[Nimgilhari]

Когда-то, невообразимо давно, когда Черного Замка в Мордоре не было еще и в помине, когда в Золотом Лесу еще жила великая, хотя неведомая и страшная. Сила, когда весь Закат был свободен- предки хазгов обитали в землях к западу от Туманных Гор. Сила Востока была тогда с ними, и остерегались они лишь яснооких эльфов, живших севернее их привольных степей. Тогда эльфов было много, не в пример больше, чем теперь, - может, поэтому они казались тогда менее опасными, ибо мало обращали внимания на Смертных и шли собственными путями. Однако хазгов они недолюбливали, потому что в совсем уж незапамятные времена прародители хазгов служили какой-то сверхмировой Силе, не имеющей в их памяти ни имени, ни облика; и эта Сила была враждебна эльфам.
От деда к внуку, от отца к сыну идут Вести, и каждый узнавший обязан запомнить их до самой смерти, а умирая - передать наследнику. И слова безымянных свидетелей, давно ушедших в лоно Матери, живы по сию пору, и они повествуют , как вздыбилось ставшее багряным небо и великий огонь снизошел с закатных небес. И сверкающие рати неведомых богов ступили на крайний запад земли, и Сила, хранившая нас, пала, увлекая за собой в пучину и западные земли.
Лишь горстка тех, кто положил начало нынешнему роду , чудом уцелела тогда, в битве, равной которой не было и не будет. И пращуры хазгов ушли на восток и обосновались у горных подножий. А затем пришли эльфы и создали свою страну подле ворот в подземное царство гномов, и другие народы Смертных также поселились между берегом Великого Моря и Горами. Долгие, долгие годы протекли - и вот из морских пучин появились устрашающие корабли, несущие полчища закованных в сталь воинов, великих лучников. Люди Моря стали строить свои гавани, налагая дань на прибрежные племена. Однако затем на Востоке вновь поднялась тень той, первоначальной Силы, и вспыхнула страшная война. Короли Морей оказали помощь эльфам, и в горниле истребительной схватки сгорели почти все колена рода. Но все имеет свой конец, кончилась и война, и снова потекли мирные годы, и родились новые люди . Однако угроза своими исполинскими крылами вновь затемнила небо над головами хазгов. Короли Морей обосновались на крайнем юге, и степи, ныне именуемые Роханом, были их владением. Короли потребовали покорности у племени, а когда получили отказ, нанесли такой удар, что предкам пришлось навсегда покинуть родину. И с тех пор живут они надеждой, что отвоюют наконец свои древние владения и в зеленых степях вновь разольется протяжная песнь людей , сыновей Лунных Волчиц.
О, если бы память людская была подобна памяти эльфов, то ведали бы нынешние хазги о «Приходившем в ночи, чья одежда была Тьмой, а глаза - звёздами...» к их далёким прародителям Охор'тэнн'айри - "Видящим-и-Хранящим"; один из народов Рожденных-в-Ночи; одного из Эллери Ахэ, выжившего после Войны Могуществ Арды, позднее ставшего владыкой народа Орх'тэнэй , потомков Охор'тэнн'айри. Как приходил к их предкам Звёздный Волк... Но верно, что за бессчётные века, народы рассеваются, смешиваются с другими или почти полностью исчезают с лица Арды, теряя мудрость и знания. И горстка тех, лишившихся родины, ушедших далеко на восток повстречала называвших себя Братьями Волков ...
Память...Всё, что осталось от былого- Волчий камень, стоящий в степях Дунланда, изображающий странную пару:женщину , с длинным луком, уронившую руку на загривок оскалившей пасть и вздыбившей шерсть волчице. Причём звериная чуткость и нечеловеческая мудрость читалась во взгляде женщины -глазах волчицы, а у зверя глаза людские- человеческая глубина и разумность в них...И так переплетались волчье и людское начала в обеих, что казались они сёстрами.

