[Britu]

Morozko! Aliona! Спасибо за наводку на торренты. Еле дожила до конца рабочего дня. Как домой прискакала, первым делом схватилась за насос. Качаю)))

Милые дамы! Не могу не... Недавно я начала переводить аудио-интервью Ричарда, записанное в мае 2010 года для Sunday Express. Переводить буду долго, т.к. оно очень большое, и по этой же причине буду выкладывать по частям. По тону интервью мне показалось, что Ричард хорошо знаком с интервьюером, поэтому в переводе я использую обращение на "ты". Интервью получилось разное. Местами веселое, местами серьезное, местами даже очень серьезное. Короче, судите сами. Предлагаю вашему вниманию первую часть.

PS. Если встретите в тексте ругательство, то знайте, это не я, это Ричард))))

DS: Давай поговорим о сериале по книге Криса Райана. Думаю, это лучший из современных драматических сериалов, которые я смотрел на канале Sky.

RA: Это хорошо.

DS: Это то, что называют... То есть, я подумал, что он действительно хороший и...

RA: Лучше, чем "Pineapple Dance Studios"? (смеется) (прим. - Pineapple Dance Studios - британский музыкальный сериал, снятый каналом Sky 1 в 2010 году)

DS: Твой не такой драматичный. (смеется)

RA:От "Ответного удара" сердце замирает не так, как от "Pineapple Dance Studios"? (смеется)

DS: Нет, просто тебе не удалось выкидывать такие же коленца... Или они появятся позже?..

RA: Нет, нет, но я пытался. Я пытался, когда кружил по пустыне. (смеется)

DS: Итак, что привело тебя в этот проект? Как это происходило?

RA: После первого прочтения сценарий мне не понравился, и я подумал: "Ох, да ладно... Снова военная драма, снова парни с оружием и мощные взрывы. Да я все это уже видел". Но затем я решил вернуться и прочитать еще раз. Присмотрелся к этому персонажу и заметил, что мои предыдущие выводы можно пересмотреть. И я понял, что сценарий написан тем, кто является не писателем, а оперативником. И еще много лет тому назад я читал "Браво-Два-Зеро", так что был как бы знаком с этой командой. И я понял, что независимо от того, прошел ли этот человек через все эти события или нет, он написал замечательную книгу, которая меня по-настоящему заинтересовала. Я понял, что у него получился костяк хорошего персонажа, потому что меня привлек именно он. И я думаю, что сценаристы тоже поняли, что у него есть потенциал для более, чем одной серии. Этот персонаж в самый экстремальный момент способен принять очень простое решение, которое разрушает всю его жизнь. И он отправляется на поиски искупления, по-прежнему полагая, что решение было правильным, несмотря на тот факт, что три его друга мертвы. Думаю, он жил с мыслью: "Я принял правильное решение, я поступил правильно, но почему же это привело к неправильным результатам". И эта простая мысль ведет его через все 6 серий, а возможно, и больше.

DS: Значит, будет продолжение?

RA: Да, думаю, что это возможно, потому что сериал пытается ответить на очень сложные вопросы: можно ли сохранить разум, совесть и сострадание в условиях, когда из тебя делают машину для убийства? Можно ли одновременно быть любящим семьянином и идти убивать, не задумываясь?

DS: А может этот человек принять такое решение под давлением обстоятельств, или ты не допускаешь такую мысль?

RA: Я не допускаю мысль, что это невозможно на индивидуальном уровне. Полагаю, когда речь идет о масштабах армии, то подобное возможно. Но в личном плане, где каждый человек индивидуален, я считаю, что проявление человечности должно быть частью проявления силы. Вообще-то это парадокс, который никогда не будет разрешен.

DS: Конечно. А тебе не кажется, что тебе надо быть достойным этого персонажа, созданного Крисом Райаном?

RA: Кажется.

DS: Это было сложной задачей?

RA: Да, да, и вообще-то я хотел, чтобы он был лучше меня. Я хотел сделать его парнем, каким я сам хотел бы стать, несмотря на все его недостатки. И я как бы восхищаюсь его недостатками. Я восхищаюсь, с каким упорством он повторяет себе: "Нет, я совершил ошибку и намерен нести ответственность за последствия, но я собираюсь докопаться до причины этой ошибки и спросить за нее. И я не остановлюсь, пока не добьюсь поставленной цели." И я восхищаюсь этой чертой в своем персонаже и тем фактом, что...

