И он самый, фонтан слез.. Скупые мужские..
Фонтан слез (сельсебиль) - творение мастера Омера в
память рано умершей жены Крым-Гирея. Созданным иранским художником в
1764 г. фонтан первоначально был установлен у стены мавзолея
Диляры-Бикеч. На свое нынешнее место во внутреннем дворике Хансарая
фонтан был перенесен уже при Потёмкине, а изначально он находился на
садовых террасах Дворца близ мавзолея Диляры-бикеч - женщины, жившей в
Ханском Дворце в эпоху Крыма Гирая (1758-64). С именем Диляры-бикеч было
связано несколько замечательных построек в городе - и при этом ее
личность, о которой в исторических документах не сохранилось никаких
следов, оставалась и до сих пор остается совершенно загадочной. Тайна,
окружающая имя Диляры-бикеч и историю создания фонтана на ее могиле,
вызвала к жизни романтические легенды, рисующие Диляру как возлюбленную
хана Крыма Гирая.
Личность Диляры-Бикеч — «прекрасной девушки» — совершенно не выяснена и окутана
поэтическими легендами. Ее считали христианкой — то ли грузинкой, то ли
черкешенкой; существовала версия, согласно которой Диляра — искаженное
имя гречанки Диноры Хионис, жившей в Салониках, откуда она поехала морем
в Каффу (Феодосию) к дяде: буря прибила судно к Очакову и здешний паша
отвез девушку к Крым-Гирею.
Хан долго добивался ее любви, но девушка оставалась горда и непреклонна: далее, согласно легенде, одна из жен хана — Зарема — из ревности утопила ее в бассейне, за что была отравлена. Одну из легенд Пушкин услышал в семействе генерала Раевского,
вместе с которым путешествовал по Кавказу и Крыму в 1820 г. и в это же
время побывал в Бахчисарае. Легенда о Марии Потоцкой, похищенной в
Польше и жившей в гареме под именем Диляры-Бикеч, ее смерть от руки
ослепленной ревностью Заремы, фонтан, установленный в память о ней,
вдохновили Пушкина на поэму «Бахчисарайский фонтан» и стихотворение
«Фонтану Бахчисарайского дворца».
Едва ли будет преувеличением сказать, что творческое воображение поэта вдохнуло
новую жизнь во дворец, представший не просто историческим памятником, но
и обителью романтических образов и живых человеческих страстей. Фонтан
же — «родник», «источник жизни» в традиционном понимании — превратился в
его сердцевину под пером поэта, возвеличившего другого мастера,
которому в мраморе фонтана удалось гениально выразить извечную тему
любви и смерти.