Вождь внимательно вглядывается в даль. Он ещё не совсем стар, хотя волосы и покрывает седина, как снег степь зимой, глаза его по молодому зорки , как у Лхума, что кружит сейчас над головой. Неясное беспокойство последних дней перерастает в чувство острой тревоги. А он редко ошибается! Взгляд Его устремлён к тому страшному месту, где пятнадцать зим назад, он узрел сошедший с неба огонь. Навсегда запомнился тот день,когда раздался далёкий гул, небо рассекла огненная стрела, оставляя за собой пылающий хвост. Потом был удар и содрогнулась земля. Он поскакал туда и нашёл. За несколько полётов стрелы конь храпел, становился на дыбы, отказываясь двигаться дальше, и охотничий пёс, что не боялся самого свирепого зверя, отчаянно скулил и завывал, крутясь на месте. Он оставил их и дальше пошёл пешком. Вершина холма. Горячая , выжженная до камня почва под ногами. Сначала не было ничего, он приблизился и заглянул внутрь небольшой, но страшной чёрной дыры...Будь-то что шевельнулось там, на дне. Его обдало волной ледяного холода, и липкий , первобытный ужас сковал так, что он не мог пошевелиться...А ещё... был ли то бред? На миг почудился ему слабо светящийся силуэт высокого воина....И уже не помнил, как отполз задыхаясь от края и потерял сознание...Если бы не талисман, данный женой — не быть ему в живых!
Он увёл свой род далеко на восход от проклятого Великими Духами места. Доходили слухи и от других племён, с коими и враждовали и соседничали-не только люди, но зверь всякий обходили стороной, не стало охоты и добрых выпасов. Шаманы боялись как огня, хотя и вели разговоры, что вроде скрыта там немалая сила. То же говорила и его жена, Даг -Нхарэ, Лунная Волчица рода Даг...
Нэхот ещё раз обследовал горизонт и стал спускаться с холма.
Ха встретила его молчаливо. Он поднёс руку к груди по обычаю приветствуя её и едва заметно кивнул. Ни говоря ни слова, она отступила на шаг, пальцы коснулись висевшего на груди медальона, скрывавшего в себе древний голубой кристалл-Знак жриц...Блеснули в полутьме зеленовато-желтые, чуть вытянутые напряжённые глаза...
Никто не знает почему так. Придания гласят, очень редко, среди тёмноглазых дочерей хазгов рождались девочки с подобным цветом глаз, это обязательно предшествовало каким-то значительным событиям в жизни народа. Старшая дочь вождя, наследуя матери, всегда становилась Волчицей и ей уже служили шаманы рангом ниже. Без её слова не принималось ни одно важное решение в Сходе старейшин.
И его Ха была отмечена судьбой!Особым был её Дар. Однако Великие Духи много дают, но и не меньше отнимают. Не было дано им дочери, только двое сыновей- близнецов. Рожая их, мать повредила себя и больше уже не могла зачать новый плод. Ха говорила- это цена!Да он и сам знал. И теперь её преемницей могла стать только жена одного из сыновей. Но и тут судьба решила по- своему.
Долго выбирала Лунная Волчица. Избранницей Ха стала Йолтен.

От Идел -гана прилетел улаг. Истерлинги напали ночью. Нэхот с обоими сыновьями и своими воинами выехал на помощь соседям.
Бой окончился победой, враг отступил. На пиру оба гана сидели рядом. По правую руку от Нэхода его сыновья.
У Идел - гана дочь -красавица, по традиции подносит лучшего вина самым дорогим гостям. Нэхот, уже успел обмолвиться, что Нхарэ, супруга его, остановила на ней свой выбор. Идел даже несколько растерялся- сколь великая честь ему оказана !. И сейчас, они, приняв кубки из нежных рук, косят глазом наблюдая, кому их близнецов она поглянется. Йолтен блеснула взором на близнецов из под полуопущенных ресниц и зарделись братья, потупив глаза. Идел-ган переглянулся с Нэхотом, крякнул:мила обоим! Ну, чтож, быть делу.
Спустя какое-то время. Нэхот с сыновьями возвратился домой. Ха взглянула на них, ничего не сказала- ни к чему слова. А Нэхот только усмехнулся.

Удивлён был Нэхот , когда привезли Йолтен. ибо не прилетал улаг от Идел-гана. И Ха это тоже обеспокоило.
Сохли близнецы по красавице. Спор возник между ними. Да какой!Ни мать и ни отец вразумить не могли. Сход решил - состязаться братьям. Кто удаль, доблесть и ум паче явит, тому и наследником отцу быть и мужем новой Волчицы, когда нынешняя уйдёт в лоно Матери.
Испытания братья выдержали с честью. Один не уступал другому. Равны!
Решено отложить спор.
Нэхот было заикнулся о другой кандидатуре хотя бы для одного из сынов, только Ха сверкнула глазами и не смел боле перечить. На то она и Лунная Волчица, чтобы видеть дальше и глубже, чем остальные.
Сама же Йолтэн тоже не могла выбрать между близнецами, ибо одинаковы были они лицом и оба казались достойными и все же Нэгфар, что старше брата на два часа...

Нэгфар застал девушку у источника.
-Йолтен...
-Не могу, Нэгфар. Как можно?
-Разве это так трудно?
-Да
Парень повесил голову.
-Обещай мне хотя бы, что...

Мелькнувшая тень показалась знакомой, насторожившись Нэгмор поспешил следом. Осторожно раздвинул ветки: брат и Йолтен!
-...Обещаешь?- надежда в голосе
Девушка некоторое время молчала опустив ресницы и закусив губу. Потом очень тихо:
-Обещаю
Какой-то судорожный вздох старшего брата.
Негмор почувствовал, как в висках застучала кровь...

Нэход вне себя от ярости.
-Вам честь и законы рода блюсти. Ишь, чего удумали! Йолтен! Подай утереться...Драка -не поединок!Вы братья, сыны Нхарэ!Позор... Головой думайте, а не...Покуда прочь с глаз моих.
Близнецы стояли стыдливо опустив глаза, не смея поднять их на разгневанного родителя, стараясь утереть и пуще того размазывая кровь из разбитых носа и губ.
Девушка подала полотенца. Улыбнулась обоим по очереди.
Нэгмор на миг замер. Показалось или нет, что Йолтен посмотрела на старшего брата чуть ласковей?..
Мать, возникшая на пороге только покачала головой. И они оба сникли ещё больше, почувствовав себя, просто провинившимися мальчишками, а не испытанными уже не в одном бою воинами.
Ха погружена в себя- нельзя беспокоить. Придётся пока самому.
-Ну, что молчишь, Йолтен?
Та бледна лицом, лишь опущенные ресницы вздрагивают.
-Пусть судьба решит.
Нэгмор это слышал.