечто среднее между социальной драмой и историей жизни, для этого нужна определённая режиссёрская смелость. В книге дисбаланса не чувствуется, но текст и кино – это разные вещи, как мы знаем слишком хорошо. Но лично я жду фильм с нетерпением и уже нахожу у себя симптомы чопоголизма.