Вот пробуждается листва, летит неделя за неделей, всё ищет он любви слова среди снегов, среди метелей,
но то не снег - то хлопья хлопка. Ты знала, что искры довольно, зажженной девушкой неловкой, чтобы зажечь костер невольный? Растает снег, осядет пух, шиповник зацветет на юге. На станции под мерный стук колес целует лоб подруге
Джон.
Сейчас б воды и сгинь, мираж, но ты почти привык к пустыне: уже глаза цвета пустыни, чтоб стать похожим на пейзаж.
Пустыня выжигает душу, а в Лондоне дожди, спокойно. Ты не умеешь жить спокойно: здесь ты живой, а там - разрушен.
Беги, лети (ты - дух, ты - призрак), пока в висок не пустят пулю. Зачем мы выдумали пули? Смерть - это лишь последний признак...
Джон?