[Лесса]

А можно, я с позволения автора и именинницы, напомню всем нам прошлогодний подарок Лене от Инниш?! Для настроения, так сказать! Я вчера читала и ...

Лето подошло к концу, гости разъехались, и шелестящий сентябрь с летучими паутинками вступил в свои права. Старые каштаны печально осыпали дорожки шоколадно-рыжей листвой, березки прозрачно желтели у западной стены — каждый в поместье мог найти уголок по настроению. Судя по тому, что Лена сидела у пруда под ивами, прячась от всех, настроение у нее было не очень.
- Давно сидишь? - Хозяйка подошла, как всегда, бесшумно.
Лена пожала плечами. Хозяйка подумала и села рядом. Помолчали.
- Энтвайф, скажи, что бывает, когда человек уходит отсюда? - спросила Лена неожиданно.
- Любой человек?
- Ну... - девушка замялась. - Гость.
- Он возвращается туда, где должен быть.
- И делает то, что придумали для него сценаристы? - скучным голосом предположила Лена.
Хозяйка посмотрела на нее сочувственно.
- Он делает то, что должен.
Лена умоляюще взглянула на нее.
- А если он изменился? Ведь здесь, у нас, никто из гостей не жил так долго. Правда же?
- Он сам виноват, этого не должно было случиться, - напомнила Энтвайф и добавила. - Я не знаю, Лена. Правда, не знаю.
- Не хочу, чтобы он был убийцей, - яростно ответила та и, поднявшись, быстро пошла к зданию амбулатории. Хозяйка вздохнула.

На крыльце перед закрытой дверью сидел сэр Гай, рядом на ступеньке лежали его перчатки.
- Чего пришел?
Брови Гизборна удивленно поползли вверх. Лена не удержалась и фыркнула.
- Могу уйти, - ухмыльнулся сэр, не двигаясь с места.
- Я до пяти буду занята, - уже мягче сказала заведующая амбулаторией, поворачивая ключ в замке. - Приходи позже.
- А ну иди сюда, - потребовал Гай.
- Чего? - обернулась Лена.
- Иди сюда. Садись. Быстро.
Она секунду колебалась, потом вздохнула и подчинилась.
- Что случилось? - спокойно спросил он.
Лена глянула и быстро опустила глаза. Нельзя. Ни в коем случае нельзя говорить.
- Так... Настроение не очень...
- Пойдем, погуляем. Развеешься.
В принципе, работы было немного. Она задумчиво посмотрела вдаль. Сэр Гай понял ее, вскочил, захлопнул дверь и протянул руку.
- Пойдем.

Хозяйка смирилась с тем, что в последние дни амбулатория работала кое-как, а две темноволосые фигуры, взявшись за руки, медленно бродили по отдаленным уголкам поместья. Оставалось пять дней до отъезда сэра Гая-второго. Три дня. Два. Один... В последний день адекватного поведения от Лены добиться было невозможно и Хозяйка дала ей выходной. Вечером планировался праздничный ужин в честь ее дня рождения и окончательные проводы сэра Гая Гизборна.

- Это удивительное место, - задумчиво сказал Гай, покусывая травинку. - Будто волшебный остров Аваллон... Остров блаженных, где нет печали и вечная весна.
- Осень же, - улыбнулась Лена, щелчком сбивая с его плеча карабкающегося жучка.
- Нет... - сэр притянул ее к себе и заставил поглядеть в глаза. - Весна...
Она обняла его и сделала то, о чем всегда мечтала, хотела так, что темнело в глазах - запустила пальцы в волосы на затылке, перебирая завитки, кольцами ложившиеся на шею, прижалась губами, вдыхая его запах, острый и волнующий.
- Последний день... - отчаянно прошептала она. - Последний...
- Я вернусь... Обещаю.
Она резко отстранилась и отвернулась. Невозможно было думать об этом, но правда настойчиво билась в висках: стоит ему уехать, как сэр Гай забудет все, что было с ним в последние три недели. Лишь жалкие обрывки воспоминаний будут порой тревожить его сны, а он лишь удивится — откуда они...
- Пойдем домой, - попросила Лена. - Уже поздно.
Он молча встал с травы и снова протянул ей руку.

Торжественный ужин накрыли в парадной столовой. Собрались все жители поместья, даже Гришина голова снаружи заглядывала в дом, надеясь на вкусные кусочки со стола. Было весело, и Кермит играл на банджо песню собственного сочинения, а девушки ему хлопали, и Лукас с сэром Гаем пили на брудершафт. Лена принимала подарки, смеялась со всеми и озорно сверкала глазами, будто говоря: только попробуйте усомниться в том, что мне хорошо. Наконец праздник плавно подошел к концу, и вся компания дружной толпой высыпала на улицу. У коновязи дожидался Гизборна верный Руфус. Сам сэр задержался в дверях и остановил Лену.
- С днем рождения, - он протянул ей серебряную брошку на раскрытой ладони — эмалевый черно-желтый щит. Она взяла и погладила эмаль пальцем.
- Спасибо. Не стоило...
- Не ходи за ворота.
- Я реветь не буду, если ты об этом, - вскинулась она.
- Нет, не об этом, - ровно отозвался Гай. - Не хочу.
- Нет проблем, - сказала Лена, выдернув свою руку из его, и ушла, даже не оглянувшись.
Гай долго смотрел ей вслед, потом, наконец, очнулся и вышел на лестницу. Из провожающих оставались только Хозяйка и Кермит, тихонько бренчащий что-то и напевающий себе под нос.
- А где Лена? - удивилась Энтвайф.
- Так лучше, - сказал сэр Гай. - Мы уже попрощались.
- Ну тогда — счастливой дороги, - кивнула она. - Езжайте, я потом ворота запру.
Сэр Гай вскочил на коня, развернулся и растворился в наступающих сумерках.

