[Krakodil]

Сообщение от арве

Вдогонку, маленькая картинка.

[IMG][/IMG]
 

Я так думаю, что это для Алешеньки.

---------- Сообщение добавлено в 12:05 ---------- Предыдущее сообщение было в 12:01 ----------

Я продолжаю сачковать и сочинять свою гишторию.

Тем временем в Мора-Суле...

***

Следующие дни поначалу обещают быть довольно монотонными. Помимо того, что круглосуточно охраняют мой дом и ни на шаг не отходят от эфенди, орки постоянно держат под наблюдением дом Аль-Басита и караван-сарай Эски-баба. Зачем? На всякий пожарный. Вдруг увидят какую-нибудь знакомую морду. Остальные при случае помогают эфенди чем придется, а вечером всех, кто не занят в карауле, Лурц гоняет галопом снаружи городских стен пять раз вокруг Мора-Сула и бегает с ними сам. Объясняет он это просто: чтобы не расслаблялись. Чтобы от бездельного сидения всякая дурь в головы не лезла. Один только Шинтум не бегает вместе со всеми, потому что должен же кто-то ходить за мной хвостом.
Но монотонность, как обычно, оказывается обманчивой. Не проходит и пары суток, как прибывает караван с товарами, закупленными еще Масилом, и мне приходится собраться в кучку и решать торговые задачи. Хорошо хоть, что дом Масила до сих пор не продан, и есть куда свалить все прибывшее барахло. Я же собиралась остаться в Мора-Суле и заниматься делами – раз сама назвалась груздем, приходится лезть в кузов, ничего не поделаешь. Теория закончилась и началась практика. По счастью, Масил предпочитал оптовую торговлю. Но приказчиков нанять мне все же необходимо, а не будешь же брать первых встречных с улицы, поэтому приходится возобновить, так сказать, знакомство с Фезулом и искать работников через него и по его рекомендациям. Все последующие дни я с утра до вечера пропадаю в лавке, разбираясь с ценами и прочими условиями. Но это еще полбеды. С караваном прибыли пять невольниц, тоже купленных Масилом, и как мне быть с ними, я совсем ума не приложу.

Для начала определяю этой нежданной обузе комнату в жилой части масилова дома, пусть как-нибудь устраиваются. Правда, мебели в жилище осталось всего ничего, но я надеюсь, что по сусекам все-таки можно будет наскрести необходимой обстановки. Окликнув околачивающегося во дворе Шинтума, я поручаю ему сбегать на рынок. И чтоб одна нога здесь, другая там, а третья уже опять тут.
Я сама погружаюсь в тяжкие раздумья. Хоть у меня нет ни морали, ни принципов, от идеи торговли людьми меня воротит. Но с этими пятью что мне делать? Заявить им: "вы свободны, ступайте на все четыре стороны"? И куда они пойдут в чужом городе? Где и на что они будут жить? Но не могу же я их содержать – это ведь не день и не два. Повыдавать их замуж? За кого? Да я и не сваха, чтобы этим заниматься… Дать им какую-то работу я тоже не могу, потому что у меня ее нет.
Возвращается груженый как ишак Шинтум, но для него это еще только начало, потому что теперь ему поручено собирать по всему дому мебель. Я же отправляюсь в свой гарем с распоряжениями: еду готовить самим вот из этих принесенных продуктов, кухня вон там, посуду и прочую утварь ищут и да обрящут. Если чего-то вот прямо совсем недостает, обращаться ко мне, я внизу в конторе. Потом будем разбираться подробнее.