DS: А еще им движет гнев, не так ли?

RA: Думаю, да, гнев. А также несправедливость. Он такой сильный... В каком-то смысле, он альфа-самец. Он довольно категоричен: "Я поступил правильно, но все пошло не так. Это не должно было случиться, но почему-то случилось". Не думаю, что он способен смириться...

DS: Он спас заложника.

RA: Да, он добился результата, но потерял свою семью, свою дочь, свою жену. Они...

DS: Семья поступила с ним жестоко, даже не знаю почему...

RA: Вообще-то в сериале была одна реплика, о которой я не знал... Я знал, что брак распадается, а потом была сцена, когда он пропал без вести, а его жена сказала, мол, нам всем будет лучше без него. А я такой: "Господи! Я не читал этого в сценарии!" Во время первого просмотра я был по-настоящему шокирован и обижен за Джона, потому что он был брошен всеми. Но с другой стороны, быть женой военнослужащего столько лет и растить ребенка при вечном отсутствии мужа - это крайне тяжело. Всякий стук в дверь,..

DS: ... должно быть, внушает страх. А ты с кем-нибудь встречался и разговаривал об этом персонаже?

RA: Мне не довелось пообщаться с Крисом, потому что он работал со сценаристами. Но протяжении всего съемочного процесса мне помогали трое наших спецназовцев и несколько южноафриканских.

DS: Они лучше или хуже, чем наши?

RA: Они все разные в некотором смысле. Как хирурги, которые делают одну и ту же операцию, но каждый по-своему. С ними было очень здорово работать, потому что они могли подсказать: "Так происходит в книге, но на деле все происходит иначе." У нас была ситуация, где мы вытаскиваем заложника в самом начале первой серии, и они сказали: "Ну, вы делаете все, как в книге, но присмотритесь к форме этой двери, присмотритесь к этому коридору. По нему нельзя идти в полный рост." И нам пришлось пригибаться во время этой съемки...

SD: Ох, и верно. Здорово!

RA: Так что их помощь была неоценима.

SD: Значит, они оценивали ситуацию своими глазами...

RA: Совершенно верно. Они проверяли все шаг за шагом и делали замечания: "Нет, ты не можешь так делать, ты не можешь так прыгать через комнату. Там дверь, и ты не можешь это и не можешь то, а вот это можешь, так что...

DS: Получается, что вам было гораздо труднее, чем на самом деле?

RA: Приходилось постоянно согласовывать то, чтобы сцена хорошо смотрелась в кадре и чтобы она была реалистичной, так что мы всегда находили золотую середину. К счастью, Дениэл Персиваль, который был и сценаристом, и режиссером, хотел, чтобы все настолько реальным, насколько это возможно. Он добивался того, чтобы люди, которые наблюдали за съемками, сказали: "Да, все происходит именно так."

DS: Черт побери, это высокий стандарт в то время, как большая часть зрителей не подозревает ни о том, ни о другом, верно?

RA: Вообще-то у нас было два разных режиссера. Второй режиссер был зачислен в штат незадолго до окончания съемок. Дениэл требовал, чтобы мы растреливали меньше патронов. Понимаешь, когда ты в паре с кем-нибудь используешь технику двойных выстрелов, ты не можешь вести беглый огонь. В то же время в работе второго режиссера гораздо больше чувствовался американский стиль. Если их обоих поставить друг против друга, то эта разница становится заметной.

DS: А я думал, что это менее профессионально выпускать меньшее количество патронов, или...

RA: От тебя больше пользы, если ты используешь меньшее количество патронов, но перед вторым режиссером стояла совершенно другая задача. Он снимал не военную операцию, а операцию агента-одиночки.

DS: Ага, ясно. Верно.

RA: Так что да, было немного вольностей...

