Ее работа с материалом всегда начинается с изучения описанных в сценарии персонажей, не важно, фантастический это проект или исторический. «Всегда сначала исследуешь тему, иначе придется работать в вакууме, – говорит она. – В данном случае в этом смысле было проще – это реальные люди и реальные события. Тогда стараешься найти как можно больше материалов о них, о локациях, где происходили события, о ситуациях, в которые они попадали. Но самое важное – сами люди. Именно они меня интересуют в первую очередь. Кроме того, у режиссера всегда есть собственное видение, а в сценарии прописаны эмоции персонажей, да и я, когда читаю, тоже испытываю эмоции. Все это складывается вместе как паззл». После того, как набирается критическая масса материалов, дизайнер приступает к созданию образов, пытаясь сделать каждую личность индивидуальной, опираясь на сценарий или свои эмоции, а также – указания режиссера и художника-постановщика.
«На этом проекте мы смотрели винтажную одежду, подбирали текстуры и цвета. Потом начали выбирать и оформлять своих «ключевых игроков», помещая их в пространство фильма, конечно же, чтобы они хорошо смотрелись на фоне декораций. У нас был очень короткий период подготовки, поэтому нельзя было набросать каждый костюм и сшить его – для этого попросту не было времени. У нас было всего 5-6 недель. За это время невозможно сшить все с командой из четырех человек».
Действие в сценарии развивается между 1927 и 1953 годами, но основные события происходят где-то в середине этого отрезка. Это различные исторические периоды, которые перетекают из одного в другое. Шелдон в какой-то мере повезло – европейская мода за это время не особо менялась. «Мы знаем, что Dior в 1947 сделали новый дизайн, а в 30-х люди одевались в свободную одежду с прямым силуэтом, - рассказывает она, - но во время войны в Англии ни у кого не было денег». Так что люди ограничивали свой гардероб и подолгу носили одно и то же. У мужчин за войну было всего два костюма, одежду многократно штопали, чтобы она служила как можно дольше.
Задачей художницы было не только воспроизвести в одежде исторические реалии – с помощью гардероба нужно показать вкусы или пристрастия персонажей, дать каждому собственное «лицо», индивидуальность. А еще – передать настроение и эмоциональную окраску той или иной сцены. Например, мятая одежда была призвана «транслировать» оставшиеся за кадром бессонные ночи, проведенные за работой над взломом кода.
АЛАН ТЮРИНГ И ЕГО КОЛЛЕГИ
Что касается Алана Тюринга, то у Сэмми было его фото того периода, и она попыталась воспроизвести его костюм как можно ближе к этой фотографии. Вернее даже так: то фото стало основой для построения всего образа.

«Я долго искала ткань, из которой сшита его рубашка, - рассказывает она, - в фильме это тонкая костюмная шерсть. Мы сделали из нее рубашку, потому что она выглядела точно, как на фото. Мне кажется, это фото снято в 1951, но мы сделали этот костюм для 40-х, потому что мне показалось, что это очень интересная комбинация. Она очень много говорит об Алане: он надел рубашку в клетку, галстук в клетку и твидовый пиджак в горошек. Ему было все равно, хотя обычно люди обращают на это внимание. Он все время одевался вразнобой, и подолгу носил одно и то же».

Бенедикт Камбербэтч провел свое собственное исследование материала, и когда он надевал очередной костюм, точно знал, подходит ли одежда персонажу. В процессе подготовки Шелдон обменивалась с актером фотографиями и другими материалами о жизни Тюринга, потом собрала кучу винтажной одежды на примерку, чтобы увидеть, что на актере «работает», а что - нет.

Мешковатая одежда - это тоже часть образа
«Тюринг носил очень неаккуратную одежду, - говорит она, - на нем все мялось, сверху было слишком натянутым, а внизу болталось. Бенедикт это тоже заметил и пытался обыграть. Это очень тяжелая эмоциональная роль».
Сэмми Шелдон нашла большинство нужных элементов одежды в компании Carlo Manzi Limited, это известное место в Лондоне. Здесь часто арендуют костюмы для театральных и кинопостановок.
«У Карло большая коллекция, и он все время добавляет новые экспонаты, - рассказывает Сэмми. – Он показал мне то, что еще не сдавал в аренду, потому что это было новое поступление».
Во время примерки с Бенедиктом Шелдон дала ему всю гору отобранной одежды, чтобы он мог прочувствовать текстуру и ткани, и то, что подошло и понравилось им обоим, было отложено для повторной примерки позже.
«Это было здорово, - отмечает она, - потому что Бенедикт – актер, который использует костюм для вхождения в образ. Мы много обсуждали – какой ширины должны быть брюки и чего мы хотим добиться с помощью одежды».