Нет, конечно она не собиралась плакать. Еще чего! В конце концов, ей не на что жаловаться — целых три недели она была счастлива. Три недели, украденных у весны... Она не заметила, как слезы побежали из глаз, одна за другой. Она пыталась их смахивать, но набегали новые, легко и быстро. Лена опустилась на пол и обняла колени руками. Брошь, зажатая в кулаке, врезалась в ладонь. Все правильно. Так положено — гость должен уехать вовремя. Лукас еще здесь — но таково его время, он тоже уедет, когда будет нужно. Все всегда подчинялись этому правилу, иначе и быть не могло. И лишь этот упрямый и своенравный сэр Гай решил все по-своему, и нарушая все законы, остался. Остался с ней, сколько мог...
Приходила Хозяйка, стучала в окно, но Лена не двинулась с места. Сидя в темноте на коврике у дивана, она думала, что там, далеко, в глубине времен, наверное, уже полдень, и тенями мелькают убийцы на улицах Аккры, и сияет на солнце меч в руках потерявшего голову рыцаря...
В окно снова постучали. Она не шелохнулась. С тихим скрежетом между рам просунулось длинное лезвие, поддев задвижку, и створка тихонько отворилась. Как во сне, Лена смотрела, как высокая фигура появилась из темноты, подтянулась на руках и села, перекинув длинные ноги через подоконник. Спрыгнув на пол, сэр Гай осторожно прикрыл окно, шагнул к Лене и опустился рядом с ней на колени. Она протянула руку. Коснулась щеки.
- Ты с ума сошел... Тебе нельзя здесь...
- Я сам решаю, что можно, а что — нельзя, - прошептал Гай, снимая куртку.
- Но...
- Просто молчи, - выдохнул он и властно лишил ее возможности что-либо возразить. Брошка звякнула об пол, падая из раскрывшихся пальцев... Руки взметнулись вверх...

...Белоснежная Аккра плавилась в лучах полуденного солнца. Девушка в белом платье бросала оскорбления в лицо человеку со сверкающим на солнце мечом, призывая свою судьбу. Рыцарь, потеряв разум, сделал глубокий выпад. Изумление застыло в ее глазах...

Сэр Гай Гизборн резко вздохнул, повернулся на другой бок и во сне обнял лежащую рядом женщину. Тихонько зажужжал телефон. Лена открыла глаза, глянула на экран и вздохнула.
- Да?
- Открой дверь или я ее сломаю, - вежливо предложила Энтвайф.
Осторожно освободившись из-под руки Гая, Лена встала и пошла в прихожую. Открыла, кутаясь в халатик. Было зябко и тихо. Серенький рассвет едва очертил силуэты деревьев в парке.
- Ты понимаешь, что ты творишь? - напряженно начала Хозяйка поместья.
Лена лишь пожала плечами.
- Ради чего, Лена? Он все равно уйдет. Не вчера — так сегодня. Чего ты этим добилась?
- Он не стал убийцей.
Энтвайф внимательно посмотрела на нее. Покачала головой.
- И что в результате? Все равно Гай Гизборн сделал это.
- Другой, - упрямо ответила Лена.
- А о том, другом, ты подумала? Как ему теперь жить с этим?
- Как всегда. Все по сценарию — Гай убивает Марион.
Хозяйка вздохнула.
- Хорошо. Гай в Аккре. Тогда что за человек спит в твоей постели?
Лена промолчала. Позади нее дверь приоткрылась и на пороге нарисовался сэр без рубашки, взъерошенный со сна. Он обнял Лену за плечи, развернул и отправил в дом.
- Не трогайте ее, она ничего не знала. Я сам так решил и сам понесу наказание.
Энтвайф досадливо махнула рукой.
- Перестаньте, пожалуйста. Как школьники, честное слово... - и вдруг заметила пробившиеся из земли у крыльца подснежники. Хозяйка удивленно замолчала, глядя на такую диковину. Потом прикрыла глаза и вздохнула. - Идите в дом, Гай. Холодно.
Она пошла прочь по дорожке, усыпанной каштановыми листьями. Что ж, Гай действительно сам так решил. А наказание... Знал ли он, что не вернувшись вовремя, он выбрал свою судьбу? Что теперь ему некуда возвращаться и остается только исчезнуть, как исчезают поутру сны? Что к концу этого долгого дня в мире останется всего один сэр Гай Гизборн — единственный и неповторимый — и он сейчас в Аккре рыдает над телом Марион? Энтвайф вздохнула. Если и не знал — то догадывался. Лену жалко.
Сэр Гай Гизборн еще немного постоял на ступеньках, поежился и вдруг заметил подснежники у крыльца. Рыцарь спрыгнул вниз, наклонился и дотронулся до цветов кончиками пальцев. Они радостно качнулись в ответ. В его глазах отразилось изумление, потом задумчивость, и наконец, печальная улыбка осветила лицо. «Аваллон... - прошептал он. - Значит, это последний день для меня. Что ж... Немного времени у меня еще есть.» Гай выпрямился, резко отбросил волосы назад, решительно поднялся по ступенькам в дом и плотно закрыл за собой дверь.

 

---------- Сообщение добавлено в 09:18 ---------- Предыдущее сообщение было в 09:16 ----------

Сообщение от Shenda

Хи-хи, о предметах мебели в связи с сэром можно до такого дорассуждаться...

О даааа..... Лучше не развивать эту тему ни в глубь, ни в ширь!