[Пламя Запада]

по просьбам читателей выкладываю очередной кусок своей книги
По сюжету

Я нахожусь на стажировке в больнице в отделение, где работает мой любимый мужчина Саша, он же меня туда и припер. Наши отношения давно уже портятся, он меня разлюбил, а потом бросил. Мы с Олегом (врач того же отделения) полюбили друг друга. Он несчастлив в семье и хочет развестись.
книга основана на реальных событиях, поэтому эпизоды я пишу не порядку, а как вспоминается
 

Мы с Олегом пошли перекусить в комнату дежурного врача. Это помещение заслуживает отдельного описания. Сразу за дверью (в которой всегда торчал ключ) было небольшое помещение (где и двум человекам еле разойтись) с дверью в туалет по правую руку и выходом в саму комнату прямо. Вдоль левой стены стоял черный кожаный диван, который поставили уже при мне. До этого там была расположена кровать, на которой спали дежурные. Напротив стоял приставленный к стене небольшой стол, за который могли сесть не больше трех человек или четырех, если очень постараться, причем они не могли встать, пока на диване кто-то сидит. Если же есть приходило целое отделение, то в комнате некуда было наступить, кто-то сидел на диване, держа плошки на коленках. Но такое случалось редко. Рядом со столом еще были холодильник, который не работал и служил полкой для микроволновой печки, тумбочка для посуды и вечно включенный телевизор. По идущим передачам я определяла время, так как показывали каждый день одно и тоже, и я знала наизусть телепрограмму от 9 до 3 часов дня.
На столе всегда царил ужасный беспорядок. Стояли немытые кружки, штук по восемь одновременно, открытые банки из-под консервов (любимая закуска Галины Антоновны, от которой я всегда под любыми предлогами отказывалась), грязные тарелки с едой и без, рассыпаны крошки, очистки и все тому подобное. Посуду мыли перед едой, а не после – я впервые в жизни увидела, что так бывает. Я вообще сначала так и пролезла в свои – просто заходила в комнату, мыла посуду и стирала со стола. Мной конечно были довольны и так потихоньку я там и прописалась как своя, чего не удавалось до меня еще ни одному интерну. Потом уже рисоваться и светить было не перед кем, так как грязь там поддерживалась постоянно, и я решила «Все другие мусорят, а я одна должна убирать? Я, что, Золушка?» и стала вести себя как все. Просто, садясь за стол, широким жестом сдвигала все мешающее в сторону. Неудивительно, что тараканы ходили по больнице толпами. Заходя в уборную, частенько можно было видеть усы, торчащие из мусорного ведра. А если бы гардеробщицы и санитарки не прикармливали кошек, то там ходили бы и крысы.
Моей любимой традицией было то, что всегда на завтрак, обед и ужин из больничной столовой приносили кастрюлю с едой на две порции. Кто сказал, что больничная еда невкусная? Да как бы не так. На завтрак была каша (каждый день разная) с куском масла, на обед первое и второе. В отделении царили нравы «кто успел, тот съел», поэтому на второе я никогда не претендовала, да и не нуждалась в нем. Его употребляли Олег или Альбертыч, как самые прожорливые. Я же предпочитала кашу. Дома мне было лень ее варить, да и завтракать я далеко не всегда успевала. Тем более, масла я не кладу в пищу и мне это было в новинку. (когда меня там не стало, больше всего мне не хватало этого замусоренного стола и каши)
Пришли мы с Олегом есть. Это была суббота, поэтому в отделении были только мы и дежурный на травмпункте врач (в тот день Светлана Витальевна Буданова). Я положила себе кашу в тарелку и села за стол. Олег же сел на диван, молча толча взял кастрюлю за ручки и стал пить прямо через край. Меня аж в дрожь бросило:
- Вы что делаете?! Сидите с дамой и делаете такие вещи!