После чего Сэмми набросала для своей команды свод правил, которым надлежало следовать, одевая того или иного персонажа фильма. Например, одежда для Бенедикта Камбербэтча должна быть фактурной. «Мы постарались сделать рисунок на одежде таким, чтобы казалось, что он содержит коды: квадраты, линии и клетку. Это придавало образу определенную «ауру». Впрочем, у Алана везде были напоминающие морзянку текстуры.

Снова текстуры
«Для Бенедикта мы шили рубашки специально, - продолжает Шелдон, - потому что все аутентичные рубашки того периода визуально делают его шею слишком длинной, а мы хотели, чтобы он как можно больше походил на Тюринга. Пришлось искать специальный крой и размер воротника». При этом, конечно, рубашки не должны были сильно выбиваться из исторической эпохи.
Цвета выбирали недолго, выбрали голубой, который отлично подошел к глазам актера.
«Мы попытались передать тот факт, что его совершенно не интересовала одежда. Иногда она даже выглядела неухоженной, - делится Шелдон. – Мы использовали разную ткань в костюмах, чтобы передать этот слегка запущенный вид».

Пижама и халат - рабочая одежда персонажа в последние дни жизни Тюринг был известным эксцентриком, когда он жил в Манчестере, то имел обыкновение носить пижаму в клетку под пальто. И даже на публике его одежда кажется заношенной и неприбранной: он был сломленным человеком. Кроме того, одежда показывала его ментальное состояние и то, как варварски с ним обращались в то время. «Мы пытались «поиграть» с этим материалом, - рассказывает Шелдон, - но потом решили, что это будет перебором и приведет не туда. Поэтому мы немного приглушили эту идею. Но реально он был слишком увлечен своей работой, чтобы обращать внимание на одежду».
В итоге Сэмми Шелдон собрала комплект одежды для этих сцен так, чтобы зрителю казалось, что персонаж не одет.
Костюмы из фильма на выставке в Блечли
Было уделено достаточно внимания и другим персонажам фильма. «Например, персонаж, которого играет Мэттью Гуд, - рассказывает Сэмми, - модник. Он одевается гораздо лучше Алана Тюринга, для которого одежда не важна совсем. Я использую моду того времени, чтобы показать разницу между ними». Персонаж Мэттью Гуда выглядел хорошо даже в самые сложные времена. Темно синий цвет и жилет выделяют его из толпы персонажей, дополнительно придают уверенный вид и даже показывают статус главы отдела.

Конфликтующие текстуры галстуков и рубашек, а иногда три разных текстуры одновременно – часть внешнего вида дешифровщика Питера, персонажа Мэттью Берда.

Рисунок на свитере другого персонажа будто имеет свой собственный код, который надо взломать. Короткие галстуки и брюки с высокой талией – это элементы моды того времени.
Одежда персонажа Марка Стронга выдает в нем наделенного властью человека не из среды ученых. Актер был одет в аутентичные винтажные костюмы, взятые напрокат у Карло. Впрочем, большинство основных актеров были одеты в оригинальные винтажные вещи. «Я не хотела, чтобы одежда выглядела новой, - отмечает Шелдон. – Я предпочла, чтобы актеры в ней некоторое время пожили, «потусовались», вещи должны были обтереться и помяться».

Марк Строг в фильме носил только аутентичные винтажные костюмы Шелдон в какой-то мере повезло – европейская мода между 27 и 50-ми годами не особо менялась. «Мы знаем, что Dior в 1947 сделали новый дизайн, а в 30-х люди одевались в свободную одежду с прямым силуэтом, - рассказывает она, - но во время войны в Англии ни у кого не было денег». Так что люди ограничивали свой гардероб и подолгу носили одно и то же. У мужчин за войну было всего два костюма, одежду многократно штопали, чтобы она служила как можно дольше.
Иногда, чтобы быть более понятной зрителю, та или иная сцена требует некоторого допущения.
Например, в сценах с детьми в школе Шерборн было принято решение одеть всех в воскресные наряды. Во время занятий дети в школе носили свою собственную одежду, и она могла быть только черного, серого или темно-синего цвета. Но летом и по выходным они могли надеть темный верх и светлые фланелевые брюки. Сделано это было для того, чтобы зрителей мгновенно «считали» одинаковую одежду детишек как школьную форму. Если же нарядить 20 детишек так, как они исторически правильно выглядели в обычные дни, зритель бы не сразу понял, где происходят события.