Фильм Файнса оказался куда ближе к моему восприятию текста, чем спектакль. Во-первых, Волумния. Здесь она совсем другая - направляющая сына, гордящаяся им, но не реализующая свои неуёмные амбиции. Волумния и в пьесе, и здесь спокойно относится к своей женской доле и не пытается выйти за её рамки. Волумния в спектакле в итоге напарывается на издержки собственного воспитания. Здесь это не так выражено.
Отношения Волумнии и Виргилии в спектакле вызвали только одну мысль - ужасно иметь такую свекровь) Тут всё в порядке. Да, жена Кориолана совсем другая, ей чужд этот милитаризм, но свекровь у ней - не монстр. Сама перевяжет раны, на которые жене и смотреть страшно.
Кориолан тоже понравился. Он совсем другой, старше, спокойнее. И если гордость Кая Тома можно списать на максимализм, то здесь - на заслуги и опыт.
А теперь о самом лучшем, что для меня есть в этом фильме - линии Тулл-Кай. Вот ОНО! То, чего я не увидела в спектакле, но что было в тексте пьесы - уважение к противнику, до конца, до последнего удара ножом и вздоха.
Батлер просто великолепен. В нем нет ничего от истеричного Тулла из спектакля. И неудивительно, что изгнанный Кай идёт к нему - не сдаваться на милость и не самоубиваться особо изощренным способом. Он идёт к единственному человеку, который способен его сейчас понять, поддержать и помочь. И человек этот - воин со схожими принципами, просто они по разные стороны баррикад.
"нормальный парень, могли бы дружить" (с)А вот если Тулл не захочет поддержать его - Кориолану больше некуда идти и незачем жить, и он готов безропотно принять смерть.
И Авфидий совершенно искренне уважает Марция и восхищается им. Мне очень понравилась сцена,с бритьем головы - в этом есть что-то такое...уважительно-возвышенное, что ли - послужить человеку, которым восхищаешься. Не знаю, как это выразить лучше.
По спектаклю больше сложилось впечатление, что Тулл убивает Кориолана больше из личной зависти, чем за то, что Кай сорвал его планы по завоеванию Рима, нарушив договоренности.
Здесь - ты обещал, но не сделал, ты меня подставил, за это умрешь.
С постановке Кориолана зарезали как свинью. Где уважение к достойному сопернику, где? Бррр... Авфидий, умывающийся кровью Марция, мне мерзок, а вся сцена вызывает тошноту.
Но как оно сыграно в фильме!.. Особенно последние мгновения, когда Тулл наносит последний удар, а Кориолан начинает медленно оседать у него на руках...
Как он прижимает его к себе, словно брата, как в жестах и взгляде соседствуют непреклонность и сожаление... вот это пробирает, и это очень по-шекспировски. И в этом все-таки есть некое величие.