Владыка приблизился. Нимгиль склонила голову в почтительном поклоне. Он остановил её нетерпеливым жестом:
-Не надо, дочь моя... и прошу не нужно слов. Я знаю, к разговору ты ещё не готова, а мне хотелось увидеть тебя.
Его взгляд скользнул по её весьма округлившейся фигуре, сейчас облачённую в тёмно- сиреневое платье, серебряный пояс с вкраплениями бирюзово- прозрачных камней подчёркивал очень высокую , близко посаженную грудь, чуть более полную, чем обычно в виду скорого рождения ребёнка. Высоко зачёсанные волосы забраны лентой в тон поясу, лишь боковые вьющиеся пряди обрамляли точеное бледное лицо с огромными глазами .Она поняла их на Владыку и сердце его дрогнуло, а взгляд блеснул.
-«Ты носишь очередное дитя Трандуила. Что ж, беременность красит тебя. Я помню это еще , когда ты носила Эленьвэ...Только теперь ты бледна...»
-« Боюсь мой былой цвет лица утерян безвозвратно»
-«Знаю, девочка моя»- вздох .Взор короля Ильве на миг обратился к диалу, брови сошлись на переносице. Но он не позволил урагану подняться в его душе, волна чуть приподнялась и опала. Он лишь грустно улыбнулся. - Пройдёмся...- и подал ей руку.
Леди на секунду заглянула в его серые, оттенённые плащом цвета индиго, хранящие мудрость Предначальной эпохи, печально улыбающиеся глаза.. Спокойствием и теплом веяло от них, и она позволила этому потоку захватить себя .И улыбнулась в ответ.
На её плечи набросили тёплый плащ .Они спустились по одной из белоснежных лестниц , что сбегали к самой воде и пошли по берегу Залива. Нимгиль опиралась о руку Владыки и встречные эльфы почтительно кланялись им...
Текли дни.В королевстве Вод Пробуждения были уголки, так похожие на Зеленолесье и она часто искала там уединения, мыслями уносясь к мужу и детям. Светящиеся разноцветными огоньками пархающие крохотные существа, хрустальный перелив водопадика навевали воспоминания, и тихая светлая печаль полнила сердце или рождалась улыбка.

И в такие моменты, глядя на неё со стороны, кто бы посмел сказать, то она не умеет быть нежной! Грозная воительница, властная королева, ведьма с пылающим зеленью,пронзающим насквозь взором становилась мягкой и бесконечно любящей.