- А что такое? Мы же свои люди, что нам скрывать друг от друга – видя, что я продолжаю глядеть на него с укоризной, Олег добавил – нас только двое. Ты себе уже положила, а Буданова не будет. Она даже хлеб носит свой, боится, что её отравят. Поэтому, какая разница
-Вот за это, Олег Юрьевич, я тебя и люблю.
Олег покраснел и опустил глаза. Мы сидели молча. Потом он встал, подошел к двери и сказал
- Пойдешь, оставь дверь настежь. Пусть у этой ш…вы воруют.
Никогда не забуду этот эпизод. Никогда раньше не думала, что Олег Юрьевич может так ругаться. У него даже лицо исказилось
- А ничего, что мои вещи тоже здесь?
- Ой, тогда закрывай, закрывай получше.
- Мой Олег Юрьевич такой добрый и хороший, а из него такие слова сыплются. Разве так можно? Когда мы познакомились, Вы мне так понравились, потому что рядом с вами я себя чувствовала так, будто рядом с Вами ничего плохого не может находиться, что само зло еще не родилось, что Вы сама доброта. а Вы на такое, оказывается, способны..
Мы закрыли дверь на ключ и оставили его в двери. (у некоторых врачей были свои собственные ключи, в том числе и у Будановой). Мне показалось, что Олегу стало неловко.
- За что вы ее так ненавидите? Вроде приятная молодая женщина
Галина Антоновна тоже никогда не упускала случая её обругать. Дескать, и швы на раны накладывает ужасно, а у больных потом осложнения, и истории заполняет неправильно, и нос в лапше, и губа в борще, и вообще… а я все не понимала, чем же она плоха. Мне она в свое время понравилась, когда как-то на дежурстве в самом начале научила меня удалять металлические стружки из глаза. Не зафыркала, мол, не умеешь – не подходи, как это частенько делал Саша, а тем более другие доктора. Когда мужик, кому попала в глаз стружка, попытался было возразить, она ему чуть ли не затрещину дала:
-Как не стыдно! Тут дети спокойно сидят, а взрослый мужчина трусит! Давай, делай – обратилась она уже ко мне.
С тех пор я очень уважала её за смелость
- За то, что она нас подставила. Все отделение. – ответил Олег Юрьевич
- Как подставила? Когда?
Олег начал рассказывать:
- Было это пару лет назад в конце лета. Вроде в августе, или в июле, в конце. Как раз самое время, когда все в отпусках. И случилось так, что дежурить было ну вообще некому. А эта накосячила и Наталья Ивановна сделала ей замечание. (она была заместителем заведующего) и она задумала отомстить. Взяла липовый больничный и типа заболела – дежурить некому. А она еще работает в оптике в Рыбном (райцентр в 20-30 км от Рязани). И как-то выяснилось, что она на самом деле не болеет, а ходит на другую работу. Позвонил ей что ли кто, а голос у нее не больной совсем. Ну и Наталья Ивановна сказала: «Олег, поезжай, лови». На машине в том день был только я один, выбора не было. Мне очень не хотелось ехать. Неприятно ловить людей на неблаговидных поступках. Еду и думаю «хоть бы она и вправду заболела». Приезжаю в Рыбное, там оптика типа как в торговом центре. Захожу, смотрю – ходит по залу, довольная, счастливая и нисколько вид у нее не больной. Меня увидела – аж обомлела.
- А Вы что?
- Я сказал, чтобы она позвонила в отделение, потому что её заведующий ищет, развернулся и ушел.
- А дальше?
- Был жуткий скандал на всю больницу. Но работать она осталась.
-Как Вы думаете, почему она так поступила?
- Потому что человек гнилой. А на вид такая вся из себя правильная…
А если я когда-нибудь Вам не угодю, Вы и меня так же поливать будете?
- Нет, что ты! Разве тебя можно ругать? Ты - это святое

 

---------- Сообщение добавлено в 22:29 ---------- Предыдущее сообщение было в 22:28 ----------

поэму про Смауга и Бильбо не успела напечатать, постараюсь завтра

---------- Сообщение добавлено в 22:31 ---------- Предыдущее сообщение было в 22:29 ----------

Эээ... пачиму, слюшай?

потому что ты настолько экспрессивна, что школа рассыпалась бы на куски, а учителя разбежались куда глаза глядят