DS: Ты, должно быть, сел и изучил очень много материалов о такого рода вещах. (смеется)

RA: Да. Хотя я всего лишь слегка поцарапал поверхность, я хотел узнать как можно больше. Потому что в самом начале, когда я впервые взял в руки оружие и влез во всю эту экипировку, я себя чувствовал этаким Ричардом Армитиджем в смешном костюме, но через несколько недель съемок я неожиданно стал ловить себя на мысли: "Где мое оружие? Я не могу работать без моего оружия. Мне нужно, чтобы оно было при мне". И получив его, я был такой: "Окей!" А когда между дублями ко мне подходили, чтобы забрать его, я говорил: "Не отдам. Пусть повисит." Я просто чувствовал, что оно является продолжением моей руки. Так что да, это не заняло много времени. И на мой взгляд, это потому что я каждый день довольно много работал и слишком глубоко вошел в свою роль, а когда ты рано утром уходишь из дома и работаешь допоздна, а мы снимали в течение всего светового дня, ты до такой степени сживаешься со свои героем, что по ночам начинаешь видеть его сны, что по-настоящему выматывает.

DS: Правда? О, Боже!

RA: Я был такой: "Брысь из моей головы! ПОЖАЛУЙСТА!" Был эпизод, где события происходят в тюрьме, и мне снились сны, как я сбегаю из тюрьмы. Там была сцена, в которой мы пролезаем сквозь дыру в стене и бежим по тоннелям. И по ночам мне все время снилось, как мы убегаем. (смеется) Это продолжалось бесконечно. Так что я делал это днем, а потом приходил домой на ночь и не мог избавиться от этого. (смеется)

DS: А раньше тебе приходилось сталкиваться с чем-то подобным? Полагаю, что есть некоторая разница между "экшеном" и реальностью...

RA: Да, думаю, что соприкасаюсь с этим время от времени, но в таких масштабах - ни разу. И это интересно, потому что в некотором смысле Джон - это альтер эго Лукаса Норта. Понимаешь, Лукас работает в МИ5, бла-бла-бла, а Джон в некотором смысле является его орудием. Он тот, кого отправляют на задание, и мне пришелся по душе тот факт, что довелось сыграть по обе стороны.

DS: А это усложняет Лукаса или упрощает? Потому что они довольно похожи. Они не собираются оказывать влияние друг на друга, поменяться сериалами или вообще смешать все вместе?

RA: Ну, я... Знаешь, меня это напрягает, потому что оба эти сериала довольно похожи по содержанию, но ... У меня была мысль привести Лукаса и Джона в одну комнату и усадить их там, но потом я вдруг понял, что у этих парней нет ничего общего друг с другом. То есть, Джон подумает, что Лукас - законченный мудак, а Лукас скажет, мол, иди-ка ты стрелять из своих автоматов, а планирование операции предоставь мне. И если они подерутся, то Джон разберется с Лукасом вот так. (щелкает пальцами)

DS: Правда?

RA: Да... Потому что он знает все эти...

DS: А кто из них тебе ближе?

RA: Хороший вопрос. Скорее всего, Лукас... Наверное, потому что я прожил с ним намного дольше, так что он мне ближе, тогда как ... Джон временами похож на неуправляемого ребенка, которого я пытаюсь усмирить и с которым мне немного весело.

DS: А куда Джон отправится, если будет еще один сезон? То есть, в основе сценария будет следующая книга или ...

RA: Куда угодно.

DS: Правда? Значит, он может...

RA: Да.

DS: А в конце он окажется в этой команде или будет по-прежнему действовать сам по себе?

RA: Нет, в конце сериала он уезжает в Иран. Он пересекает границу с Ираном.

DS: Правда? Ого! Это впечатляет...

RA: Да, он уходит в самоволку, а потом Тоби Стивенс собирается "взять его, схватить его"...

DS: Правда?

RA: Да... Это лучшие кадры, снятые с операторского крана. Камера начинает снимать сзади едущего лендровера, а потом постепенно взмывает вверх на высоту птичьего полета, захватывая в кадр все большее и большее пространство, в котором автомобиль просто исчезает, и ты думаешь: "Теперь ясно, почему мы отправились в Южную Африку. Ради этой большого обзора."

DS: Звучит ободряюще.

RA: Ага.

DS: Этого достаточно. Я слышал о сериалах, основанных на меньшем.

RA: Нет, мне хотелось бы пойти дальше, и действительно здесь можно двигаться в любом направлении.

DS: А ты доволен тем, что тебе довелось сыграть двух этих персонажей? Мы поговорили о совместимости этих сериалов, но разве это не проблема для тебя, как актера, играть двух довольно похожих людей?

RA: Моя работа заключается в том, чтобы сделать их разными. Такая работа для актера - это удовольствие. Ну, доволен? Как тебе такой ответ? (смеется)

Продолжение следует...

DS: Хорошо! Очень хорошо!