[Jemima]

Кили улыбнулся ей в ответ лишь глазами. Странно, видимо эта черта перешла ему от Торина, он всю жизнь стремится походить на дядю, лишний раз доказать, что он такой же достойный сын рода Дурина. Все-таки порой кажется, младший племянник Торина Дубощита начинает взрослеть, в хорошем смысле этого слова. Молодой гном конечно волновался за свою девушку, но знал - порог ее терпимости боли совсем не мал. Он даже гордился ей. И сейчас она идет с порваными сухожилиями, мыщцами, но не жалуется,не ноет. Да, королева фей помогла ей, но не исцелила полностью. Вечерняя тьма быстро опережала путников. В сумерках глазки Гигарекс горели еще ярче, словно два голубых огонька. По понятным причинам, взаимной симпатии между Кили и феей металла до сих пор не возникло.
- Хм, и после всего, что сегодня произошло, ты еще хочешь, чтобы она жила с нами? От перспективы получить копьем в зад, причем ежедневной перспективы, я ведь могу и боеготовность с дееспособностью потерять, - он с хитрым прищуром глянул на Астерию.
Она лишь хмыкнула в ответ. Девушка "многозначительно молчала" и они шли дальше. Кили хотел поговорить, но никак не мог найти темы...И тут ему подумалось, что самое лучшее, возможно, вспомнить их прошлое: перед его глазами снова открылся чудный апрельский вечер Шира, маленькие домики его жителей и заветная дверь. Но такое странное ощущение, что он тут уже был неоднократно, это как "дежа вю" какое-то и от этого кружится голова. Бильбо им снова открывает, начинает причитать, суетиться, сопротивляться...и тут в коридоре появляется девушка в ярко голубых одеждах и кольчуге, голова прикрыта капюшоном, пол лица закрыто платком, но видно ее глаза - голубые, они смеются, в них восторг и танцуют черти. Он тогда толком не врубился, но внимание на нее обратил. В конечном счете кем она была? Еще один участник похода, странная цель которой не была ясна до самого конца. Многие гномы, да и их предводитель, считали, что баба в таком деле если не к беде, то и толку от нее не будет. Тем более уже есть домашний Бильбо.
- А что ты сказала Бильбо, когда пришла?
-"Мистер Бэггинс, готовьте каштаны", - оживилась Астерия, - видел бы ты его лицо...чуть от косяка дверного отрывать не пришлось бедного хоббита.
- О, а помнишь, как на одном из привалов, вечером у костра, ты нам пела песню про "заросший парк и старинный дом"?
- Ты это помнишь? - усмехнулась она, - мне почему-то до сих за это стыдно.
- Я помню все. А про пьяные ягоды люблю вспоминать больше всего, - игриво улыбаясь, Кили прижался к ее плечу, - может споем?
- Споем на ночь глядя?
-А что, одну из тех, что ты порой напевала..
Кили тихо начал:"На улице снег утратил свою белизну,
В стеклянности талой воды мы видим луну.
Мы идем, мы сильны и бодры..."
Астерия, приобняв принца, продолжила:"Замерзшие пальцы ломают спички,
От которых зажгутся костры..."
Как странно, музыка ее искомого мира пришлась молодому гному по душе. Напевая, они неумолимо приближались к Замку.