Более близкое знакомство с предметом показывает, что все пятеро местные, варрантские. Одну продали родители, чтобы расплатиться с долгами – дело житейское. Вторую тоже реализовали родители, потому что к ее младшей сестре посватался крайне выгодный жених, но младшую не положено выдавать замуж прежде старшей, а на старшую претендентов в тот момент не наблюдалось. Еще двое и родились невольницами, и для них это и вовсе в порядке вещей. Одна из них не знает не только кто ее отец, но даже и кто ее мать. Заметив, что хозяин поглядывает на подросшую невольницу, хозяйка поспешила от нее избавиться – тоже банальная история. Пятая, по виду деревенская деваха, похоже, даже рада переменам в жизни – так бы крутила она всю жизнь хвосты крупному рогатому скоту в своем забытом всеми богами кишлаке, а это вот в город попала. Ее продадут, как скотину? А дома ее точно так же продали бы замуж. Может быть, ей попадется плохой хозяин, который будет ее бить и вообще дурно с ней обращаться? А дома ее бил бы муж. Ну и в чем разница? В наличии некоего эфемерного понятия личной свободы, которой в реальности у нее никогда не было, нет и не будет? Никого из них не похитили насильно, никто не плачет по родным и близким. Впрочем, если бы меня родители продали потому, что я лишняя, я бы тоже не плакала по ним. И если они сами не видят в происходящем ничего из ряда вон выходящего, то мне-то чего из кожи лезть и пытаться быть святее Папы Римского?! Может, внять голосу рассудка и немножко повыть по-волчьи, раз уж я выбрала жить с волками? В конце концов, исправлять этот мир я не собираюсь и тянуть всех к светлому будущему тоже. "Ага," - ехидно говорю я себе, - "вот так всегда и бывает. Начинается с малого, тут ничего страшного, и в этом ничего ужасного, и потихоньку-полегоньку уже и не скажешь, с какой песчинки началась куча, и в конце концов незаметно и ты станешь такая же, как Масил". Да, любимое занятие человека – врать самому себе.
Так. Надо подумать. Практически всегда можно как-то выкрутиться, чтобы и волки были сыты, и овцы целы. Можно получить желаемое и не биясь лбом об систему и не ходя на баррикады. Если я хочу быть такой хорошей, чтобы прямо вот саму себя по голове погладить с умилением, то разумнее пристроить всех пятерых сколько возможно лучше, а не разводить философические рассуждения, не так ли? Насколько я разбираюсь в тонкостях здешнего мира, самый обустроенный социальный институт здесь – это культ Белиара. Для начала, наверное, следует узнать, как последователи этого истукана относятся к подобного рода вещам? Так Шинтум сейчас сбегает в ближайший филиал их учреждения и спросит. Только чтоб ответ запомнил слово в слово, а то знаю я его. А кстати, куда делся этот обормот? Тут я наконец-то обращаю внимание, что до моих ушей давно уже доносятся взрывы хохота. Кажется, я догадываюсь, где его искать.

Шинтум обнаруживается, где я и предполагала. Уже плетет какие-то байки в дамском обществе. Был бы он павлин, он бы еще и хвост развернул. Ну я ему сейчас!
- Шинтум! Еще раз увижу, что ты девушкам мозги пудришь, Лурцу скажу. Будешь вместе с остальными бегать, и не пять кругов, а все пятнадцать.
- Да я только…
- Марш отсюда, я сказала!
Казанова хренов.

Шинтум оборачивается довольно быстро и сообщает, что мнение следующее: владеть рабами отнюдь не предосудительно, но освободить их – поступок особо похвальный и идущий в посмертный общий зачет добрых дел отдельной строкой. Вот и прекрасно. Лучше и не придумаешь. Вновь поставим благочестие себе на службу, заодно и прикупим пару квадратных сантиметров тепленького местечка в райских садах того света, а то что-то давненько я о вечном не задумывалась. Чем к большему количеству людей я обращусь, тем скорее отделаюсь от прибавления в своем хозяйстве. При слове "благочестие" тут же вспоминается особо отличающаяся этим качеством жертва наших преступных замыслов. Значит, сначала к Хамиду, потом в храм. Ах, балрог! В сопровождении Шинтума туда же нельзя. Он же там засветился, когда с хамидовой служанкой зубоскаля, в дом проник. Хорошо, что вспомнила. Ну ладно, уж как-нибудь одна пойду. Где там моя чадра? Сто против одного, что в мое отсутствие Шинтум опять отправится точить лясы в женском коллективе. Ну ладно, может, зря я его оттуда гоняла. Пусть они немного повеселятся.