Сейчас я вас заинтригую и пойду спать, а завтра обещаю ЭКШЕН!
И вообще, у меня ооочень много экшена во второй части.
Вы заметили, Линдир - то женат...
Они ехали бок о бок через зимний лес, освещённый лучами предзакатного солнца, и снег казался розовым. Эльфы решили поохотиться на оленей, и, ближе к вечеру, на лошадях галопом выехали через главные ворота. Лесные эльдар любили такие забавы – пронестись во весь дух по обледенелым доскам моста, и выехать в лес, а дальше соревноваться с ветром, не побеждая его, но пытаясь победить.
Снег чуть хрустел под копытами лошадей, эльфы, почти не переговариваясь, молча вглядывались вдаль, пытаясь найти то, что они искали. Наконец, кто-то заметил оленя, и началась погоня.
Олень убегал, высоко задирая задние ноги, плутая между деревьями, остав-ляя глубокие, неровные следы на снегу. Это была молодая яженка, бегавшая быстро, но всадники всё же нагнали её так, что она оказалась на расстоянии полёта стрелы. Несколько охотников спустило стрелы почти одновременно, но раненое животное не упало – яженка продолжала бежать, хоть и медленнее, но не останавливаясь. Она не могла долго плутать – животное было ранено, её бег становился всё медленнее и медленнее, и вот, наконец, яженка упала на бок. Кто-то подал нож, и один из эльфов заколол её. Всадники взвалили тушу на одну из лошадей и отправились обратно, во дворец. Охота была удачной.
Именно в тот момент, когда Адуиал вместе с остальными подъезжали к мос-ту, немного усталая и довольная, она почувствовала, что их дом становится её домом. Дворец больше не был чужим – наоборот, он принимал её, раскрывал объятия. Адуиал улыбнулась бликам зимнего солнца на серых камнях.
***
Как только она увидела Леголаса в Дол Лосте, её сердце забилось, словно птица в клетке. Этот эльф с волосами цвета мёда заставил её полюбить себя – тем, что смело и спокойно сказал её отцу, что этот лес принадлежит на Авари, а Лесным эльфам. Тогда её казалось, что это чувство вовсе не любовь, что, может быть, это просто расположение, но потом, когда Адуиал снова увидела его у входа в пещеру, когда Леголас и Трандуил вышли встречать Авари, то поняла – это и есть то самое чувство, которое эльф может испытывать лишь раз в жизни. Леголас отличался от её сородичей, он был другим, и именно это привлекало его в глазах эльфийки. Эльф же тщательно скрывал все свои чувства, какими бы они не были.
Дни быстро шли один за одним, и Адуиал стала относиться к лесным эльфам почти как к своим сородичам. Лауриэль, жена Силиона, научила сложным узорам, которые умела вышивать любая эльфийка, жившая здесь. Адуиал украсила свой наряд этими узорами, но по-прежнему носила синие и серые цвета, а не зелёное с коричневым – она не забывала, кто она и почему находится здесь. Она каждый день общалась с Авари, заходила к ним в покои, чтобы побеседовать, и чем больше проходило времени, тем крепче становились узы, связывающие их здесь, вдали от Дол Лоста.
Её отношения с Леголасом стали дружескими, но Адуиал чувствовала, что он чего-то не договаривает. Иногда она ловила на себе его взгляд – казалось, он мог часами наблюдать за ней, не объясняя причины. Леголас был для неё не просто другом – он был связующим звеном между ней и остальными эльдар, и хотя она знала многих Лесных эльфов, с ним у Адуиал были самые близкие отношения. У них было много общего – но больше всего их роднило то, что и Леголас и Адуиал оба были наследниками трона. Кроме того, она чувствовала, что их феа связаны между собой.
Она пыталась скрыть свои чувства, как могла, но произошёл случай, который помешал ей в этом.