Поскольку произведение создаёт ГГ, коих в Хоббите целых три, то с них и основной спрос. И если Гэндальф с Бильбо хорошо попадают в канон, то Торин не попадает совсем. Книжный Торин - это уже довольно старый хрыч, расчётливый и скаредный, хотя по своему честный и справедливый; упрямый, как носорог, и не склонный к самокопанию и рефлексиям. Притом (см. Приложения и Неоконченные Сказания) обладающий саркастическим юмором ( в отличие от киношного, у которого чю отсутствует вообще), а ещё большой любитель музицирования и пространных монологов. В общем если и не гедонист, то образ цельный и самодовольный, как норвежский викинг, а не сумрачный тевтонский гений. Всё, что он делал, он делал на своё усмотрение и как хотел, без колебаний и сомнений. И предсмертное раскаяние его было таким же естественным, как и вся его жизнь: он понял, что ошибался, и принял свою ошибку.
Вот таким я его вижу.
