[Кэм]

– Ты случаем не подсыпал в твою мерзкую смесь конопли или валерианы? – шепнул Леголас Келлодану.
– Мята была, – как можно более тихо ответил он. – Дымит хорошо. Может, и валериана. Точно не помню.
– Ты слегка переборщил: бериан уснул мертвым сном.
– Откуда же я знал, что с ними будет полурослик? – возразил Келлодан. – Трандуил его не упоминал. Я готовил для гномов. Ничего, там немного, разбудят.

Когда им стало казаться, что Бильбо сгинул без следа, Дори просто-напросто споткнулся об него. Сперва гном решил, что налетел на бревно, и лишь потом сообразил, что это – свернувшийся калачиком и крепко спящий господин Бэггинс. Совместными усилиями Бильбо разбудили.
– Мне снился чудесный сон! – пробурчал он. – Столько еды!
– Хватит с нас одного Бомбура! Что толку в твоей еде, ее не попробуешь.
Уложились спать в третий раз.

– Пошли, – заторопился Леголас и подтолкнул Келлодана. – Там еще одна поляна, надо успеть.
Эльфы собрались и осмотрели друг друга при лунном свете. Анабримбейль всеми силами старалась не рассмеяться, Тамрос сосредоточенно жевал куриное крылышко, Трандуил вертел корону в руках, Мэтувиэль пыталась привести в порядок свою прическу.
– Третий раз, – сказал король и надел корону. – Теперь они долго будут любоваться на нас со стороны, не смея вступить в круг света, так что всем нужно хорошо отыгрывать свою роль. И помните – на этот раз все должно быть медленней, они должны заметить, как мы уходим. Можно даже чем-нибудь в них кинуть.

Огни в Лесу вспыхнули в третий раз. Среди ночи Кили растолкал товарищей:
– Я видел свет! Вон там! Слышите, поют?
Послушав некоторое время, путники не смогли удержаться и решили вновь попытать счастья. Но удача, как видно, совсем от них отвернулась.
На поляне пировали эльфы, и этот пир был роскошнее предыдущих. Во главе пирующих сидел лесной король. Его золотистые волосы украшал венец из листьев. Эльфы передавали из рук в руки чаши с вином. Одни играли на арфах и лютнях, другие пели. На воротниках и на рукавах сверкали самоцветы, в волосы были вплетены цветы и жемчуг, на лицах играли улыбки. И вот, под звуки эльфийской мелодии, на поляну вступил Торин Дубовый Щит.
Музыка оборвалась. Факелы потухли. Костер полыхнул черным дымом и тоже погас. В глаза гномам полетели уголья и зола, и Лес вновь огласился воплями.
Немного погодя Бильбо понял, что бегает кругами и зовет всех гномов по очереди. Гномы изредка отвечали ему, но их крики постепенно удалялись. Бильбо еще почудилось, что кто-то зовет на помощь, а потом все стихло, и он остался в темноте один.

Келлодан осматривал крепко спящего Торина.
– Пожалуй, я действительно положил много сонной травы, – признался он.
– Ладно, забирайте его, – обратился Трандуил к Тамросу и Мэтувиэль. – Выберите камеру потеплее, а как проснется, накормите. Бедняга совсем отощал.
– Этот проклятый норн мне на ногу наступил, – пожаловалась Анабримбейль.
– Тебе на ногу, а меня один вообще за дерево принял, – подал голос Линдир и потрогал свой лоб, на котором вскорости обещала вскочить шишка.
– Хорошо, одного поймали, – констатировал Келлодан, – а как насчет всех остальных?
– А их нет?
– По крайней мере, поблизости не видно.
Трандуил озабоченно нахмурился.
– Отец, давай мы втроем сходим, – предложил Леголас. – Далеко они уйти не могли.
– Идите, только помните: вас они видеть не должны.

Леголас, Линдир и Келлодан бесшумно и быстро обследовали места поблизости. Гномов нигде не было видно, а Лес тревожился. В этой части королевства Лес уже попал под влияние колдовских чар, но он как мог сопротивлялся Тени, и сейчас он передавал эльфам сигнал об опасности.
– Нечисто тут что-то, – прошептал Линдир. – И кажется, я узнаю…
Справа послышалось какое-то бормотание и звуки борьбы, и они поспешили туда. Вскоре они увидели страшную картину: маленький бериан боролся с огромным пауком, чьи глаза зеленели во мраке Леса. Паук уже успел опутать его своими тенетами, и теперь норовил укусить. Этого эльфы никак не ожидали, и на мгновение замерли, потрясенные увиденным. За себя они не опасались: мерзкие порождения Унголианты боялись Дивного Народа и никогда не осмелились бы напасть, но вот хоббиту приходилось туго. Надо было помочь ему, но как? Как назло, оружия с собой не было.
И вдруг бериан подскочил, и в руке его что-то заблестело. Клинок! Им он разрезал паутину, вскочил и бросился на паука. Через несколько мгновений клинок по рукоять вошел в правый глаз злобного создания; паук задергался всем телом, вскинул мохнатые лапы и упал навзничь. Бериан что-то забормотал, сделал выпад в пустоту и упал, видимо потеряв сознание.
Леголас и Линдир бросились к нему, Келлодан осмотрелся и пошел куда-то наискосок.
– Бедный, – с жалостью промолвил Леголас, – мало ему голода и холода…
– …на него дикие лесные создания нападают, – продолжил Линдир.
Леголас кивнул, но потом подозрительно взглянул на друга.
– Я пауков имею в виду, – поспешил уточнить менестрель.
– Кажется, я знаю, куда делись норны, – сказал появившийся Келлодан. – Остальные пауки схватили их и подвесили в свои мешки.
– Остальные? – переспросил принц. – Их много?
– Целый выводок. А может, и несколько. Я не стал их подробно рассматривать.
– Что же нам теперь делать? – спросил Леголас. – Унесем бериана с собой, а гномы как же? Если мы их освободим, они поймут, что мы хотим им помочь, и весь план отца рухнет.
– Давайте оставим все как есть, – подумав, ответил Келлодан. – К утру моя трава перестанет действовать, и он наверняка догадается, куда делись его попутчики. А там уж мы ему незаметно поможем с пауками. Придется захватить луки.