[Held]

...За окном мерно падал снег. И хотя друзья вели весенние разговоры, у Хельд было самое что ни на есть празднично-зимнее настроение. Хотя до Нового Года ещё месяц, и ёлка в Трапезном Зале ещё не поставлена, и разговоров за зимние праздники ещё нет (о, у гномов это особый праздничный период! Да и День Махала нельзя забывать), но уже чувствовалась в морозном воздухе та снежная нота, от которой загораются ярче звёзды, а на душе вспыхивают ёлочные огоньки, встречая и новый год, и любовь, и надежду, с которой часто начинается очень многое.
Перекинувшись с Мири парой весёлых реплик, гномка снова умчалась на кухню - за главным блюдом вечера. Она была одета по-праздничному - нарядное платье с меховой оторочкой и полупрозрачными рукавами, в зелёно-коричневой гамме. Туфельки, украшения на шее и чёрных волосах, собранных в высокую вечернюю причёску (две толстые косы не отличались особым послушанием), дополняли образ. Хельд выглядела истинно по-гномьи, и в то же время олицетворяла собой праздничное таинство.

 

Сунув ладонь в толстую кухонную перчатку, Хельд смело взялась за деревянную ручку большого противня, на котором румянилась огромная пицца, которую хватило бы на добрый десяток едоков так точно. Тесто было отдельной заботой - над ним гномка колдовала весь день. Кусочки колбасы, выложенные красивым веером, узкие полоски красного и зелёного перца, кружки кабачков, маслинки-бусины, помидор, тёртый сыр, куриное мясо в теле самого теста, зелень... Мега-вкуснятина выглядела очень красиво и манила к себе чудесным горячим ароматом, который наполнял кухню. И, кроме этого, на столе дожидалось своего часа фруктовое желе в прозрачных фужерах, в котором прозрачные слои перемежались с бисквитными и сливочными, а на свету можно было увидеть ягодки и аккуратно нарезанные дольки яблок, апельсинов, лимонов, груш и киви.

 

Хельд отступила, любуясь кулинарным результатом, как художник смотрит готовую картину.
- Красавица, я не говорил тебе, что ты - потрясающая женщина?
Девушка обернулась, чувствуя, как забилось сердце. Бофур в заснеженной ушанке стоял у дверей кухни, глядя на неё своим коронным обаятельным взглядом исподлобья. Он беззастенчиво рассматривал гномку. Взгляд чёрных глаз, в котором танцевали шалые огоньки, очень привлекал. Много дней он работал в шахте, приходя очень поздно или не ночуя в Замке вовсе. И вот он здесь.
- Этого ещё не говорил.
Не торопясь, она пошла прямо к нему, словно растягивая время. Гном терпеливо ждал, не сводя с неё, однако, горящего взгляда. Он только пришёл с мороза и сразу попал в кухонный жар, а голод, любовь и любимая женщина в красивом платье только добавляли ему внутренней страсти.
Он обнял гномку одной рукой, а пальцы второй нежно скользили по её шее, пока губы обоих сплетались в долгожданном танце любви. Они целовались долго, пока Хельд не стало хватать воздуха. В процессе поцелуя она стащила с Бофура ушанку, и теперь, глядящий на неё в свете кухонного камина и пары светильников, он казался каким-то другим - более страстным, романтичным, более... настоящим. Таким, каким он показывался только ей.
- В Замке очередной праздник?
- А ты догадлив.
- Ты одета для праздника, по Замку разносится вкусный запах, в комнатах никого нет, что компенсируется многочисленными голосами из Трапезной, - перечислил мориец. - Впрочем, по дороге сюда я слышал, как Торин произносит свой первый тост. Голос у него был очень довольный.
- Но ты пришёл прямо сюда.
- Я знаю, где тебя искать. Опять мы на пирушку приходим последними.
- Зато я готовлю.
- Для меня это только ещё один твой плюс, дорогая. А кроме того, должен же я взять хоть минутку твоего внимания наедине после череды свиданий с камнями?
- После ужина внимания будет гораздо больше, - Хельд лукаво улыбнулась. - А идём мы ужинать прямо сейчас. Снимай свою шубу, бери пиццу, и пошли.
- Но Хельд, я же не одет для вечера! - запротестовал гном. - Конечно, для тебя я могу быть совсем не одет... - в его глазах опять промелькнули наглые весёлые чертята.
- Бофур!
- Ладно-ладно, - рассмеялся гном, сплетая пальцы Хельд со своими. - Но мне всё равно неловко...
- Успокойся, здесь все свои. Придём с пиццей и с почётом.

* * *

В зале обнаружились счастливые барышни, чем-то очень довольный Эктелион и уже разговевшийся первым закусочным заходом Торин.
- Простите, опять опоздали! - Хельд поставила противень с пиццей и стала наливать вино из кувшина. - Айрэ, Махал... какое платье! Как же ты скрывала такую красоту? - с восхищением воскликнула она. Подруга сегодня была особенно великолепна, и у неё, судя по всему, было чудесное весеннее настроение. В глазах сверкал огонь - это был её праздник, её и Торина.
Бофур подошёл поздороваться с мужчинами.
- О, - поклонился он, увидев новых обитателей Замка. - Кого я ещё не имею чести знать?