[Drew]

Сообщение от Pandemonium

А!То есть мне письмо писать на деревню к дедушке?

Да-да-да, "и ейной мордой начала меня в харю тыкать!"

Только он Один Бёрыч

---------- Сообщение добавлено в 10:21 ---------- Предыдущее сообщение было в 09:46 ----------

Я на развернутую рецензию с духом не соберусь (да и что писать? "Кориолан" с Файнсом - это шедевр, который хочется пересматривать и после которого мне, если честно, не хочется смотреть другие версии, это правильный "Кориолан"). Но вот буду прямо по ходу пересмотра какие-то ремарки и обрывочные мысли оставлять, которые потом можно обсудить.

Марций - он жрец порядка. Римляне обожествляют порядок. Причем не отвлеченную гармонию, а именно установленный земной порядок (в том числе и социальную иерархию), и покушение на этот порядок - преступление не против конкретного закона, а против устройства мира в целом. И это закладывалось в процессе воспитания - чувство долга за соблюдение порядка в своей общине. Если огрублять: это греческое еще наследие. Вот был когда-то Золотой век - эпоха идеального порядка, он рухнул из-за того, что люди отступили от законов. Чтобы человечество благоденствовало, надо вернуться к установленному идеальному порядку. И залог человеческого достоинства - сделать свой вклад в сохранение этого порядка. Так что, поведение Марция - это поведение человека чести по римским понятиям.

К вопросу о матери - правильная мать в исполнении Редгрейв сама ходит в военной форме. Это, кстати, интересный маркер в фильме. Если брать главный персонажей, то из представителей элиты без формы ходит Менений, который типа "ближе к народу". И он, таким образом, маркированный антагонист Марция и его матери. Волумния - типичная "вдовствующая королева" и она созидает триумф сына. Но все равно, она женщина, и по социальному статусу ниже сына - мужчины. Она не может ему диктовать напрямую. Давить, провоцировать, вымогать - да. Командовать - нет. Это такой тонкий психологический момент. Римский мужчина не выполнит требование женщины, кем бы она ему ни приходилась. Он просто не будет мужчиной после этого. А вот просьбу может, особенно слезную. И это даже можно интерпретировать как благородство к слабому, т.е. это тоже играет на героический образ, и когда надо - Волумния просит. Она тоже четко осознает себя частицей священного порядка и играет по установленным правилам.

---------- Сообщение добавлено в 11:10 ---------- Предыдущее сообщение было в 10:21 ----------

Очень любопытна разница в методике манипуляций между Волумнией и Менением. Про Волумнию я уже сказал, а Менений - он такой вот "ходок в народ", призывающий торговаться с плебсом. Для Марция лучше не исполнить обычай вообще, чем исполнить его лицемерно. Для Менения цель оправдывает средства в самом неблагородном смысле. Поэтому, хотя иногда кажется, что у него с Волумнией общие цели, на самом деле это диаметрально противоположные фигуры.

---------- Сообщение добавлено в 11:15 ---------- Предыдущее сообщение было в 11:10 ----------

Кстати, надо заметить, что плебс не является ни источником, ни хранителем порядка. Поэтому негодование Марция в отношении "народа" не может являться основанием для реинтерпретации его мотивов в сторону менее благородных.

---------- Сообщение добавлено в 11:34 ---------- Предыдущее сообщение было в 11:15 ----------

Любопытно, что когда Марция изгоняют, он и Волумния переодеваются в гражданское платье. Для них обоих это разочарование в той системе, которую они считали обителью порядка. Однако уход Марция к вольскам - это кажущееся противоречие. Он не пошел "в народ", и не пошел к "врагу". Он пошел к тому, кого счел себе равным по духу, - к тому, с кем сражался лицом к лицу. Кстати, этот "танец с саблями" в начале фильма - хорошая хореографическая находка. И там такие глаза - дрожь берет. Здесь нет никакого парадокса и личной мести (хотя Марций говорит именно о мести, но я бы тут покопался в психологической подоплеке происходящего). Марций поднимает против прогнившего Рима тех, в ком ему еще видится благородство. Он пытается соединить их правильный дух со своими представлениями о священном порядке. Это идеализм, конечно, который никогда ничем хорошим не заканчивается. И на золотой середине в итоге остается, как ни странно, именно Волумния. Конец торгаша Менения в опустошенности и бессмысленности торга; конец Марция - в крушении идеалов, без которых в его понимании жить нельзя. А Волумния остается на руинах древнего порядка, храня предание о нем внутри себя.

---------- Сообщение добавлено в 12:00 ---------- Предыдущее сообщение было в 11:34 ----------

Вообще, тут, конечно, и со стороны Марция некая стратегическая ошибка, впрочем, весьма характерная для подобных исторических ситуаций. Система меняется, не все это принимают, система исторгает непринимающих. Марций счел это предательством, и разотождествился с системой, считая, что систему подменили, а она все та же, просто изменения неизбежны. В ответ система интерпретирует разотождествление Марция как предательство. Вот это взаимное обвинение в предательств - первая ключевая точка, после которой стабилизация возможна только через кризис. Вторая точка - личный кризис самого Марция, поскольку новая система, в которую он пытается интегрироваться, отторгает его по двум причинам: а) она-то как раз в корне другая, а не такая, какой Марцию кажется; б) Марций использует ее для отладки своей исходной системы, а они несовместимы. Кстати, этим же (б) занимается Менений, только в локальном масштабе. Поэтому в результате они остаются обреченными внесистемными элементами, вне зависимости от благородства или неблагородства целей.

---------- Сообщение добавлено в 12:24 ---------- Предыдущее сообщение было в 12:00 ----------

Примечательно, что в конце фильма Волумния снова надевает форму и, что тоже очень интересно, хотя снимала ее с себя, но не снимала с мальчика - сына Марция. Это тоже такой тонкий момент: не получилось с сыном, попробуем с внуком, и это тоже совершенно нормально для той среды.

---------- Сообщение добавлено в 12:35 ---------- Предыдущее сообщение было в 12:24 ----------

Что-то все равно много текста получилось. Хватит. Зато пересмотрел с удовольствием